Поиск на сайте

 

Самобытный российский режиссер Юрий Грымов считает, что ярким творческим личностям в России приходится совсем несладко

 

На завершившемся недавно в Сочи Открытом российском кинофестивале «Кинотавр» в конкурсной программе фильмы были представлены самые разнообразные (подробный репортаж с «Кинотавра» см. в № 25 «Открытой»). Кроме конкурсантов, на фестивале было еще несколько спецпоказов - презентаций картин для кинокритиков и артистов, прославленных и уважаемых режиссеров, каждая работа которых считается событием. Таких лент было всего две: военная драма Петра Тодоровского «Риорита», замысел которой режиссер вынашивал много лет, и фильм «Чужие» одного из самых неоднозначных, талантливых и эпатажных режиссеров России - Юрия Грымова.
На премьеру «Чужих» пришли многие известные личности: певец Иосиф Кобзон, актеры Алексей Петренко, Павел Деревянко и многие другие. Сам режиссер заметно волновался, представляя фильм. Он рассказывал о том, как пять врачей из американской благотворительной организации прибывают в маленькую африканскую деревню с благородной миссией - провести вакцинацию местных детишек. Но судьба уготовила сплоченной команде страшное испытание, превращающее одних в неистовых убийц, других - в заложников собственного одиночества.
Столкновение культур, конфликт традиций, веры и морали - все это увидели зрители в новой картине Грымова. Реакция на нее была разной: одни хвалили режиссера, другие называли картину «советской агиткой».
Режиссер Юрий Грымов – персона неоднозначная. Говорят, что в нем сочетаются самобытность Дали и хватка современного Рокфеллера. Его упрекают в повышенной самоуверенности, но в том, что он действительно талантлив, уже никто не сомневается. Грымов сначала снискал славу на рекламном поприще, он автор более 600 рекламных роликов, получивших около 50-ти призов на российских и международных фестивалях. Среди крупных проектов Грымова - оформление телеканала РТР («ожившие» картины классиков русской живописи), создание программ и документальных фильмов для телевидения, среди которых один из самых известных - «Мой Пушкин». Параллельно Юрий снимал клипы Алле Пугачевой, Алсу, Витасу, Валерию Леонтьеву, Олегу Газманову и многим другим.
В 1996 году Грымов снял короткометражный художественный фильм «Мужские откровения», а в 1998 году на экраны вышла его первая полнометражная картина «Му-Му». Тогда фильм вызвал множество споров, поскольку барыня там была не только влюблена в дворника Герасима, но и в свою подругу.
За такую непривычную трактовку Грымов был удостоен приза Министерства культуры Франции «За лучший дебют года», приза на кинофестивале «Кинотавр» «За лучшее воплощение классического сюжета».
Помимо рекламы, кино и телевидения, Юрий Грымов много работает в области фотографии. Его персональные выставки несколько раз становились событиями художественных сезонов не только в Москве, но и за рубежом. А выставка «Моя Клава», посвященная супермодели Клаудии Шиффер, где она предстала без макияжа и шикарных платьев, произвела настоящий фурор.
Корреспондент «Открытой» пообщалась с одним из ярких режиссеров отечества Юрием Грымовым.

 

- Юрий, вы остались довольны приемом своей новой ленты «Чужие»? Лично мне она очень понравилась, достаточно смелый фильм...
- Он вас не шокировал? А то многие испугались... Если честно, я ждал более теплого приема. А весь бред про «советские агитки» пусть останется на совести тех, кто это говорит. Могу сказать, что «Чужие» раскрывает зрителю проблему мирового масштаба. В каждом поступке героев фильма отражается суть, ментальность, настрой того общества, представителями которого они являются.
Американская нация пытается привить чужому миру свою мораль, но при этом не понимает одной простой вещи – «своей» морали не бывает. Потому что мораль – она одна для всех. Кроме того, могу вам сказать, что в техническом плане фильм очень сложен. Там нет особенных спец-эффектов, зато есть сложная операторская работа.
Чужие в моем фильме те, кто почему-то считает себя вправе думать о других как о черной кости, ставить себя выше других. Думать так - быть фашистом. Американцы почему то считают себя сверхлюдьми! Навязывают миру свою культуру, которой, по большому счету, не так уж и много лет. Не могу понять, почему американцы могут поучать нации с гораздо более долгой историей?
- В общем, вы их недолюбливаете?
– Для меня показателем того, что сделали американцы, является их кухня. За всю свою историю они придумали только кока-колу. Даже гамбургер - не их изобретение. Кока-кола – это максимум, что они «раскрутили» в культуре еды и питья. При этом есть разнообразные русская, французская, японская кухни.
Я считаю, что Россия – это страна с богатейшей культурой, которую надо оберегать. Я где-то прочитал, что культурный слой Земли всего семь сантиметров. Если этот слой не оберегать, то его просто смоет, а для того, чтобы появился новый культурный слой, необходимо 50 лет. Поэтому надо трепетно относиться к культуре, к своим генам, к своему прошлому.
При этом в обществе должны быть яркие современные личности. Не надо постоянно апеллировать к Чехову и XIX веку. Пока мы не полюбим себя, нас никто не полюбит. Нам всем надо понять очень простую вещь: главная государственная проблема – это жизнь одного человека, ее ценность.
Как-то раз я услышал по ТВ поразившую меня иформацию об аварии: «Жертв немного. Погибли три человека». А потом ведущий равнодушным голосом добавил: «Оставайтесь с нами». Нет, я не хочу оставаться с ними.
- Юрий, я знаю, что в молодости вы тоже были весьма непримиримым человеком...
- Родителям мои школьные педагоги говорили: «Ваш сын дебил, и ничего путного из него не выйдет!» Вот я решил всем доказать, что многого смогу добиться. Я всегда был не такой, как все, ярко одевался. У меня, к примеру, в молодости была рубашка с 16 карманами. А в России серостью быть всегда проще.
А я был яркий. Самый высокий и нескладный в школе. Сверстники меня не любили, но мне на это было наплевать. Я с детства знал, что я не талантливый, но очень способный. И считаю так до сих пор. Если у меня возникнет огромное желание, например, стать чемпионом по бодибилдингу, я им стану. Только надо этого сильно захотеть и трудиться не покладая рук.
Мне с самого начала были несимпатичны пионерские организации. Но в нашей стране есть уникальная возможность – мигрировать, не переезжая в другую страну. Мы мигрируем из строя в строй, не уезжая из страны.
- Я знаю, что вы и режиссером быть не собирались...
- Да, после школы меня выгнали из техникума, и отец сказал: значит, пойдешь работать на завод. Я и пошел. Попал на завод «АЗЛК», на нем собирали модные в то время автомобили «Москвич». Там работал модельщиком, это что-то типа краснодеревщика высшего разряда, человека, который делает макеты машин, это сложная и точная работа с деревом.
Мне абсолютно не жалко того времени, в течение которого работал на заводе. Я научился там делать вещи своими руками и получать от этого удовольствие.
Может, так и просидел бы я на заводе до сих пор, но у меня был не самый лучший пример перед глазами. Со мной работал напарник, который к 60-ти годам смог заработать только на «Москвич». Сидит он и рассказывает мне: «Несусь я как-то с дачи со скоростью 40 км в час!» Это максимум, который выдавала его машина, а я хотел ездить быстрее, поэтому и решил найти другую работу. Как раз приятель открывал телевизионную студию, вот и пригласил меня.
- Вы прославились своим проектом «Ожившие картины» на канале РТР. «Оживляли» свои любимые произведения?
– Мы «оживили» 18 картин и могли бы продолжить проект. Но у нас все как-то странно: стоит поменяться на телеканале руководству, тут же надо канал переоформлять. Я считаю, что наша идея «оживления картин» была очень творческой. Она носила и образовательный характер – люди, приходившие в Третьяковку, задерживались около тех картин, которые мы «оживляли». Я считаю, что ТВ должно носить не только развлекательный характер, но и познавательный.
Для того проекта я сам отбирал картины. Всю работу мы делали без компьютера, на нем нельзя достичь нужной пластики и достоверности, шили костюмы. Начать мы хотели с картин, известных каждому со школы, потом планировали перейти к сложным. Например, «Боярыня Морозова» известна всем, а «Письмо с фронта» знают немногие.
- Вы продолжаете сейчас снимать рекламу?
- Снимаю, но работаю только с высокобюджетными проектами, потому что привык качественно работать. Сейчас в рекламу пришли непрофессионалы - произошла некая деградация.
В 1995–2000 годах я и другие, кто занимался рекламой, получали призы на разных международных конкурсах. Тогда говорили, что в искусстве рекламы даже появился некий «русский стиль». Сегодня же ролики снимают люди, прочитавшие две книжки про американские маркетинговые технологии. Креатив, творчество исчезли. Хотя у нас творческая страна, потому что только в России в средней школе изучают Достоевского, а это немаловажный факт.
- Ходили слухи о ваших баснословных гонорарах...
- Ну слухи можно распустить про любого человека. Я поделил деньги и жизнь. Жизнь ради денег разрушает, и я видел тому массу примеров. Не буду скромничать, я зарабатываю своим трудом: сочиняя сценарии, снимая клипы, ставя спектакли. Стараюсь заниматься творчеством - театр, кино.
Но деньги для меня не самоцель. Мне хватает на бензин, на одежду, на путешествия. Может быть, хотелось бы больше, но я никогда не буду продавать себя настолько, чтобы заниматься всякой ерундой.
В принципе, я никогда не занимался бизнесом, я занимался творчеством и получал за это гонорары. Да, они бывают большими. Но бывают и никакими. Так что мои доходы не упорядочены, и поэтому по-настоящему богатым я не стану никогда.
- Что сложнее снимать: клипы, фильмы, ролики?
- Снимать в равной степени сложно все. Фильм нужно снимать, когда тебя распирает, когда не знаешь, как иначе выразить свои чувства - в таком состоянии люди пишут стихи, романы и картины.
Для меня последнее время фильмы, конечно, снимать интереснее. Любому художнику свойственна некоторая склонность к эмиграции. Каждый реализует ее по-своему. Я, например, очень люблю «эмигрировать» из одной области деятельности в другую. Но никогда не изменяю себе как режиссеру - будь то комедия или мистическая притча.
Сейчас хочу снять комедию - веселую и легкую. Наше общество очень напряжено, и хочется, чтобы была какая-нибудь отдушина. Думаю еще снять детский фильм «Приключения Белого слона», мне кажется, что доброго, светлого кино сейчас очень не хватает России.

Беседовала
Элла ДАВЫДОВА



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий