Поиск на сайте

 

Ставропольцы открывают для себя Фриду Кало – одновременно и наследницу, и создателя великой мексиканской культуры

Личность

Фрида Кало – кто из образованных людей не слышал это имя? А вот образ художницы – в дымке предрассудков: мексиканский колорит, густые брови, цветы в волосах, роман с Троцким...
Правда, мало кто припомнит картины Кало, и уж тем более нюансы судьбы. Между тем практически все ее творчество – автобиографично, а половина работ – это автопортреты. Как ни у какого иного художника, пережитые личные трагедии в массовом сознании оттеснили на второй план творческий гений.
Развеять мифы, которые сегодня витают вокруг имени величайшей художницы XX столетия, взялись авторы выставки, открывшейся в канун 8 марта в ставропольской галерее «Паршин».

Дочь индианки и венгра

Говорят, что Фрида Кало – это образ Мексики. Даже ее происхождение оказалось таким же, как и у мексиканского народа, в котором слилась кровь аборигенов и европейских переселенцев: мать Кало была из коренных индейцев пурепеча, а отец – венгр. По профессии фотограф, именно поэтому осталось так много фотоснимков маленькой и юной художницы.

Фрида (христианским ее именем было Кармен) в шесть лет перенесла полиомиелит, от которого на всю жизнь осталась хромота: одна нога была тоньше и короче другой.

Девушка скрывала это, надевая по нескольку чулок и нося длинные юбки. Но все равно в школе мальчишки ее дразнили «деревянная нога»... за что обидчики порой получали по носу: Фрида занималась боксом.

Благодаря отцу она поступила в престижную Национальную подготовительную школу в Мехико. Настолько престижную, что на две тысячи учеников было всего 35 девчонок.

Именно здесь Фрида Кало, когда ей было всего четырнадцать, впервые увидела своего будущего мужа Диего Риверу. Он был на двадцать лет старше – известный художник расписывал стены школы.

Конечно, поначалу о романе между школьницей и живописцем не могло быть и речи – Кало вышла замуж за Риверу уже в зрелом возрасте. Любопытно, что художница всегда воспринимала мужа, который был много старше ее, как сына – на картинах изображала ребенком, которого питает материнским молоком или сердечной кровью.

В 18 лет Кало пережила страшную автокатастрофу: в деревянный автобус, в котором она вместе с приятелем ехала из школы, на полном ходу врезался трамвай. У Фриды были переломаны руки и ноги, а лопнувший железный поручень насквозь пронзил ее тело...

Врачи не верили, что после таких ранений девушка может выжить: несколько месяцев Кало была прикована к постели, заново училась ходить.

«Смех» за секунду до катастрофы

Уже став состоявшимся художником, Фрида никогда не изображала момент аварии. Но есть у нее картина «Автобус»: на ней группа пассажиров за секунду до катастрофы – босая мексиканка, представительный джентльмен, домохозяйка, молодая женщина...

Ребенок глядит в окно автобуса, за которым видна вывеска магазина La Risa («Смех»). Таков был черный юмор Кало – фирменный ее «почерк» во многих работах.

Прикованная к постели, Фрида попросила отца купить ей набор для рисования и стала баловаться набросками – скетчами. Изображала себя, срисовывая собственное отражение в зеркале, закрепленном над кроватью.

Так авария заставила Кало расстаться с мечтой детства – стать врачом, зато подарила миру гениального художника.

Творчество Фриды невозможно отнести к какому-то конкретному стилю: много лет она пыталась найти себя в системе художественных координат, которые сбивали политические «ветра» первой половины XX столетия.

Не пошла она и по пути супруга, Диего Риверы, который был по-марксистски прямолинеен и монументален – на его гигантских фресках «оживают» Маркс, Троцкий, Ленин... Фриду Кало больше интересовала не политика, а мифы, символы, народные традиции.

Собиратель оловянных икон

Когда Риверу пригласили расписывать здания в Детройте, Кало поехала с ним в США. Но американский быт тяготил ее, и она создала в 1933 году единственный в своем творчестве коллаж под названием «Мое платье висит там». На нем – Капитолий и дым от гигантских заводов Форда как символы американского капитализма. А посреди развевается на ветру простенькое платьице народа теуана – символ того, что в Америке только внешняя «оболочка» художницы, а душа ее в Мексике!

Индустриальный мир ей глубоко противен – таков мотив почти всех картин, которые Кало рисовала во время пребывания в США. На одной из них Фрида изображает себя стоящей на бордюрном камне на американо-мексиканской границе: по одну руку – цветущие и плодоносящие растения под голубым небом, а по другую – сплетение проводов и валящий из труб дым.

Считается, что именно Кало создала современную мексиканскую иконографию, которая ныне «кочует» по комиксам и уличным граффити. В своих картинах Фрида словно бы восстает против колониального духа, призывая мексиканцев вернуться назад, к истокам.

Мятежно отказываясь от европейского влияния, Кало автопортреты выполняла в стиле ретабло – так назывались «народные», примитивные изображения Богоматери или христианских святых, выполненные на оловянных пластинках. Фрида и ее муж коллекционировали такие «оловянные иконы».

Ревность, кровь и золото

Кало рисовала, как правило, для собственного удовольствия, но когда ее известность распространилась уже далеко за пределы Мексики, стала принимать и платные заказы.

Выполненные по заказу портреты тоже есть на выставке в Ставрополе – они технически совершенны, но, увы, безжизненны, чем так разительно контрастируют с работами, которые Фрида делала по велению сердца.

Создавала Кало и натюрморты. Рассматривая эти работы за разные годы, можно увидеть поглотившую художницу личную и творческую драму. После аварии ее всю жизнь мучили страшные боли в позвоночнике, унять которые Кало могла только с помощью сильных обезболивающих... и алкоголя.

А лекарства с годами лишали ее возможности вырисовать на холстах тонкие детали. Поэтому и картины ее с годами становились словно бы размытыми, не в фокусе.

Почти каждая картина Фриды Кало – это переживание от перенесенной ею личной трагедии. Например, «Две обнаженные в лесу» – аллегория бисексуальности художницы: у нее были скоротечные романы и с мужчинами, и с женщинами, которые приводили в исступление ее ревнивого супруга Диего Риверу.

Но ведь и тот был далеко не ангелом, изменяя супруге... даже с ее младшей сестрой Кристиной Кало, которая обнаженной позировала ему для нескольких фресок.

И снова художница попыталась переосмыслить эту личную трагедию с помощью черного юмора: так родилась одна из самых известных ее картин «Всего-то несколько царапин!».

В газете она прочла о процессе над женоубийцей, который безучастно заявил судье: мол, я всего лишь нанес ей несколько царапин. На холсте – распластанное, истерзанное тело женщины, а рядом с равнодушным лицом мужчина с ножом в руке.

Чтобы усилить эффект от картины, Фрида Кало сделала для нее тонкую золоченую рамку... которую обрызгала собственной кровью.

«Да здравствует жизнь!»

«Искусство Фриды Кало – это ленточка на бомбе», – писал француз Андре Бретон, теоретик сюрреализма (благодаря ему работы Кало и попали в престижные галереи и аукционные дома Европы).

Мексиканка, не имевшая художественного образования, не знала о том, что такое сюрреализм, но все ее творчество – доказательство того, что фантазия главенствует над разумом, а подсознание над рассудком.

Множество символических картин Фриды Кало посвящены мужскому и женскому началам – так она пыталась переосмыслить невозможность иметь детей (тоже последствия страшной аварии).

После того, как в 1932 году у нее случился опасный для жизни выкидыш, она создала серию из дюжины литографий «Фрида и выкидыш». Из них остались лишь три, остальные художница уничтожила.

Врачи категорически запрещали Кало снова беременеть, но Фрида отчаянно мечтала стать матерью. И после очередного выкидыша нарисовала одну из самых жутких, пожалуй, своих картин «Девочка с маской Смерти».

Эта маска – традиционная игрушка для мексиканского Дня мертвых (нечто вроде нашей Пасхи). Но вызывает она не умиление, а подлинную жуть: маска словно приросла к лицу ребенка. Сама Фрида Кало в своих письмах не раз признавалась, что тема смерти была для нее одной из самых главных в творчестве. И в жизни...

При жизни в самой Мексике она не была признана так же, как за рубежом, – первая персональная выставка художницы на родине состоялась лишь в 1953 году, незадолго до смерти. К тому времени она постоянно сидела на обезболивающих, и на открытие выставки в Галерею современного искусства ее внесли на носилках и положили на кровать в центре зала.

Год спустя Фриды Кало не стало. Ее последняя работа – натюрморт с арбузами Viva la vida! («Да здравствует жизнь!»). Уже глядя в глаза смерти, она сделала на картине последний штрих: написала на спелой мякоти арбуза, словно вырезала ножом по человеческой плоти, Viva la vida!

Антон ЧАБЛИН

 



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий