Поиск на сайте

 

 

О лице современной преступности – главный следователь Промышленного района Ставрополя Сергей Антоненко

 

Полгода назад в краевом Следственном комитете было создано новое подразделение – Следственный отдел по Промышленному району Ставрополя. Чего только обыватели не рассказывают про криминальное «подполье» этого спального района: и про орды скинхедов, и про массовые драки,  про убийства и изнасилования в парке Победы... Стоит ли верить этим легендам, обозреватель «Открытой» выяснял у руководителя нового следственного отдела, младшего советника юстиции Сергея АНТОНЕНКО.

 

– Сергей Владимирович, почему вообще появилась необходимость в создании вашего подразделения?
– В структуре краевого Следственного управления изначально было 17 межрайонных следственных отделов, в том числе и единый отдел по Ставрополю. Основная масса уголовных дел в его производстве как раз и приходилась на Промышленный район. Оно и понятно, ведь здесь проживает основная часть населения города, к тому же это спальный район, чему в любом городе неизменно сопутствует высокий уровень преступности. Этим и была продиктована необходимость создания нашего отдела. У нас сейчас в производстве около полусотни дел, и чуть меньше в Ставропольском отделе, куда теперь относятся Ленинский и Октябрьский районы города.
– Какие категории преступлений вы расследуете?
– Все статьи Уголовного кодекса РФ разделены по подследственности между несколькими правоохранительными структурами. Общеуголовные преступления (кражи, грабежи, хулиганство и др.) относятся к ведению милиции. А Следственное управление занимается уже более серьезными делами, в том числе расследованиями убийств, сексуальных и экономических преступлений. Категория дел, относящихся к защите конституционного строя, входит в епархию ФСБ. 
Правда, законодательством закреплен некоторый приоритет нашего ведомства перед другими следственными органами: распоряжением прокурора нам может быть передано абсолютно любое дело, находящееся в производстве ФСБ или милиции. 
– А какое из своих недавних дел вы бы назвали самым громким?
– Пожалуй, самое громкое – дело об исчезновении депутата гордумы, директора крупной строительной компании «Ставропольпроектстрой» Владимира Киреева. Он пропал 21 мая при весьма странных обстоятельствах: с утра привычно поехал на работу, поговорил со своим замом, забрал деловые бумаги, вернулся домой, чтобы переодеться, и из квартиры исчез. Причем такое впечатление, что человек просто испарился: вещи не тронуты, нет следов борьбы, даже незаметно, что Киреев куда-то спешил. Как будто он просто зашел в квартиру и тут же вышел... в неизвестном направлении. 
– Насколько мне известно, основная версия следствия относительно пропажи Киреева связана с его бизнесом.
– Да. В день исчезновения он должен был ехать в Сбербанк, чтобы подписать договор о получении кредита в размере 200 млн. рублей. Эти деньги «Ставропольпроектстрой» должен был перечислить на счет Мин-обороны РФ. Такова сумма залога для участия в крупном тендере (который должен был состояться в понедельник 25 мая), где разыгрывалось право строительства военного городка в поселке Демине. Местная пресса много писала об этом проекте: в Демине планируется построить жилье для трех тысяч семей со всей социальной и инженерной инфраструктурой. 
– Сумма сделки велика?
– Около четырех миллиардов рублей. По меркам Ставрополя, согласитесь, цифра колоссальная. Причем «Ставропольпроектстрой» оказался единственной краевой компанией, которая готова была потянуть такие условия. Он заручился поддержкой властей края, искренне заинтересованных в том, чтобы такие громадные инвестиции остались в регионе, а не «уплыли» в Москву. 
Ведь другим потенциальным участником тендера была именно столичная строительная фирма «Интерстрой». Но исчезновение Киреева не позволило «Ставропольпроектстрою» получить кредит в Сбербанке и, соответственно, принять участие в конкурсе, ведь в отсутствие директора никто больше не уполномочен подписывать бумаги. А вот «Интерстрой» заявку на участие в тендере подал, но она была отклонена по каким-то оформительским причинам. И теперь Минобороны отложило конкурс на неопределенный срок. 
– А нет никакой связи между этим преступлением и недавним похищением другого известного ставропольского бизнесмена-строителя Сергея Антащяна?
– Связи никакой нет! Да, Антащян – крупный бизнесмен, у него масса объектов по всему Ставрополю. Были у него какие-то трения с деловыми партнерами, но это в бизнесе частенько бывает. Вообще, у нас пока никаких зацепок по этому делу нет – фирма Антащяна продолжает работать, рейдеры вокруг нее не кружатся, да и похитители никаких требований не предъявляют. 
Впрочем, оба этих преступления все же укладываются в общую схему. Мировой финансовый кризис всерьез ударил по российскому бизнес-сообществу, и особенно ощутимо – по строительному бизнесу, многие фирмы лишились заказов. Отсюда и возвращение криминальных схем, которые, казалось бы, страна прошла и забыла еще в лихие 90-е.
– Да уж, преступники действуют так же нагло. Вот Антащяна средь бела дня на людной улице схватили двое амбалов в камуфляже и затолкали в машину. Был человек – и нет человека, и никто ничего не знает. Страшно жить...
– Знаете, а ведь подобные «методы работы» не только у бандитов, но и у вполне респектабельных фирм. Вот у нас сейчас в производстве находится дело по очень интересному прошлогоднему эпизоду с похищением человека. 
Приезжая девушка снимала в Ставрополе квартиру. И вот однажды хозяин жилья, молодой мужчина, нагло заявляет ей: мол, теперь будешь платить за жилье в полтора раза дороже. У девушки таких денег нет, и она с квартиры съехала. Ну а парень, что называется, поставил ее на «счетчик»: звонил, угрожал, требовал какие-то отступные… 
Потом обратился он в коллекторское (занимающееся возвратом безнадежных долгов) агентство «Рус-бизнес-актив-юг». Ребята там работают  явно с криминальным душком. Они из несчастной девушки мифический долг решили выбить так. Работала она риэлтором, и вот двое бойцов «Рус-бизнес-актив-юга» как-то позвонили ей и, представившись клиентами, предложили посмотреть квартиру. 
Подобрали девушку в условленном месте – и молча повезли через весь город в свой офис на ул. Лермонтова. Можете себе представить состояние несчастной девушки, которую бугаи везут в неизвестном направлении. Она чудом умудрилась набрать телефон кого-то из родственников. И вот когда машина уже подъехала к офису, там ее уже ждал наряд милиции. Ну а теперь похитителям грозит до 15 лет тюрьмы.
– Считается, что в подведомственном вам районе очень развита преступность с этническим оттенком. Так ли это?
– Не сказал бы. Да, проявления ксенофобии встречаются, но нечасто. Вот ваша газета писала о недавнем инциденте в кафе «У родника» (см. «Кровавая бойня», №23 от 10 июня с.г.). Отдыхали тут две компании – чеченцы и даргинцы, – завязалась между ними перепалка. Слово за слово, схватились за ножи – и один из чеченцев упал замертво, с перерезанным горлом. 
Другая компания тут же бросилась наутек, за ней погнались соплеменники убитого. Остановились где-то на окраине, продолжили разборки – и снова труп: выстрелом в затылок из травматического пистолета был убит дагестанец. Дело в общем-то простое, но его расследование осложняет то, что все его фигуранты сразу покинули Ставрополь и осели в родных республиках. И теперь нужны немалые труды, чтобы их разыскать и вернуть сюда для проведения следственных действий. 
– В продолжение темы ксенофобии. С недавних пор краевые СМИ пишут, что в Ставрополе орудует банда скинхедов, на совести которых уже два убийства. 
– Никакой банды скинхедов нет. Действительно, 18 мая в районе мечети на улице Морозова был убит молодой грек. Вышел из дома к банкомату, по пути на него налетела группа неизвестных, один из нападавших и пырнул парня ножом... 
А следующим вечером уже в другом конце города был убит молодой даргинец. Он прогуливался вместе с девушкой, к ним привязалась компания ребят, один из которых толкнул даргинца плечом, а когда тот развернулся, чтобы дать сдачи, его ударили ножом в живот. Причем девушка даже не запомнила лиц нападавших – на улице было темно. 
Мы, конечно, сразу стали отрабатывать версию о том, что оба убийства совершены одной преступной группой. Но вскоре поняли, что это не так. Убийцу даргинца мы нашли быстро, по горячим следам. Им оказался студент, приехавший на учебу в Ставрополь из Изобильненского района, он уже дал признательные показания. Преступление, сразу скажу, совершено на бытовой почве, признаков ксенофобии тут искать не стоит. А вот второе убийство пока расследуется Ставропольским следственным отделом. 
– Сейчас один из приоритетов в работе правоохранительных органов – это борьба с коррупцией. Повлияла ли эта установка на работу вашего следственного отдела?
– Повлияла, но косвенно, все-таки мы не ловим коррупционеров, а лишь расследуем уголовные дела. Да и дел таких у нас в производстве немного (в отличие, скажем, от Ставропольского межрайонного отдела), ведь на территории Промышленного района можно по пальцам пересчитать бюджетные ведомства, где обычно и процветает мздоимство. 
Вот, например, расследовали мы  два очень похожих дела. Одно – в отношении врача Центра санитарно-эпидемического надзора, который брал взятки с операторов мобильной связи за выдачу заключений на установку базовых станций (оно уже передано в суд). Другое – в отношении начальника отдела краевого Центра стандартизации и метрологии, который также брал взятки с предпринимателей за выдачу заключений о проверке электроприборов. 
В обоих случаях суммы фигурировали небольшие. Но, видимо, это компенсировалось количеством эпизодов, хотя мы можем об этом лишь догадываться. За руку-то поймать взяточника можно только на конкретном факте, а вот отследить его прежнюю коррупционную «биографию» крайне сложно. Поэтому оба этих дела, несмотря на их кажущуюся малость, уверен, станут показательными в плане борьбы с коррупцией. 
– Кстати, согласно недавно опубликованной статистике, главные взяточники в стране вовсе не чиновники, а работники образования.
– Знаете, мы это ощутили. Вот сейчас расследуем уголовное дело в отношении директора городского учебно-курсового комбината, что на улице Шпаковской. Это учреждение начального профессионального образования, здесь осваивают азы профессий как школьники, так и взрослые люди. И вот директор комбината поставила на поток торговлю дипломами об окончании профкурсов. Стоило такое удовольствие недешево – 5-10 тысяч рублей, - но при этом спрос был неизменно высок, ведь порой без такого диплома даже на собеседование не позовут. 
С недавних пор, кстати, у нас появилась вообще новая категория коррупционных дел – в отношении адвокатов. 
– Но ведь, строго говоря, адвокат взятки брать не может. 
– Да, в соответствии с Уголовным кодексом мы их действия квалифицируем как мошенничество. Хотя налицо злоупотребление служебным положением, а это и есть коррупционная составляющая. В нашем производстве было два таких дела (одно уже в суде), фабула у них одинаковая. Адвокаты (обе – молодые женщины) требовали со своих доверителей немалые деньги якобы за то, чтобы уладить вопросы со следователем и замять уголовное дело. «Защитники» эти денежки прикарманивали, а клиентов кормили завтраками, будто дело вот-вот решится. И при этом, кстати, получали от своих доверителей неплохой адвокатский гонорар.
– Часто у вас встречаются дела в отношении «неприкосновенных» лиц – милиционеров, например?
– Нередко. Причем через каждое дело, словно через лупу, видны скрытые язвы правоохранительной системы. Вот, например, сейчас в производстве нашего отдела уголовное дело по участковому, который, чтобы улучшить показатели раскрываемости, составил фиктивный протокол об административном правонарушении – якобы за распитие спиртных напитков в общественном месте. Прокуратура проверила, и оказалось, что «пьяница»-то уже месяц как умер. 
Еще одно дело заведено по факту преступной халатности участкового: он упустил задержанного, причем у нас есть все основания полагать, что упустил небескорыстно. Дело по факту преступной халатности завели мы и на сотрудника Центра служебного собаководства. Тут вообще мрачная история. По правилам каждый милиционер должен вечером, после окончания работы, сдавать табельное оружие дежурному. А этот товарищ элементарными правилами пренебрег, и пистолет перед тем как уйти домой просто положил в сейф в своем кабинете. Оружие взял оттуда его коллега и... застрелился. Это дело уже готовится к передаче в суд.
– Действительно, язв у правоохранительной системы немало. И, пожалуй, самая серьезная – это полное пренебрежение правами и свободами других людей. Посмотрите, например, как безнаказанно милиционеры себя ведут на дороге, напропалую нарушая Правила дорожного движения. 
– Увы, и в нашем районе такое бывает. Совсем недавно мы передали в суд дело, расследование которого заняло целых два года. Помните, наверное, летом 2007-го все газеты взахлеб пересказывали детали страшной аварии, которая произошла на улице Доваторцев. 35-летний милиционер на своей «тойоте» ехал со дня рождения друга, вез домой еще троих приятелей. 
Причем гнал так, что, как говорят очевидцы, машина просто парила над землей (эксперты потом установили, что скорость была не ниже 120 км/ч при установленном для города максимуме в 60 км/ч). По попутной полосе двигалась скромная «шестерка», иномарка случайно чиркнула ее по боку, а поскольку скорость была бешеная, даже от этого легкого касания ее закрутило, вынесло с дороги – и «тойота» буквально влетела в фонарный столб. 
Удар был такой силы, что машину как будто разрезало на две части. Водитель остался жив, двое его пассажиров (парень-милиционер и девушка) погибли, еще один получил тяжелейшие травмы. Если суд признает вину водителя, то ему грозит до семи лет лишения свободы. 
– Кстати, очень похожая по цинизму история произошла осенью прошлого года на улице Шпаковской.
– Да, ночью 27-летний сотрудник милиции на своем авто насмерть сбил пешехода, пожилого мужчину. Мы предполагаем, что в столкновении был виноват водитель. Кроме того, преступным фактом является то, что шофер скрылся с места происшествия, не попытавшись оказать помощь тяжелораненому старику и даже не вызвав «скорую». 
– Сергей Владимирович, какую бы оценку вы поставили вашему отделу по итогам работы?
– Наверное, такую оценку могут поставить только сами ставропольчане, спокойствие которых мы и охраняем. По крайней мере, за пять месяцев существования наш отдел доказал свой профессионализм. 

 

Беседовал Антон ЧАБЛИН



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий