Поиск на сайте

Будни Пятигорска сто лет назад: извозчики, пассажиры и городские власти

Жизнь на Кавказских Минеральных Водах начала прошлого века всецело зависела от транспорта. Конный городской извоз имел свой колорит. Извозчики образовали многочисленную профессиональную группу со столь яркими, самобытными признаками, что газетная хроника редко обходила их своим вниманием.

Пристальное внимание поведению «водителей кобылы», не оставляя надежды перевоспитать их, критикуя и высмеивая отдельные эпизоды повседневной транспортной жизни, уделяла, в частности, и курортная газета «Кавказские Минеральные Воды». Однако, судя по скандальному содержанию «Местной хроники», извозчики, следуя совету профессора Преображенского, газет не читали.

«Вчера, в три часа дня, лошадь подрядчика Михайлова, запряженная в дрогу, испугавшись чего-то, бешено понеслась вниз по Дворянской улице. Кучер, не могший ее остановить, счел наилучшим соскочить с дрог и предоставить ее самой себе; добежав до Царской улицы, она наскочила на проезжавшего в это время извозчика №82; удар налетевшей был так силен, что фаэтон совершенно изломан».

Городские извозчики разделялись на ванек, лихачей и нечто промежуточное - живейных.

Ваньками называли крестьян, приехавших на заработки в город и, выражаясь современным языком, предоставлявших услуги эконом-класса. Это были приезжие из деревень, нередко им приходилось брать лошадь и коляску в аренду. За поездку брали 10-15 копеек.

Значительную часть дохода ваньки ежедневно сдавали хозяину извоза, сумма обычно была фиксированной. Недоимка записывалась за извозчиком, и зачастую он возвращался в родную деревню не с прибытком, а с долгами.

У лихача, напротив, была хорошая, резвая лошадь и щегольской экипаж. Лихачи работали на себя и рассчитывали на богатых клиентов: офицеров, кавалеров с дамами, богатых купцов и иную состоятельную публику. Нанимали их и различные авантюристы, которым надо было «пустить пыль в глаза» или быстро откуда-нибудь домчать.

Лихачи появлялись на улицах к обеду, но трудились всю ночь. Театры, рестораны, гостиницы - вот основные точки, где они поджидали клиентов.

«Пятигорские извозчики отличаются грубым обращением с публикой и бесцеремонным обиранием ее сверх существующей таксы за проезд. Местной полицией привлекаются к ответственности извозчики №19, 175, 106 и 99 за драку, учиненную ими на улице города», - писала газета.

Как правило, извозчиками становились выходцы из низших сословий - бывшие крестьяне, отставные солдаты, подавшиеся в город на заработки, но не нашедшие места на фабрике, заводе, торговом предприятии. Да мало ли кто шел в извозчики!

«Вчера, около десяти часов утра, близ аптеки Больдта, произошел конфликт между извозчиком и курсовым (отдыхающим. - Авт.), окончившийся печально для последнего. Извозчик требовал уплаты «по совести», но курсовой, не желая вступать в какие бы то ни было прения с извозчиком, не говоря дурного слова, хватил его палкой по боку, но… положения были не равны, и потому блестящий цилиндр курсового в момент был осквернен целым градом ударов кнута. Когда же потерпевший стал взывать о помощи и звать городового, извозчик ударил по лошадям и исчез».

В разгар курортного сезона, в июле-августе, когда на Воды наезжала состоятельная публика, сменяя курсовых с пустым кошельком и скупых на развлечения, на улицах все чаще встречались радостные кавалькады или экипажи, устремляющиеся на пикники в живописных местах.

Городские власти вынуждены были печатать таксу в газетах для сведения курсовых, что на практике вовсе не гарантировало ее неукоснительного соблюдения. Несмотря на жесткие рамки и правила, взаимоотношения извозчиков и курсовых складывались с перевесом то в одну, то в другую сторону.

«Нас просят обратить внимание кого следует на поведение пятигорских извозчиков в дни скачек. В эти дни извозчики или отказываются везти пассажиров, или вовсе не обращают внимания на окрики прохожих. По всей вероятности, они делают это, имея в виду ипподром, где надеются получить хорошие деньги. В особенности часты бывают недоразумения с дамами.

Следует обратить внимание и на следующий факт: если вблизи вокзала встречается незанятый извозчик, едущий по направлению к вокзалу, то на ваш зов он или делает вид, что не слышит, или же отвечает, что занят. Причина этого заключается в том, что рассчитывает взять на вокзале седока не менее как за 25 копеек, а с зовущего его он получит только 20 копеек».

Летняя жизнь проносилась вихрем, и заработать до следующего курортного сезона можно было только за три летних месяца. Вот извозный люд и пускался на различные ухищрения, выполняя любой каприз седока «за рупь», не оглядываясь на указания городских властей. Они же, эти самые власти, пользуясь предоставленными возможностями и полномочиями, изо всех сил старались приучить извозчиков к установленному порядку.

«Экипажи и сбруя у извозчиков должны быть прочны, чисты и всегда содержаться в исправности. У всех извозчиков не допускаются веревочные связки, хотя бы и временно.

Лошади должны быть здоровые и вполне годные для извозного промысла, при езде они всегда должны быть взнузданы. Езда по поселению должна быть вообще тихая и осторожная, в особенности на углах улиц, при поворотах и переездах с одной улицы на другую, при езде всегда следует держаться правой стороны. Не дозволяется останавливаться посредине улицы. Езда по тротуарам строго воспрещается. В пьяном виде извозчики к езде не допускаются.

В зимнее время при езде на санях обязательно иметь на уздечке или шлее лошадей бубенчики. Воспрещается смазывать кожаные чехлы на экипажах маркими веществами. Не дозволяется извозчикам курить во время езды. При подаче экипажей по зову пассажиров извозчиками должна соблюдаться строгая очередь».

Строптивым извозчикам следовало регулярно проходить в полиции осмотр экипажа, после которого, если все в порядке, ставили определенную пломбу. Существовали и ограничения по возрасту для извозчиков - от 18 до 65 лет.

«Нравы пятигорских извозчиков не находятся на должной высоте. Так, недавно на Царской улице произошла ссора между двумя извозчиками, перешедшая в драку, причем лошади, эти умные животные, не желая быть свидетелями и попасть в протокол, убежали. Хозяева, покончивши кулачный бой, занялись поимкою лошадей».

Кроме того, от извозчиков требовалось соблюдение следующих правил:

«По требованию полиции извозчики обязаны везти:

- безвозмездно куда будет указано;

- поднятого на улице заболевшего, ушибленного или скоропостижно умершего;

- взятого на улице в бесчувственном состоянии или сильно пьяного;

- пострадавших от пожара, наводнений и тому подобных действий;

- полицейских чинов на место пожара, беспорядков и народных волнений».

Обманчивая мишура беззаботной жизни влекла на курорты охотников легкой наживы со всей России, среди которых встречались и промышляющие грубым разбоем. Происходили события, в череде которых извозчики становились жертвой трагических обстоятельств.

Многочисленные противоречия и непредсказуемые события транспортной жизни, неконтролируемое поведение как пассажиров, так и извозчиков городские власти продолжали согласовывать и уточнять - одни строгие циркуляры отменялись, другие принимались. Однако хитроумные владельцы кнута и копыт не дремали, продолжая смущать покой горожан и обводить вокруг пальца отдыхающую публику.

Курортная газета в связи с наболевшей темой провела анкетирование - на улице останавливали курсовых и задавали им один-единственный вопрос: «Нравятся ли вам наши извозчики?»

Результаты превзошли все ожидания, а перспектива дальнейшей шлифовки развития курортной дорожно-транспортной этики открылась бескрайняя.

За извозчиков был подан только один голос.

- О, здесь великолепные фаэтоны и возницы, - сказал обладатель этого единственного голоса. - Я ничего против них не имею.

- А вы часто ездите на извозчиках?

- Постоянно-с… Только не здесь, а у себя в Тамбове. Здесь же я всегда хожу пешком - мне доктор предписал.

Вывод нашей анкеты: если хотите быть довольным извозчиками… ходите всегда пешком!

Лора МЯГКОВА
Пятигорск
 


Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий