Поиск на сайте

По традиции 30 октября жители Ставрополя собрались на Холодном роднике, чтобы почтить память жертв политических репрессий.

Люди пришли сюда по внутреннему зову, как правило, молодые - свидетелей той жуткой эпохи почти не осталось. Было открыто мемориальное панно - фотографии наших земляков, ставших жертвами политических репрессий 1930-1950 гг.

День памяти жертв политических репрессий - не просто мероприятие «по поводу», это еще и шаг к собственной свободе. Это реальная попытка остановить ползучий сталинизм, что особенно важно, предпринятая в отдельно взятом городе. Возможно ли вообще сказать всю правду о том жутком времени?

Вышло 13 томов «Книги Памяти жертв политических репрессий Ставропольского края». Каждый том - это несколько тысяч справок: имя и место жительства осужденного, профессия, приговор.

Писалась «Книга» на основании «надзорных производств» подвергшихся аресту по «политической статье» в 1930 - 1950-е годы, постановлений об отмене в годы оттепели приговоров особых судов, двоек, троек, военных трибуналов, народных судов, а также других документов о реабилитации репрессированных из архивов ФСБ, ГУВД, краевого суда и прокуратуры.

В ней собраны имена более 49 тысяч репрессированных ставропольцев. Режим спрессовал людские судьбы в скупые, похожие друг на друга строки.

Согласно архивам, в крае узниками тюрем и лагерей стали более 60 тысяч человек. Примерно каждый десятый был расстрелян. Места их захоронений, о чем извещает надпись на мемориале жертвам политических репрессий, неизвестны.

Можно ли этому верить? По дошедшим до нас рассказам бывших сотрудников УНКВД, казни заключенных совершались у Старомарьевского шоссе.

Но хранят молчание доживающие свой век палачи. Молчит наш внутренний голос. Зачем ворошить прошлое, вопят ура-патриоты?! Зачем раскачивать лодку, твердят политики?! А и в впрямь: зачем?!

«У Карамзина есть одна очень близкая мне мысль: история должна быть злопамятной, должна помнить зло и говорить о нем, - как-то сказал писатель, правозащитник, один из символов борьбы с тоталитарным прошлым Лев Разгон. - Чтобы люди знали и боялись повторения…»

Писатель завещал потомкам открыть архивы. Во-первых, чтобы «лагерная пыль» обрела имена, а во-вторых, чтобы люди знали имена палачей. Этого, считал Лев Разгон, должно быть достаточно, чтобы жуткое прошлое не повторилось.

Олег ПАРФЁНОВ

 



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий