Поиск на сайте

 

 

Какие ещё нужны реформы, чтобы в крае появилось истинное народовластие?

 

В краеведческом музее открылась выставка, приуроченная ко Дню местного самоуправления, который впервые в России отметили в минувшее воскресенье, 21 апреля. Новый праздник утвержден «в целях повышения роли и значения института местного самоуправления, развития демократии и гражданского общества в России».

 

Дела расправные и купецкие
Именно 21 апреля 1785 года Екатерина II издала Жалованную грамоту, положившую начало развитию российского законодательства о местном самоуправлении. В том же году, по совпадению, у Кавказа появился первый наместник, которым стал Павел Сергеевич Воронцов.
В течение двух веков, вплоть до революции 1917-го, местное самоуправление прошло непростой путь становления и на Ставрополье имело самые разные уровни – городской, земский, волостной, казачий. Больше всего документов, понятно, связано со Ставрополем – фотографий, отчетов, протоколов, докладных, резолюций. Сохранились и здания, в которых когда-то гусиными перьями скрипели чиновники, предшественники нынешних.
В 1799 году на Большой, или Первой, улице (ныне пр. К. Маркса, 71) купец Илья Волков выстроил каменный двухэтажный дом. Поначалу сдавал его мещанам, открыл трактир; позже здесь проживали следующие на Кавказ офицеры.
Поскольку сам Волков был городским головой, а также депутатом от купечества, его каменный дом служил местом временного расположения городских Присутственных мест, а также ратуши.
Как городской орган с отдельными судебными полномочиями, ратуша в России была учреждена еще Петром I в 1699 году. Ведала она «расправными, челобитными и купецкими делами», а также сбором государственных доходов, поборов и пошлин.
В результате целого ряда реформ с 1728 года ратуши приобрели исключительно местное значение. Ставропольская ратуша появилась в самом начале XIX века, ненамного раньше сформированной в 1808 году шестигласной городской думы.
Откуда взялась цифра шесть? Дело в том, что упомянутая выше Жалованная грамота Екатерины II не только определяла «всесословное городское управление». Но еще разбивала население на шесть групп: настоящих городских обывателей (домовладельцев); купцов всех трех гильдий; цеховых; иногородних и иноземных гостей; именитых граждан, к числу которых причисляли ученых и художников, имеющих университетскую или академическую степень, а также банкиров и крупных предпринимателей; посадских, то есть старожилов города, не входящих ни в одну из перечисленных пяти групп.
Каждый из слоев групп выдвигал по одному представителю в городскую думу.
Избирать и быть избранными могли горожане, достигшие 25-летнего возраста, имеющие годовой доход не менее 50 рублей ассигнациями. Городское собрание избирало голову, бурмистров, ратманов в магистрат, старост, судей словесных судов, заседателя от городского сословия в общественные сословные учреждения.
Возможности самоуправления ограничивались тем, что дума и городской голова были подчинены губернатору и губернской Казенной палате (последней в порядке контроля), не имея возможности истратить и рубля без разрешения губернатора.
Основная часть городских средств уходила на содержание административных структур, тюрем, казарм и прочих государственных учреждений. Городское самоуправление занималось вопросами благоустройства, торговли, промыслов.
С 1874 года дума стала всесословной.

 

Непременно париться в бане
Собственное здание думы, в котором ныне по пр. К. Маркса, 81 располагается Ставропольское художественное училище, было построено из светлого камня-ракушечника в 1851 году и за свое изящество и роскошь получило название Дворца у Соборной горы. Широкая парадная лестница, балконы, башенки… Здание поистине считалось жемчужиной губернского центра.
Кого же выбирали в Ставропольскую городскую думу? Вот, например, статистика 1910 года.
Купечество – 21 человек, чиновники из дворян – 11, врачи – 2, потомственные почетные граждане – 2, мещане – 6, юристы – 4, отставные офицеры – 2. Всех лиц избирали по имущественному цензу, недвижимая собственность которых лежала в пределах от тысячи до 70 тысяч рублей золотом.
Недвижимое имущество городского головы, купца 1-й гильдии Ивана Меснянкина оценивалось в 181 тысячу рублей золотом.
Если в выборах сто лет назад в городе имели право принять участие не более 400-500 человек, то для 45-тысячного населения это всего 1%.
Интересно, что в разное время в думе гласными были такие известные личности, как Григорий Прозрителев, Георгий Праве, Николай Динник, Илья Сургучев.
Поскольку местное самоуправление тесно связано с государственным, нельзя не упомянуть о знаковых в городе зданиях.
Первое из них – дом губернатора по пр. К. Маркса, 94, построенный в 1902 году. Первым жильцом его стал блистательный Николай Никифораки. Позже его сменили Александр Вельяминов, Евгений Эльснер, Бронислав Янушевич, наконец, князь, полковник русской армии, последний ставропольский губернатор дореволюционной эпохи Сергей Оболенский.
Другим знаковым для города местом является комплекс зданий по улице Присутственных мест (нынешняя ул. Советская). Областные присутственные места, как в книге «Ставрополь губернскiй» пишет Герман Беликов, состояли из Присутствия Кавказского областного правления с канцелярией, канцелярии обер-прокурора с типографией, Кавказской Казенной палаты с типографией, Присутствия Кавказской палаты уголовного и гражданского суда, Присутствия Кавказского приказа Общественного призрения, Казначейства сиротского суда, казенной врачебной управы и прочих учреждений.
Одно из красивейших некогда строений в этом ряду – дом с аркадой, несущей на себе портик, в котором располагалось губернское Казначейство (ул. Советская, 3). Последний десяток лет здание стоит облезлым, ободранным и неухоженным.
На выставке также представлены фотографии зданий городских дум, различных обществ и попечительств, земских учреждений Пятигорска, Георгиевска, Благодарного, Буденновска, Светлограда.
Именно с введением в 1913 году на Ставрополье земства губернское правление сложило с себя ряд обязанностей, в том числе сбор платежей и повинностей, вопросы общественного призрения, здравоохранения, народного образования, содержание дорог и почтовых станций.
Уже в 1914 году земствами на Ставрополье было открыто около сотни начальных школ, вдвое выросло число больничных коек, большими темпами строились мосты, шоссейные дороги.
Любопытный экспонат – оригинал постановления городской управы Ставрополя «Береженого Бог бережет» о том, «как жителям города блюсти себя, дабы Господь привел уберечься от заболевания холерой».
Вот несколько пунктов из него, рекомендуемых к исполнению:
– решительно отказаться от праздничных разгулов, ибо холерою большей частью заболевают люди, ведущие жизнь нетрезвую и беспутную;
– не ложиться в рубахе на голую землю, а непременно подстилать верхнюю одежду или сухую солому;
– непременно каждую субботу париться в бане;
– очень опасно в холерное время пить неумеренно водку и вино виноградное, а тем паче напиваться допьяна
– ягоды есть только в пирогах.
Курьез, ни больше ни меньше
Отдельная страница в истории народовластия, полная невероятных событий, связана с 1917 годом. И тут хотелось бы рассказать о некоторых любопытных фактах, сегодня лишь приобретших свою актуальность. Речь в первую очередь идет о ноябрьских выборах в Учредительное собрание.
По Ставропольскому избирательному округу в них приняли участие пять политических партий (социалисты-революционеры, конституционные демократы, большевики, меньшевики, народные социалисты), а также духовенство, кооператоры и беспартийные крестьяне-хлеборобы.
Все они имели свои собственные списки кандидатов и одновременно с этим выступали в союзе с поддерживающими их организациями. Всего на шесть депутатских мандатов претендовало 46 человек.
Как пишет историк Алексей Кругов в книге «Ставропольский край в истории России», впервые население страны получило столь широкие избирательные права. Возрастной ценз составил 18 лет для военнослужащих и 20 лет для гражданского населения. Цензы имущественный, оседлости, грамотности не предусматривались, равное избирательное право предоставлялось женщинам.
Но главное в цифрах. Так, из 328 тысяч поданных по Ставропольскому избирательному округу записок (ими голосовали) за список №1 партии эсеров проголосовало более 290 тысяч человек, или 88%. Далее в порядке убывания шли большевики с 5,4% и кадеты с 3,3%.
Остальные партии и блоки в общей сложности набрали около 3% голосов.
Все шесть мандатов в Учредительное собрание взяли эсеры. Среди них люди известные, например, лидер партии на Ставрополье Федор Онипко и редактор газеты «Северокавказское слово» Евгений Дементьев.

 

У парадного подъезда
А вот как о большевиках в то время отзывались кадеты: «У нас в Ставрополе большевизм, ни больше ни меньше, как курьез. Наших большевиков можно пересчитать по пальцам… Их «страшные» речи никого пугать не будут».
Вместе с тем в самом Ставрополе большевики одержали уверенную победу, набрав 47,6% голосов. Так, из 7,5 тысячи человек, отдавших голоса за список №2, 5 тысяч были солдаты воинских частей, расквартированных в городе.
При этом на избирательные участки в день голосования не явилось около 13 тысяч человек (правда, расклад этот очень напоминает наши дни).
О народовластии в советский период на выставке почти молчок. Да и о чем тут расскажешь – голосовали в строгом соответствии с партийными установками, что при наличии единственной партии вообще выглядело комично.
Не густо сказано и о развитии местного самоуправления в постсоветское время. Но это не забытая еще современность, отражение которой следует искать в прессе.
Интересно, как лет через сто потомки наши на музейной выставке расскажут о местном самоуправлении? Что это вообще будет: бравый отчет о достижениях местных чиновников? А может, новая версия размышлений у парадного подъезда?..

 

Олег ПАРФЁНОВ



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий