Поиск на сайте

 

 

Прокуратура Ессентуков активно «кошмарит» бизнес по заявлению лжекорреспондента. Редакция намерена выяснить, кто и зачем организовал фальшивку

 

Редакции не всё равно!
Да, редакции отнюдь не все равно, кто действует от ее имени. В отличие от сотрудников полпредства, которые не столь давно инициировали прокурорско-судебную атаку на газету, сообщившую о распространении оскорбительных ответов за подписью чиновников. 
Так что, оттолкнувшись от нашего неравнодушия к подобного рода вещам, расскажем читателям о загадочной, воистину детективной истории, которая нашей редакции стала известна совсем недавно и вызвала у нас немалое удивление. И даже не столько своей абсурдностью, сколько странным поведением в ней надзорного органа. Судите сами. 
Прокуратура города Ессентуки в декабре прошлого года подала в суд иск в отношении предпринимателя Курбана Амаева. 
В вину Амаеву ставилось то, что на территории своего домовладения в курортной зоне Ессентуков, в помещении площадью 121 кв. метр, зарегистрированном как нежилое помещение – летняя кухня, предприниматель организовал стоматологическую клинику, то есть использовал помещение не по назначению.
Еще прокуратура посчитала, что стоматолог неправильно платит в администрацию города арендную плату за землю. Если в декабре прошлого года прокуратура просила суд вынести решение о сносе его клиники и доплатить арендную плату в бюджет города (не указав размера!), то уже в марте на основании документов все той же проверки прокуратура предъявила стоматологу новый иск.
Теперь уже прокуратура просила суд обязать Амаева прекратить деятельность клиники в помещении, указанном в документах как нежилое помещение – летняя кухня.
Основанием столь большой и неожиданно настойчивой прокурорской проверки Амаева послужило письмо гражданки Магулаевой Фатимы, указавшей свой адрес проживания: Ставрополь, ул. Горького, 42. Заявительница и телефончик указала в жалобе, написав в ней, что в Ессентуках, мол, была проездом, увидела частную клинику в неположенном месте и возмутилась…

 

Не спектакль ли разыграли?
Предприниматель, заполучив копию ее заявления, решил уточнить, какие такие гражданские права нарушила стоматологическая клиника в отношении приезжей дамы, и позвонил по указанному ею телефону. Позвонил и попал на меня – собкора «Открытой» газеты на КМВ. А потом мы с ним встретились. 
Тут уж настала и моя очередь изумляться. «Телега» имела по меньшей мере странное происхождение. Во-первых, указанный в ней телефон был зарегистрирован на мое имя, но и проживаю я – Суслова Елена Сергеевна – по другому адресу. 
Во-вторых, по указанному в письме адресу вот уже много-много лет находится редакция «Открытой», а вовсе не жилой дом. 
В-третьих, Фатима Магулаева, журналистка нашей газеты, от имени которой написано это письмо, тоже живет по другому адресу, и никаких писем в Ессентукскую прокуратуру не писала, даже в этом городе ни разу не была. 
Да и не может она, блестящий ученый-филолог, отлично владеющая словом, выражаться столь корявым, деревянным языком, которым было изложено «негодование» заявительницы в надзорный орган. 
Более того, фальшивку выдавала ошибка в подписи, которая значилась как «Маргулаева». Такую вот фальшивку разоблачил с нашей помощью стоматолог. 
Он, видите ли, нашел время, чтобы выяснить претензии жалобщика, а вот проверяющий из Ессентукской прокуратуры, якобы проводивший разбирательство, вопреки смыслу профессии, крайне был нелюбопытен: не позвонил по указанному телефону, не изъявил желания встретиться с заявителем, не уточнил, какие именно гражданские права фальшивой «Фатимы» нарушены. 
Нам представляется, что такое нелюбопытство было вполне обусловлено, например, тем, что разыгрывался некий спектакль. А вот кем и с какой целью – давайте поразмыслим. 
Итак, фальшивое заявление на имя младшего советника юстиции В. Владимирова, исполнявшего тогда обязанности прокурора города Ессентуки, написано еще в октябре прошлого года. Главный надзорник отписал ее своему помощнику Г. Джанбекову с визой: «Доложите!» И дату поставил – «08.10».

 

Странные, однако, совпадения 
О чем Владимирову докладывал Джанбеков, неизвестно. Проверка заявления была, и этот Джанбеков вызывал к себе по очереди то самого стоматолога, то его жену – в собственниках домовладения числятся они оба.
Но ведь, если в депеше указан конкретный адрес, по закону жанра требуется после проведенной работы ответить заявителю, этот ответ прямиком и попал бы к нам в редакцию. Однако никакого ответа как раз и не было. Стало быть, проверяющие точно знали, что нет в природе никакого заявителя? Выходит, точно знали, чей адрес и телефон указан в «заявлении». 
Факт появления подложной бумаги под видом обращения журналиста «Открытой» газеты живо напомнил нам о другой истории – с очень похожим сюжетом, но совершенно противоположным по реакции на событие надзорных органов. 
Напомним и читателям эту историю, которой мы посвятили несколько острокритических публикаций. 
...В прошлом году минераловодский правозащитник, гражданский активист Виктор Круглов получил хамское по содержанию письмо на бланке полпредства президента в СКФО за подписью руководителя секретариата Т. Панфиловой. 
Когда об этом сообщила наша газета, вышел скандал, Панфилова тут же подала в суд иск к редакции и к автору статьи (как водится, о защите чести и деловой репутации), в котором и сообщала, что, мол, ничего подобного она не подписывала. 
 Одновременно подготовила письмо (от имени полпреда, который его и подписал) на имя заместителя Генерального прокурора РФ по СКФО Ивана Сыдорука, в котором сообщалось, что данное письмо – фальшивка, и потребовала – автора и редакцию следует наказать. И в управлении Генпрокуратуры в СКФО истинных авторов этой фальшивки искать не стали, а завели «надзорное производство по обращению Хлопонина в интересах Панфиловой». 
Именно так и написано было черным по белому. Интересы этой дамы изначально бросился отстаивать окружной надзорный орган, тут же принявшийся прессинговать газету: мол, как это вы посмели задеть высокопоставленную особу, приближенную к императору… тьфу… к полпреду. 
К слову сказать, ни суд, ни редакция ни разу не удостоились чести лицезреть разоблаченную истицу – может, потому что умудряется работать в аппарате СКФО с регистрацией проживания… в Красноярске.
Более любопытно другое: ни Панфилова, ни ее дорогие адвокаты (заявлявшие, что в данном случае работают бесплатно), ни суд упорно не желали инициировать проведение графологической экспертизы, которая бы и расставила все по местам. 
Но такая экспертиза – палка о двух концах: ведь если бы она даже и подтвердила, что подпись поддельная, то прокуратура обязана была бы немедленно возбудить уголовное дело по факту распространения фальшивок от имени представителей власти. Найти и наказать фальсификаторов, а журналистов похвалить за бдительность и принципиальность.
Тем более что журналисты в 2010 году уже фиксировали похожий факт: якобы от имени полпредства в Интернете работал сайт, который ничего не подозревающее население округа засыпало обращениями и жалобами. 
Обо всем этом «Открытая» писала в материале «Атрофия стыда и морали» (№38 от 26 сентября 2012 г.) и в других статьях на эту тему.
Но вот какое странное совпадение во времени. Заявление за подписью неизвестной «Маргулаевой» появилось буквально через несколько дней после появления в «Открытой» вышеуказанной статьи – словно в «доказательство» того, что, мол, и от имени редакции пишутся фальшивки. 
Может, это и впрямь была подготовительная работа к процессу по иску Панфиловой к редакции «Открытой»: мол, пусть фальшивка от имени журналиста редакции появится «в натуре», может, впоследствии и сгодится в качестве контраргумента? 
Но если это продуманная акция, то кому могла прийти «идея» откровенной подставы газеты с использованием имени и телефона журналистов «Открытой»? Как тут увязать управление окружной прокуратуры и надзорный орган маленького курортного города?

 

Ищите женщину... И обрящете
Догадки приходят самые разные, даже фантастические. Мудрецы в таких случаях советуют искать женщину. И женщина как бы обозначилась – это законная супруга и.о. прокурора Ессентуков Владимирова. 
Она работает в управлении Генпрокуратуры по СКФО в должности начальника документационного обеспечения, фактически коллега Татьяны Панфиловой, но только в окружной прокуратуре, и мимо нее скандальная история с документооборотом в ведомстве Хлопонина, конечно, пройти не могла. 
Так почему не допустить версию, что сотрудники обеих организаций, солидарно бросившихся уничтожать принципиальное издание, не объединились в оперативном поиске «контр-аргументов» против зловредного СМИ? И фальшивка от имени «Маргулаевой» могла показаться им удачной находкой.
Ведь если бы в прокуратуре не знали, что это фальшивка, то наверняка бы позвонили автору заявления, встретились с ней, вписали бы показания в отчет о проверке. 
А учитывая степень своего невиданного упорства и затраченного времени, написали бы, как полагается, ответ заявителю о проделанной работе. А коль этих обязательных действий не произвели, то как тут не заподозрить, что отчитывались они кому-то иному и по другому адресу.
Поскольку ситуация кажется нам любопытной, неоднозначной и подозрительной, мы хотели бы разобраться в ней досконально с помощью краевой прокуратуры. 
Ведь нам отнюдь не все равно, кто использует наши телефоны, адреса и фамилии и для каких целей. В отличие от Татьяны Панфиловой, которая болезненно озаботилась своей собственной «честью», но осталась равнодушной к деловой репутации полпредства, от имени которого наивным заявителям рассылали письма некие злоумышленники (правда, в голову не приходит, зачем и кому это было нужно?!). 
Для того чтобы выяснить, каким образом появилось в серьезном учреждении данное заявление, вызвавшее не свойственную прокуратуре столь странную реакцию, с проверкой и иском я пришла в судебное заседание, где рассматривался прокурорский иск к владельцам стоматологической клиники.

 

Куда подевались «приложения»?
Итак, пришла я в суд, чтобы познакомиться с документами. Однако и помощник прокурора, представлявшая обвинение, и судья Суюшова в один голос стали меня убеждать, что, кроме иска, в суд иных документов не поступало. 
Между тем на последней страничке искового прокурорского заявления стоит приписка: «Приложение на 22 листах». Что это за «приложения», где они? Вопросы, вопросы, вопросы...
А потому от имени редакции «Открытой» газеты прошу прокурора Ставропольского края Юрия Николаевича Турыгина запросить результаты прокурорской проверки по указанному заявлению и выяснить, почему по истечении установленного законом срока по данному обращению не было направлено никаких сообщений о результатах его рассмотрения. Кому было выгодно оставить его без ответа и почему? 
В связи с тем, что в редакцию неоднократно поступали сообщения о любителях «прижать» бизнес от имени газеты, прошу прокурора края сообщить: за последние полтора года проводилась ли проверка по заявлениям, авторами которых были указаны журналисты нашей газеты, якобы проживающие по адресу редакции и имеющие телефоны, указанные в качестве контактных на последней странице нашего издания?
Напоследок сообщим: исполнявший обязанности прокурор Ессентуков Вячеслав Владимиров работает уже на самостоятельной должности – прокурором города Лермонтова. Татьяна Панфилова трудится помощником Александра Хлопонина и рассылает ответы на письма жалобщиков, обратившихся непосредственно к полпреду.
Лично к Александру Хлопонину обратилась и я – с письмом на редакционном бланке, поскольку речь в нем шла о проблеме государственной важности. Письмо датировано сентябрем прошлого года – ответа на него так и не дождалась. Могу лишь догадываться, кто его «отсеял» и почему. 
Между тем и журналистам, и активистам, и рядовым гражданам хотелось бы достоверно знать, кто и чем у нас «рулит» на вершинах власти, пусть даже местного масштаба, знать, чего нам ждать в будущем!

 

Елена СУСЛОВА



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий