Поиск на сайте

 

«Все мы родом из детства» - историко-документальная выставка под таким названием открылась в Государственном архиве Ставропольского края

 
Любить, беречь и страхом спасать
 

С помощью архивных документов, фотографий, плакатов, листовок устроители выставки рассказали о семейной политике в России в XIX - начале XXI века: о помощи бедным и сиротам, работе школ-коммун и детских домов, об охране материнства и детства, благотворительности, борьбе с беспризорностью. Задача оказалась непростой и масштабной, пришлось обращаться к документам не только краевого архива, но и ряда федеральных, музея-заповедника «Горки Ленинские».

Выставка направлена на сохранение исторической памяти - тезис, прозвучавший на презентации, сегодня более чем актуален.

А начиналось все давно, и вот что по этому поводу сказано в «Домострое»:

«Да пошлет Бог каждому детей, сыновей и дочерей, то заботиться отцу и матери о чадах своих; обеспечить их и воспитать в строгости; учить страху Божию и вежливости, и всякому порядку. А со временем, по детям смотря и по возрасту, учить их рукоделию, матери - дочерей, а отцу - сыновей, кто чего достоин, какие кому Бог способности даст. Любить их и беречь и страхом спасать…»

Так было из года в год, столетие за столетием.

В экспозиции представлен Свод законов Российской империи, в котором отражены основные положения семейной политики в России до революции. Традиционные семейные ценности опирались на христианские понятия, законы о браке повторяли евангельские заповеди, сам брак считался таинством.

Семьи были многодетные и многопоколенные, когда дети, их родители, бабушки и дедушки жили под одной крышей, вели совместное хозяйство. Русская культура признавала полноценной только такую семью, где была и связь поколений, и сохранение традиций.

О том, какой была семья, видно из многочисленных семейных снимков. На одном из них, начала прошлого века, известный ставропольский композитор Василий Дмитриевич Беневский с детьми.

Были сироты? Еще сколько, империя воевала постоянно. Для этого создавались приюты и убежища. 

Вот рапорт от 1886 года епископа Кавказского и Черноморского Феофилакта о предоставлении преосвященным Иеремиею пансиона по ордену Святой Анны в пользу сирот, призреваемых в Иоанно-Мариинском женском монастыре. Вот циркуляр МВД о призрении подкидышей и сирот, фото убежища для беспризорных детей братства св. Владимира, известного своей деятельностью в Ставрополе.

Любопытно разглядывать дореволюционные детские книжки: ежемесячный журнал «Куколка», книгу для рисования, повесть Позднякова «Товарищ», сказку «Внучка бабушки Татьяны»... Сразу отмечаешь, как они напоминают те, что были в моем совет-ском детстве, - добрые лица, забавные зверушки, наивный, сказочный мир.

 
Последний император Николай II воспитывал своих пятерых детей в лучших российских семейных традициях.
 
Ах, зачем я на свет народился…
 

А потом, после 1917-го, на смену сказкам пришли будни красной реальности. Посетителям предоставлена редкая возможность ознакомиться с Кодексом законов об актах гражданского состояния, брачном, семейном и опекунском праве 1918 года, ознаменовавшем начало новой семейной политики.

Семья перестала быть безусловной ценностью, церковь отстранили от вопросов заключения и расторжения брака, религию объявили опиумом для народа, а попов пустили в расход. Женщин, не спросив, освободили от домашних хлопот и выгнали на работу к станкам, посадили за штурвалы тракторов. А чтобы выбить из головы мысли о домашнем очаге, как волов впрягли в общественно-политическую телегу.

За воспитание детей взялось государство во главе с товарищем Лениным, который в гражданской бойне сначала отнял у своих подопечных, миллионов российских детишек, их отцов и матерей. Думаю, эта мысль приходила и организаторам выставки.

На одном из стендов, посвященных 1920-м годам, в самом центре «добрый дедушка Ленин» тискает детишек и водит вокруг елочки хороводы. Дело было в 1919 году в Сокольниках, умильную картину запечатлел художник Жуков.

А по соседству с картиной детского праздника - телеграмма-молния Ставропольского Губернского отдела народного образования в Наркомпрос РСФСР от марта 1922 года: «Дети голодных уездов  пребывают в положении катастрофическом. Нужны срочные энергичные меры…»

Тут же внушительная брошюра за 1926 год - «Список детей, утерявших связь с родными, составленный комиссией по улучшению жизни детей при ВЦИК». И снова иллюстративный ряд: раздетые, разутые, всклокоченные, завшивленные беспризорники, тысячами скитающиеся по разрушенной и оскверненной России. Бесы русской революции сделали свое дело.

В 1941 году в эмиграции наш земляк Илья Дмитриевич Сургучев писал:

«Двадцать три года большевистского владычества так осквернили и загадили душу русского человека, довели его до такой степени изуверства, что нужны десятки лет на то, чтобы в процессе тщательного перевоспитания озарить светом истины русскую душу. Нужны нечеловеческие усилия, терпение и милосердие, нужна непоколебимая вера в русский народ, чтобы посвятить себя этой работе, результаты которой могут сказаться лишь на новых поколениях. Последовательное коммунистическое воспитание сделало свое дело».

В 1920-х дореволюционные детские издания, учившие добру, красоте и милосердию, бросили в костер, партия и правительство нуждались в людях новой формации. Каких именно, выпукло дает понять выставочный фоторяд.

Первомайская демонстрация детей, 1920 год. Малышам, по всему, нет и пяти. Исхудавшие лица, в глазах тоска. Зато высоко над головами держат транспарант «За власть Советов!». Власть, погрузившая страну в пучину неимоверных страданий.

Демонстрация детей против алкоголизма, 1928 год. В центре одни подпирают огромную картонную бутылку с надписью «Хлебное вино», другие  крест-накрест заслоняют ее палками. Лозунгами «товарищи» отучали беспризорников от воровства, пьянства, проституции, а сами имели спецпайки, спецполиклиники, спецсанатории…

Военная подготовка в детдоме, 1931 год. Выстроившись в ряд, мальчики и девочки лет пяти в каких-то жутких балахонах выставили вперед палки на манер винтовок. В каких «врагов народа» целят они? В кулаков и попов, изменников родины, шпионов, диверсантов, вредителей, саботажников, социально опасных?.. Потом наиболее идейными укомплектовывали народный комиссариат внутренних дел, чтобы по-настоящему уже бить тех, кого не добили в Гражданскую.

В 1933-м снова разразился неслыханный голод. Сводка Ставропольского оперсектора председателю Ставропольского райисполкома об охране урожая гласит: «По колхозу Калинина села Надежда идет массовое хищение зерна. Вскрыта группа колхозников в количестве 21 человека, производившая систематическое хищение зерна чувалами. Дело принято в производство…»

«В производство» - значит, всех до одного в скотовагонах отправили на верную погибель в Сибирь - за то, что, рискуя жизнью, спасали от мук голода своих детей. А дети, лишившись чудом уцелевших в горниле испытаний родителей, шли беспризорничать.

Но заботливая власть отлавливала их по чердакам, ночлежкам, канализационным коллекторам и отправляла в детские дома - под присмотр государства, где по расписанию были митинги и военная подготовка… Акции по отлову беспризорников подкреплялись постановлениями всевозможных оргкомитетов и на специфическом большевистском языке именовались «изъятием».

А потом грянула новая беда - война. Даже не отъелись и не оделись толком. И снова лишения, разруха, голод, безотцовщина, снова орды беспризорников. Фотографий этих несчастных маленьких граждан великой страны, воришек и побирушек, до наших дней дошло множество. Морщинистые лица, в грязных лохмотьях, босоногие, с папиросами в зубах и - недетские взгляды.

 
Беспризорники в колонне пионеров на первомайской демонстрации в 20-е годы.
 
В жизни важен первый шаг!..
 

Удивительно, но война развернула отношение общества к семье и детству.

В 1944-м было учреждено звание и орден «Мать-героиня», возрожден институт патронирования. Открываются специальные детские дома для детей погибших воинов, учреждаются комиссии по назначению пенсий семьям военнослужащих и семьям инвалидов войны.

В 1950-1960-х увеличивают декретный отпуск, повышают денежные пособия, распространение получает практика работы женщин на полставки. В это время заметно растет число усыновлений, появляется понятие конфиденциальности - и это в стране, где жили одним большим колхозом.

Особое место в экспозиции занимает пионерское движение на Ставрополье. Слеты, турпоходы, военно-патриотические игры, речевки, портреты вождей и, конечно, песни. Ох, как запевали мы!

«Неба утреннего стяг! В жизни важен первый шаг! Слышишь - реют над страною ветры яростных атак!» Или вот: «Взвейтесь кострами, синие ночи, мы пионеры - дети рабочих»!» И еще: «Слышишь, товарищ, гроза надвигается. С белыми наши отряды сражаются…»

Что вижу я! Звездочка с изображением маленького Володи - кудрявого мальчугана, детство которого, между прочим, прошло не в сыром ночлежном подвале, а в любви и заботе, в сытости и благости, среди книг, звуков фортепьяно, сладких рождественских подарков. Пионерский значок «Будь готов!», красный галстук, комсомольский билет. И не запомнилось идеологического гнета, хорошие были застойные годы, теплые оставили воспоминания.

Наконец доходим до наших дней. Слава богу, голод победили, все ровненько, без больших потерь, но и без прорывов. Самый щедрый подарок семье - это, пожалуй, материнский капитал. Его наращивать надо, но государство периодически пугает его отменой. Если это произойдет, семья ощутит серьезный удар.

Да и само время подкидывает проблемы, к которым не знаешь, как подступиться. Кто подскажет, что делать с массовым телефонно-планшетным помешательством? Гаджеты превратились в сущий ад. А помнится, как все начиналось, с безобидных электронных игрушек в тетрис. Одна такая игра, к слову, заняла на выставке место среди экспонатов.

 
Олег ПАРФЁНОВ
 
 


Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий