Поиск на сайте

9 сентября исполняется 180 лет со дня рождения Льва Николаевича Толстого, графа, великого русского писателя. Сегодня мы публикуем интересные факты о пребывании писателя на ставропольской земле. Кавказ оставил у Льва Толстого на всю жизнь замечательные воспоминания. На склоне лет великий писатель говорил своей жене Софье Андреевне, что «лучшие воспоминания его жизни принадлежат Кавказу». В 1904-1905 годах писатель в беседе со своим биографом П.И. Бирюковым с радостью вспоминал о Кавказе и назвал это время «одним из лучших периодов своей жизни».

Лев Николаевич Толстой родился в 1828 году в родовом поместье Ясная Поляна Тульской губернии. Отец его, Николай Ильич, был помещиком среднего достатка, мать, Мария Николаевна, урожденная Волконская, умерла, когда мальчику было всего два года.
Детство будущий гениальный писатель провел вместе со своими братьями Сергеем, Николаем, Дмитрием и сестрой Машей. Иностранные гувернеры, как было принято в дворянских семьях того времени, занимались образованием и воспитанием детей. Но маленький Лев общался и с простыми людьми, которые жили в поместье и работали на господ в усадьбе.
По словам самого Толстого, в детстве на него очень сильное впечатление произвели народные сказки и героические былины. Когда Левушке было неполных девять лет, отец умер. После смерти бабушки мальчик вместе с братьями и сестрой переехал к опекунше Юшковой в Казань.
В юности Толстой начинает понимать, что дворянство живет в праздности и тунеядстве и не оправдывает высокого назначения человека. Пустая жизнь «золотой» молодежи» постепенно стала увлекать и его самого. В дневнике он записал, что рассеянная жизнь прививает порочные качества: «трусость, тщеславие, необдуманность, лень».
В 1844 году Лев Николаевич поступил в Казанский университет на восточный факультет, а затем перевелся на юридический. Не окончив университет, будущий писатель уехал в Ясную Поляну. Он мечтал найти цель жизни в самообразовании и хозяйственной деятельности на благо крестьянства.
Но вскоре Толстой понял, что «сближения с народом не произошло». Для Толстого началась пора исканий, тревожных раздумий, жизни в кругу великосветской молодежи. Толстой признавался, что «жил очень безалаберно, без службы, без занятий, без цели».
Брат Николай Николаевич, приехав в отпуск и видя нравственные переживания Льва, посоветовал ему уехать с ним на Кавказ. Позже в очерке «Поездка в Мамакай-Юрт» Толстой от своего имени писал, что имел очень скудные представления о Кавказе. «Когда-то в детстве я читал Марлинского и, разумеется, с восторгом читал тоже с не меньшим наслаждением кавказские сочинения Лермонтова. Вот и все источники, которые я имел для познания Кавказа».
В день прибытия в станицу Старогладковскую он записал в дневнике: «Как я сюда попал? Не знаю. Зачем? Тоже». Только со временем прояснятся мотивы поездки Толстого на Кавказ.
Об этом он написал позже в главе «Оленин» в черновом варианте повести «Казаки» (1863г): «Трудно передать, как сам себе объяснял Оленин причину своей поездки на Кавказ. Война, по его понятиям, вообще была самая последняя деятельность, которую мог избрать благородный человек, особенно война на Кавказе с несчастным рыцарским племенем горцев, отстаивающих свою независимость».
16 мая 1952 года заболевший ревматизмом писатель впервые прибыл на Кавказские Минеральные Воды. В день приезда Лев Николаевич посетил коменданта Пятигорска генерал-майора П.А. Принца. Писатель был поражен тем высокомерием, с которым его встретила местная знать.
В письме к брату Сергею Толстой рассказывал: «Желал бы я тебе описать дух пятигорский, да это так же трудно, как рассказать новому человеку, в чем состоит Тула. Пятигорск тоже немножко Тула, но особенного рода — кавказская. Например, здесь главную роль имеют семейные дома и публичные места. Общество состоит из помещиков, которые смотрят на здешнюю цивилизацию презрительно, и господ офицеров, которые смотрят на здешние увеселения как на верх блаженства».
После года пребывания на Кавказе здоровье писателя стало резко ухудшаться. В дневнике он постоянно жалуется на недомогание. «Я нездоров, геморрой и расширение жил, в горле давно чувствовал жар и замечал красноты».
Консультации с врачами не дали результатов, но больному было рекомендовано полечиться водами. Толстой записывает: «Я решился принять здесь несколько ванн и при первой возможности ехать в Пятигорск».
Лев Николаевич получает отпуск и вместе со своим приятелем, прапорщиком Н.И. Буемским, и слугой, яснополянским дворовым Ванюшкой Суворовым, выезжает из станицы Старогладковской в Пятигорск. Толстой признавался: «Моральная перемена во время моей болезни произошла та, что я решительно себя презираю. И ежели бы я мог дожить до смерти без больших страданий и сомнений и как честный человек, я бы ничего не желал».
На Кавказе будущий писатель подвергался нешуточным испытаниям и опасностям, к примеру, в одной схватке с горцами только случай спас его от смерти. Толстой долгое время был волонтером, а затем его перевели в артиллерийскую батарею в звании унтер-офицера. А офицерский чин (прапорщика) Толстой получил только в момент прощания с Кавказом.
После небольшого отдыха на Водах в писателе появляется тяга к творческой деятельности. Это время было для него «мучительно хорошим»: никогда прежде он «не доходил до такой высоты мысли во взглядах на жизнь».
Он описал Пятигорск четверть века позже в рассказе для детей «Что случилось с Булькой в Пятигорске». «Пятигорск так называется оттого, что он стоит на горе Бештау. А Беш по-татарски значит пять, тау – гора. Из этой горы течет горячая серная вода. Вода эта горяча, как кипяток, и над местом, где идет вода из горы, всегда стоит пар, как над самоваром. Все место, где стоит город, очень веселое. Из гор текут горячие родники, под горой течет река Подкумок.
По горе – леса, кругом – поля, а вдалеке всегда видны большие Кавказские горы. На этих горах снег никогда не тает, и они всегда белые, как сахар. Одна большая гора Эльбрус, как сахарная белая голова, видна отовсюду, когда ясная погода. На горячие ключи приезжают лечиться; и над ключами сделаны беседки, навесы, кругом разбиты сады и дорожки. По утрам играет музыка, и народ пьет воду или купается и гуляет.
Самый город стоит на горе, а под горой есть слобода. Я жил в этой слободе в маленьком домике. Домик стоял во дворе, и перед окнами был садик, а в саду стояли хозяйские пчелы – не в колодках, как в России, а в круглых плетушках. Пчелы там так смирны, что я всегда по утрам с Булькой сиживал в этом садике промежду ульев».
Писатель со слугой жил в Кабардинской слободке под Машуком, в саманном двухкомнатном домике, стоявшем в глубине двора, в цветущем саду, откуда открывался вид на Эльбрус и Кавказскую горную гряду.
Толстой условиями жилья был доволен, ведь проживание в гостинице в то время стоило 5 рублей в сутки, а домик вместе с полным пансионом обходился всего в два рубля. Он был с отдельным входом, расположен на окраине, но не слишком далеко от ванн и источников, что было необходимо для уединения и соблюдения нужного для лечения режима.
В Пятигорске Лев Николаевич знакомится с семьей доктора Дроздова, который стал его врачом, а дети доктора - его друзьями. Граф часто посещал их дом, который сохранился до сих пор.
На Кавказе у Толстого выработалось отношение к войне, которое он выразил в своих произведениях, начиная с рассказа «Набег» ( 1852 г.) и кончая последней повестью «Хаджи – Мурат» (1904 г.) В дневнике в январе 1852 года он пишет: «Война – такое несправедливое и дурное дело, что те, которые воюют, стараются заглушить в себе голос совести. Хорошо ли я делаю? Боже, наставь меня и прости, ежели я делаю дурно».
Л етом и осенью 1852 года Толстой был в Пятигорске и Железноводске. Там он писал «Письма с Кавказа», рассказ «Набег». Здесь же закончил работу над повестями «Отрочество», «Дневник кавказского офицера», начал «Беглеца». В это время он хорошо узнал жизнь терского казачества и горских племен.
«Цель жизни есть добро, а добро – в делании добра ближнему», – делает вывод писатель. Он размышляет о войне: «Неужели тесно жить людям на этом прекрасном свете, под этим неизмеримым звездным небом? Неужели может среди этой обаятельной природы удержаться в душе человека чувство злобы, мщения или страсти истребления себе подобных?»
В январе 1854 года писатель останавливался в Ставрополе на два дня в гостином дворе, который позже стал называться гостиницей «Европейской». Толстой даже посетил спектакль драматического театра, который находился в то время в Воронцовской роще (теперь – парк «Центральный»).
Воспоминания о городе Лев Николаевич включил в повесть «Казаки»: «Ставрополь, через который он должен был проезжать, огорчил его. Вывески, дамы в коляске, извозчики, стоявшие на площади, бульвар и господин в шинели и в шляпе, проходивший по бульвару и оглядевший проезжего, – больно действовали на него. От Ставрополя зато все уже пошло удовлетворительно: дико и сверх того красиво и воинственно».
Лев Николаевич писал о Кавказе следующие строки: «Дикий край, в котором так странно и поэтически соединяются две самые противоположные вещи – война и свобода».
В начале XX века улица Театральная в память о пребывании писателя в Ставрополе была названа его именем (теперь – северная часть проспекта Октябрьской Революции), и поставлен памятный знак на бывшем Доме книги, который находится на месте дома командующего Кавказской линией и Черноморья, в нем когда-то останавливался писатель.
В 1890-м году в Ставропольском драматическом театре шла драма «Власть тьмы» и инсценировка рассказа «Хозяин и работник», а в 1902-м 50-летие литературной деятельности Толстого было отмечено постановкой комедии «Плоды просвещения». В театре «Пассаж« ставилась драма «Живой труп» и драматические версии романов «Анна Каренина» и «Воскресение».
В Пятигорске тоже не забывают великого писателя: на доме доктора Дроздова, в котором он часто бывал, в честь Толстого установлена мемориальная доска.

Людмила СЫПИНА, член Союза
журналистов России



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий