Поиск на сайте

Проект нового федерального закона о КМВ может лишить государство курортной собственности

 
В июне прошлого года по итогам совещания в Совете Федерации, на котором рассматривались проблемы развития Кавказских Минеральных Вод, Валентина Матвиенко дала поручение вице-премьеру Александру Хлопонину до конца 2014 года разработать проект федерального закона об особо охраняемом регионе Кавминвод, который устанавливал бы правовой приоритет в этом регионе и нивелировал бы межведомственные и групповые интересы.
Министр по делам Северного Кавказа Лев Кузнецов обещал в декабре 2014-го внести законопроект в Госдуму. Сегодня уже март 2015-го, но законопроекта до сих пор в Думе нет.
На этой неделе в Пятигорске Общественная палата Ставропольского края обсуждала уже четвертый вариант, и сегодня эксперты говорят, что это не окончательно.
Насчет чего спорят, чего хотят от этого закона? С этим вопросом «Открытая» обратилась к исполняющему обязанности руководителя администрации Кавказских Минеральных Вод Михаилу Бондаренко (на снимке).
 
 
Кавминводы на голодном пайке
 
- Михаил Сергеевич, какие моменты в проекте будущего закона вызвали наибольшее непонимание среди специалистов курортной сферы? 
- Федеральный закон №26 «О природных лечебных ресурсах, лечебно-оздоровительных местностях и курортах» (статья 13) предполагает, что финансирование курортов федерального значения, включая развитие транспорта, систем канализации, водоснабжения, осуществляется за счет средств федерального бюджета.
За последние 20 лет не было ни одной федеральной программы по Кавминводам, на которую бы выделялись бюджетные деньги.
Перед Львом Кузнецовым (Министерство по развитию Северного Кавказа) была поставлена конкретная задача: денег в бюджете мало, проблем чересчур много, проект закона надо было подготовить исходя из этого. 
- Неужели за все это время федеральный центр на развитие курортов ничего не выделил?
- Ну, если только совсем немножечко, по другим программам, «Юг России» например. Даже в начале 2014-го, вскоре после Олимпиады, президент обещал вплотную заняться Кавминводами, предусмотрено только 5 млрд. рублей в рамках программы по развитию Северного Кавказа, да и то - только на 2016 год. Этого крайне мало. А по программе «Кавказские Минеральные Воды» вообще финансирование не предусмотрено. Ни на 2015-й, ни на 2016 годы. Поэтому надо что-то делать.
 
Нужен самый главный закон о КМВ
 
- На Кавминводах находится масса государственной курортной собственности, собственники находятся в Москве и не вкладывают тех денег, которые нужны курортам. Почему? Вся законодательная база для выделения бюджетных средств на развитие курортов есть.
Постановление Совета министров №300 от 9 июля 1985 года, разграничивающее зоны горно-санитарной охраны, здесь можно рассматривать как ключевое.
Если оно есть, если четко соблюдаются границы, если есть понимание необходимости соблюдать природоохранный режим (чего мы, к сожалению, не имеем), то вполне можно и финансировать, и работать дальше по развитию курортов.
- То есть вся законодательная база есть, и еще один новый закон как бы и не совсем нужен?
- Законодательная база есть. Но исполнение законов ужасное, и финансово эти законы ничем не обеспечены. Государственного контроля над выполнением законов о КМВ нет. Предлагалось найти меры именно по выполнению этих, уже имеющихся законов.
- Хорошо. А что тогда должен обеспечить новый закон?
- Хлопонин еще в июне на заседании в Совете Федерации говорил, что законом намерены пресечь местечковость местных князьков – муниципальных властей. Сейчас муниципальные власти в рамках 131-го закона говорят: неважно, что там на нашей территории находится, особо охраняемые природные территории или еще какие федерального значения.
В границах муниципального образования мы можем делать что угодно. Далеко за примерами ходить не надо. Ессентуки, Пятигорск, Кисловодск. Понять можно: с одной стороны, недофинансирование городских бюджетов, с другой – личный коммерческий интерес. Что будет преобладать в этом случае?
- Выходит, палка о двух концах? Если будет финансирование городских бюджетов, то и муниципальная власть сразу перестанет распродавать курортные земли?
- Хлопонин пообещал, что этот федеральный закон будет стоять выше других, он даже привел в пример Сколково, где законодательство о земле, законодательство о воде ограничено. Так и здесь предполагалось. Законодатель должен четко сказать, что допустимо на этой территории, а что нет.
- И что же предлагает нам сейчас Министерство по делам Северного Кавказа?
И в первом, и во втором, и в третьем вариантах этого законопроекта просто подменены понятия… В первом варианте шла речь о создании лечебно-медицинского кластера. В кластере - управляющая компания в лице фонда. Во втором и в третьем вариантах – акционерное общество. То есть коммерческая структура, у которой задача номер один – получение прибыли.
А фактически эта управляющая компания была бы управляема Министерством по делам Северного Кавказа, там был бы предусмотрен отдел или департамент, который бы осуществлял функции государственного управления регионом Кавминвод. И ни губернатор, ни правительство, ни Госдума не могут ничего на территории Кавминвод сделать, не согласовав с этой управляющей компанией. А это касается перевода земель из одной категории в другую, под строительство например.
 
Коррупциогенный фактор
 
- Но это же коррупциогенный проект… Если в государственной структуре за деньги (есть такой человеческий фактор) можно было получить любое согласование по любому проекту, что уж говорить о каком-то негосударственном фонде или управляющей компании (ОАО). Соблазны велики.
- Все варианты законопроекта называются «Об особо охраняемом эколого-курортном регионе Кавказские Минеральные Воды». Но вот основная часть там посвящалась медицинскому лечебному кластеру. И хотя эта предполагаемая управляющая компания – ОАО - на 100% в собственности государства, в последнем варианте прописано, что на 70 лет это акционерное общество имеет право заключать соглашение на объекты инфраструктуры для того, чтобы привлекать внешних инвесторов, включая иностранных. Это ОАО имеет право заключать концессионные соглашения на объекты инфраструктуры.
- То есть управляющая компания может сдать в концессию, например, санаторий «Казахстан» или какой-нибудь земельный участок?
- Нет. Управляющая компания может распоряжаться тем имуществом, которым владеет государство, либо кто-то согласился, чтобы его имуществом управляла управляющая компания… Но я не думаю, что частник либо ФНПР с радостью отдадут свои объекты.
Сегодня у государства что есть? Остались Островские ванны в Железноводске, Верхние Пушкинские, которые разрушаются уже более 10 лет, Лермонтовские ванны, Академическая галерея. Есть в Кисловодске, в Ессентуках такие объекты.
- Это объекты общекурортного пользования?
- Именно так, и все - в плачевном состоянии. Есть у государства и 51% в уставном капитале «Кавминкурортресурсов». И даже это оно может передать управляющей компании в уставный капитал. А уже управляющая компания может заключить концессионное соглашение, чтобы по документам привлечь инвестиции в развитие региона.
- Это чем-то чревато?
- Конечно, коррупциогенность в этом проекте есть. Он открывает путь передачи в частную собственность всех этих государственных объектов. Ведь по концессионному соглашению, если ты вложил в объект больше, чем этот объект стоил с самого начала, можешь забрать его себе.
При таких условиях государство перед этими инвесторами еще много лет должно будет минеральной водой расплачиваться. Как в анекдоте про мальчика, который колядовать в еврейскую семью пришел, а ушел весь в долгах.
 - То есть передавать в уставный капитал этому акционерному обществу ничего нельзя?
- Есть элемент риска, который в данном случае нужно исключить, – речь ведь идет о стратегическом объекте, на котором нельзя ни при каком условии терять государственный контроль. А что передавать - терренкуры, Кисловодский парк? Затраты нужно большие делать, а в обмен ничего не получишь…
Вот в этом и вся опасность. 
 
Новые объекты на склонах Машука
 
Пузырь вместо кластера
 
- А почему появление в законопроекте строительства медицинского кластера не вызывает никакого энтузиазма?
- В нашем регионе нельзя сейчас реализовывать никакой масштабный проект, не получив результатов мониторинга природных ресурсов. Как это отразится на состоянии недр, на природе, как это повлияет на скважины-источники?
Даже для строительства предполагаемого медицинского кластера надо все предусмотреть, в каком месте зоны отдыха делать, в каком - водные объекты, где лучше высаживать зеленые насаждения. Ведь если построить каменные джунгли, даже оснастив их самым современным оборудованием, этого недостаточно, чтобы сюда поехали отдыхать люди.
Медицинский кластер – да, возможно, он и будет, но подменять понятия медицинского кластера и курорта нельзя.
- Я пару лет назад брала интервью у главного врача пятигорского кардиоцентра. У него были замечательные предложения – построить на КМВ кардиологический центр российского масштаба, оснастить самым современным оборудованием. Высокопрофессиональные хирурги-кардиологи в регионе есть. А возможность сразу же пройти послеоперационную реабилитацию на курорте привлекла бы в регион многих. В такую федеральную программу лечения и реабилитации были бы вовлечены и уже действующие санатории.
- Для федеральных чиновников почему-то особо важны масштабность проекта, возможность освоения в нем огромных денег. Такая же позиция и у муниципальных властей городов-курортов. Заниматься элементарным подметанием улиц, освещением, уборкой мусора – никто не заметит. А вот провести какой-нибудь парад, да еще с фейерверками, сразу об этом заговорят многие.
- То есть в законопроекте все заточено на освоение бешеных денег?
- Все сосредоточено на одной идее - медицинском кластере, на масштабном строительстве суперсовременных объектов, на что будет и соответствующее финансирование. Конкретики пока там никакой нет. Ни территории, ни количества и предназначения объектов. Есть лишь такое понятие, как в границах санаторно-курортного региона создается некая часть, называемая кластером, у которой есть льготы по налогам, на прибыль, например, на землю…
Здесь же ожидается помощь государства, особые преференции. Особые условия – не все контролеры туда заходят. Чтобы не «кошмарить» бизнес.
 
Новое – не хорошо забытое старое
 
- Все время тянет спросить, чем нынешний законопроект отличается от того законопроекта о КМВ, который когда-то вносил в Думу Алексей Кулаковский, первый руководитель администрации КМВ в постсоветский период?
- Тот законопроект был рамочным. Губернатор Черногоров был тогда и сенатором, он дал законопроекту однозначную оценку – это сепаратизм, и законопроект сразу завернули. Хотя ничего такого в нем не было.
Главное его достоинство и отличие от современного – он определял границы курортного региона. Этого нет в проекте нового закона вообще. Ни в первом варианте, ни во втором, ни в третьем. А как может такое быть - у территории с особым статусом отсутствовать четкая конкретная граница? Любой юрист тогда будет, как пятигорский Маркарян сегодня, убеждать, что нужная для застройки точка находится в разрешенной для строительства зоне. Это развязывает руки застройщику, муниципальным властям, проходимцам всяким. Но государство здесь теряет.
- Посмотрите, к чему мы сейчас пришли (мое личное мнение). Закона о Кавказских Минеральных Водах 16 лет назад принято не было, а в результате что мы сегодня имеем? Мэрская вакханалия во всех городах-курортах.
- В старом законопроекте подразумевалось, что органы управления курортным регионом от лица государства являются структурным подразделением правительства Ставропольского края. Просто руководитель назначался президентом.
- Вернуться к рассмотрению этого законопроекта реально?
- За 16 лет изменилась законодательная база. Некоторые моменты в части территориального признака (границ) оттуда можно было бы позаимствовать. И основополагающую установку, что особая природоохранная территория федерального значения состоит из четырех городов-курортов, и их перечислить. А сейчас какие-то расплывчатые формулировки.
Если мы мыслим по-государственному, то все формулировки должны звучать четко и конкретно, чтобы не было никаких двояких прочтений и противоречивых выводов. Обязательной должна быть экологическая экспертиза объектов, которые строятся, а ее сейчас нет.
Теоретически и практически города-курорты Минеральных Вод не готовы к тому, чтобы здесь сейчас реализовывались масштабные проекты без реконструкции системы подземных коммуникаций. Вот что надо включать в целевую программу, добиваться финансирования.
- А что бы вы добавили в законопроект?
- Ни в одном из вариантов нет даже намека на то, что в регионе есть проблемы с перенаселением, с бесконтрольной внешней миграцией в регион. Должно быть зафиксировано в законопроекте, что это недопустимо, потому что регион уникальный, и нигде в мире таких аналогов нет. Во всех мировых курортах приток населения ограничен – в том же Баден-Бадене, даже в Юрмале.
- На чем остановились при последнем обсуждении закона?
- К апрелю законопроект обещали доработать. Представить в Думу собираются теперь уже не раньше сентября-октября. Новый вариант законопроекта обсудят и на выездном заседании Общественной палаты в ближайшие дни в Пятигорске.
 
Интервью записала
Елена СУСЛОВА
 
 
 
 
 


Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий