Поиск на сайте

 

Как профессор-лингвист и его ассистентка из Ростовского пединститута отыскали в публикации «Открытой» «Лифт» на тот свет» зашифрованное наркотическое послание
 

На исходе 20-х годов прошлого века Коллегия отдела печати северо-западного бюро ЦК ВКП(б) подготовила секретный обзор детских книг, в котором досталось на орехи многим несознательным литераторам. Например, Самуилу Маршаку, в  стихотворении которого «Дама сдавала в багаж...» цензоры обнаружили поклеп на советские железные дороги: как, мол, так - «за время пути собачка могла подрасти»?
Скажете, дела давно минувших дней? Дни-то, может, и минули, но цензура живет и побеждает. И недавно наша редакция получила живое тому подтверждение - заключение специалистов по результатам лингвистического исследования статьи «Лифт» на тот свет», опубликованной в №5 «Открытой» газеты. Эксперты пришли к столь ошеломительным выводам и проявили такие чудеса прозорливости, что на их фоне стыдливо померкла даже история собачонки, оклеветавшей Наркомпути.
Как заметил немецкий поэт-юморист Вильгельм Буш: «Кто смотрит на мир сквозь очки подозрительности, тому чудятся гусеницы даже в кислой капусте».

 

Кто ищет, тот всегда найдёт. А что искали-то?

В пьесе Михаила Светлова «Глубокая провинция» сняты следующие места:
«Так, мол, и так, район голодает»,  «Там, в центре, сейчас сами голову ломают,
как дотянуть до нового урожая?» Эти слова относятся к 1933 г., когда никакого голода не было.
Из секретных бюллетеней
 Главлита СССР, 1936 г.

На экспертизу опальную статью направило краевое управление Роскомнадзора, предварительно обсудив ее на своем консультативном совете.
11 человек - зампред краевого правительства Василий Балдицын, сотрудники Ставропольского госуниверситета, краевого следственного управления, прокуратуры и Роскомнадзора - искали в исповеди наркомана пропаганду наркотиков. «Нашли». Зафиксировали итоги поиска единогласным голосованием. Хотя на заседании большинство молчали, а те, кто говорили, не отличались последовательностью и даже себе противоречили.
Завкафедрой СМИ СГУ Елена Ежова угадала «общую коммуникативную направленность статьи - рассказать о вреде... опасности и разрушительном воздействии на организм» «аптечных» наркотиков, но одновременно посетовала, что в исповеди «создан яркий, привлекательный образ, ощущение от приема наркотиков описано положительно».
Главный специалист-эксперт Роспотребнадзора Захар Федосеев нашел в материале «прямое указание на то, что наркотики решают все твои проблемы», хотя при этом испытывал «ощущение, что изначально цель материала заключалась в том, чтобы напугать». А в итоге заключил: «В статье нет ни слова о том, что герой разрушался от употребления наркотиков, погибал».
Напомним читателю, какими выражениями герой исповеди описывает свою жизнь: психоз, параноидное зацикливание, панические атаки, пустота, тоска, душевная боль, адский лихорадочный бред, лютая депрессия, отвращение, ужас... Господин Федосеев прав - ни слова про «разрушение».
А вообще, отметил Захар Владимирович, «появление материалов на тему дезоморфина на страницах ставропольских СМИ – это не реакция на самые насущные проблемы нашего региона» – да, «в Ставропольском крае эта проблема присутствует... Но у нас она не так актуальна, как в Сибири».
 

«Замыкание сознания». У кого?
 

В Гублите мне сказали, что Муха есть переодетая принцесса, а Комар - переодетый принц!..
Этак можно сказать, что Крокодил - переодетый Чемберлен, а Мойдодыр - переодетый Милюков.
Кроме того, мне сказали, что Муха на картинке стоит слишком близко к комарику и улыбается слишком кокетливо.
Из письма Корнея Чуковского, автора сказки «Муха-Цокотуха», начальнику ленинградского
Главлита, 1925 г.

 

Лингвистическую экспертизу текста можно было провести в Ставрополе и Пятигорске, но краевой Роснадзор их специалистами пренебрег. Наверное, не случайно. Отправили заявку на экспертизу статьи «Лифт» на тот свет» в Ростов-на-Дону. Завкафедрой Педагогического института ЮФУ профессор Вадим Меликян и ассистент Лилит Месропян с помощью четырех лингвистических методов изучили исповедь «аптечного» наркомана и пришли к сенсационному умозаключению: основной идеей статьи «выступает мысль о том, что наркоманы должны выбирать героин»!
«Заголовок, подзаголовок, лид и все три части статьи построены на принципе противопоставления двух видов наркотиков: «аптечных» и героина», – безапелляционно заявляют эксперты.
В изумлении пересматриваем публикацию: «От «аптечных» наркотиков человек гниет заживо. «Лифт» на тот свет. Исповедь наркомана с 15-летним стажем…» И где же тут про героин?
«В заголовке негативные последствия наркомании прямо не связываются исключительно с «аптечными» наркотиками, – втолковывают лингвисты. – Однако для человека, разбирающегося в данной области… понятно, что речь идет именно об «аптечных» наркотиках», таким образом, уже в заголовочном комплексе автор выражает идею «о существовании других видов наркотиков, употребление которых не влечет за собой таких катастрофических последствий».
Должно быть, в Пединституте ЮФУ работают очень уж редкие знатоки данной области, если из трех строчек они смогли выудить информацию, которая в тексте отсутствует.
«В лиде (то есть в вводной части текста - Авт.), во второй и третьей частях статьи это противопоставление (таблеток и героина – Авт.) формально выражено», – вещают г-н Меликян и г-жа Месропян, причем вторая часть текста заканчивается-де «явно выраженным позитивным призывом к переходу на героин».
Заинтригованные, ищем в указанном месте криминальный «позитив»: «Я пытался бросать – напрасно. И всегда причиной подрыва в аптеку были не адские ломки, а осознание того ужаса, к которому я пришел... Мне как будто надо было закрыться от всего этого и под кайфом мечтать о том, как все будет хорошо, когда я брошу».
Положим, у ростовских педагогов особые представления об удовольствиях (наркоманов), но между каких строк они разглядели призыв колоться? Ни во второй, ни в третьей части текста вообще нет слова про героин! О нем автор упоминает лишь в начале письма. Рассказывает, как укололся в подъезде, «...а после такого замыкания в сознании всем ясно, что случается… Это продолжалось год. Потом вроде вырвался, начал пить, потом рыбалка, йога. Но когда уровень душевной боли зашкаливал, все повторялось».
Вам кажется, что речь идет о попытках завязать с наркотиками? Как бы не так! Слово «замыкание», снисходительно объясняют эксперты, подчеркивает «исключительный характер правильности выбора в пользу героина», ибо оно «в данном случае синонимично слову «озарение» («внезапное прояснение сознания, внезапное понимание чего-либо»: МАС, т. 2)».
В чем заключается особенность данного случая, профессор и ассистент не поясняют, но дело даже не в этом. Подивившись странной трактовке «замыкания», заглядываю в Малый академический словарь, на который ссылаются ученые: «замыкать» -  «запереть», «соединить крайние части», «окружить со всех сторон», «идти последним»...
Ни намека на прояснение сознания! Из всех значений к «Лифту» подходит лишь «электрическое», перенесенное в область человеческого: «неправильное соединение в электрической цепи, обычно вызывающее аварию установки».
Но, может быть, эксперты из Ростова владеют каким-то уникальным изданием словаря, и он поддерживает их в стремлении копать глубже и мыслить шире? В этом умении ростовчане достигли небывалых высот. Пропаганду героина они путем сложных умозаключений отыскали даже во фразе «все до копейки уходило туда» (на таблетки): «…общеизвестна относительная дешевизна героина. Отсылку к данному аргументу осуществляет указание на тот факт, что другие наркотики очень дорогие и на них уходят абсолютно все деньги».
Читателей, не заметивших в исповеди подводных течений, авторы экспертизы извиняют: мол, не всякому смекалки хватит - информация в статье подана в имплицитной (скрытой), неявной, завуалированной форме (экспертный отчет прямо-таки пестрит этими определениями). Редакция-де постаралась усыпить бдительность аудитории хитростью, но с ростовчанами этот фокус не прошел: они обнаружили «достаточное количество различных приемов имплицитного (скрытого) воздействия и манипулирования сознанием читателей».
 

Профессор с ассистенткой запутались в терминах

Очень милые стишки, но понять их не так-то легко...
Наводят на всякие мысли - хоть я и не знаю, на какие...
Льюис Кэррол,
«Алиса в Стране чудес»

 
Большие тексты в газетах и журналах для удобства чтения, как правило, разбивают на части, выделяя последние либо мини-заголовками (как в данной статье), либо буквицами (как в исповеди наркомана «Лифт» на тот свет»). Таким образом журналисты и редакторы изданий облегчают читателям восприятие объемных материалов. Но ростовские лингвисты-специалисты раскрыли нам глаза на преступную подоплеку невинных текстовых разбивок.
«Скрытым воздействующим эффектом в статье «Лифт» на тот свет» обладает также контаминация первых фраз трех основных частей анализируемой статьи», - строго объясняют они. Вместе «они образуют единое высказывание: С наркотиками Да, я очень хорошо С каждым днем. Сочетание данных элементов структуры текста формирует основную идею: С наркотиками очень хорошо с каждым днем!»
Правда, «напрямую эта идея не сформулирована», сокрушаются эксперты, но им не составило труда выявить утаенные «элементы смысла»: «С наркотиками я чувствую себя очень хорошо, и мое состояние улучшается с каждым днем».
Сотрудники ЮФУ недрогнувшей рукой дописывают и уточняют наркоманскую исповедь, но и на этом их энтузиазм не иссякает. Вдохновенная экспертная мысль летит, как в песне, обгоняя безумие ветров шальных: «Обращает на себя внимание и сочетание первых букв, с которых начинаются все три части статьи. Вместе они образуют аббревиатуру СДС. Термин СДС имеет прямое отношение к наркомании. СДС – это синдром длительного сдавления (синдром позиционного сдавления). Это вид патологии, которая является результатом употребления синтетических наркотических веществ. Отсюда примечательным становится восприятие графического ряда статьи, представленного самыми крупными буквами — заголовком и данной аббревиатурой: «ЛИФТ» НА ТОТ СВЕТ – СДС».
Эта шедевральная логика приводит экспертов к поразительному выводу: «Таким образом, основная идея статьи – «аптечные» и другие синтетические наркотики – это плохо, а потому правильный выбор – это героин – выражена в тексте при помощи дополнительного структурно-графического способа: путем ее графического наложения на весь текст публикации».
Дальнозоркость потрясающая! Просто песня! Вот только артисты в упоении переврали все слова.
СДС развивается у людей, попавших в катастрофу и оказавшихся под завалами. Применительно к наркомании употребляют термин «синдром позиционного сдавления» (СПС). Он возникает, когда человек несколько часов находится в одной позе, и под весом его собственного тела сдавливаются сосуды и нервы конечностей.
При этом СПС, вопреки  утверждению ростовских знатоков, вовсе не является прерогативой «аптечных» наркоманов, а возникает у лиц, пребывающих в коматозном состоянии, независимо от того, накачались они «колесами», героином или алкоголем.
В общем, сенсация оказалась дутой, но подход к прочтению текста, согласитесь, оригинален. Для искателей черных кошек в черных комнатах он открывает необозримые перспективы.
Ведь зашифрованную информацию можно считывать не только по первым буквам избранных слов (акростих-шифр), но по средним (месостих), последним (телестих), а также по две отовсюду и в различных комбинациях.
Дух захватывает, как подумаешь, какие открытия ждут последователей ростовских криптографов. Все тайное – припрятанные между строк пароли, явки, адреса – станет явным. Трепещите, журналисты...
 

На том же месте, в тот же час

– Видишь суслика?
– Нет!
– И я не вижу. А он есть!
«ДМБ», художественный фильм
Романа Качанова, 2000 г.

 

Ставропольские надзорники поставили перед ростовскими знатоками и такой вопрос: распространяет ли «Открытая» информацию о месте, времени, способах приобретения и употребления наркотических веществ?
Распространяет не колеблясь, рапортуют специалисты-лингвисты, да не абы как, а явно, точно, детально, подробно...
Профессор Меликян и ассистент Месропян не скупятся на оценки, но при этом в каждом(!) абзаце развернутого ответа по привычке подчеркивают скрытый (имплицитный) характер явной информации: она, мол, есть, просто «в силу своей косвенности и пониженной коммуникативной значимости в меньшей степени контролируется сознанием реципиента».
В переводе с высокоинтеллектуального сие означает, что неискушенный читатель может не приметить в исповеди запрещенные сведения - автор умело маскирует их (что, однако, чудесным образом не сказывается на точности информации). Но специалистов пониженной коммуникативной значимостью не проведешь. Они вмиг раскусили, что к чему.
Прописал доктор парню таблетки от психоза – это, товарищи, указание на «способ приобретения». Рекомендовал пить трижды в день в минимальной дозе – ага, «способ применения» налицо!
Даже в эпизоде, где автор рассказывает, как он дошел до крайней степени саморазрушения, заглатывая по 150 «колес» в сутки, специалисты узрели не ужас исковерканной жизни, не обреченность на погибель, а «имплицитную информацию рекомендательного характера о способах эффективного воздействия препарата на организм».
Такие «незначительные» последствия эффективного воздействия, как некроз тканей и крошение зубов, описанные наркоманом, экспертов не заинтересовали. До того ли? В глубине текста, до которой не добраться обычному смертному реципиенту, они раскапывают все новые разоблачительные подробности.
Так, в строчке «по вечерам дважды в неделю ездил к аптеке, покупал «Реладорм» у барыг, закидывал по три «колеса» критики находят не только «подробное описание способа применения», «явное указание на место и время приобретения», но и «называние лиц, поставляющих препараты («у барыг, торговцев таблетками, парень»)».
Ай-ай-ай, какая опасная информация! Того и гляди, неразумный гражданин-читатель отправится в час икс по обозначенному в статье адресу («вечером к аптеке») и закупит всякой дряни на месячную зарплату, благо лицо, поставляющее препарат, автор указал предельно четко: «парень».
 

Привередливые личинки

Однажды Сталину доложили, что одна советская газета в информации о приеме посла
Польши допустила опечатку: «Товарищ Сталин принял польского осла». Сталин добродушно заметил:
«Не будем наказывать газету. Она напечатала правду».
Исторический анекдот

 

В завершение разговора о гусеницах в квашеной капусте - один любопытный эпизод с заседания консультативного совета. Обсудив «Лифт» на тот свет», его участники принялись за рассмотрение опубликованной в местном гламурном журнале статьи об абсенте - алкогольном напитке, по действию схожем с наркотиками.
«Появление этой статьи... уместно, просто надо рассматривать ее в контексте, -  заметила Елена Ежова. - Она имеет явно постмодернистскую направленность, по жанру это легкий штрих, эта техника называется «ускользание линий»... Ничего противозаконного там нет... есть явные признаки моделирования фрейма образа жизни. В статье этот фрейм моделируется очень четко и красиво... с ироническим, высокоинтеллектуальным тоном информирования».
(Куда тут нашему наркоману с его разговорами про гниение и мертвечину - ни тебе высокоинтеллектуального тона, ни ускользающих линий, ни легкости - примитив, да и только.)
Доцент СГУ Ольга Белая начала было не к месту возражать, что красивостью статья и страшна: в ней «опасные симптомы, проявляющиеся в результате употребления абсента, представлены привлекательно», «сравнение абсента с марихуаной и отсутствие ограничений в России усиливают мотивацию к употреблению вещества...».
Но помощник прокурора Павел Кузьменко оборвал увлекшуюся коллегу: «Давайте не будем ничего усложнять. Я думаю, все согласятся, что ничего противозаконного в этом материале нет».
 

Фатима МАГУЛАЕВА,
кандидат исторических наук

 

Старлек02 мая 2012, 20:57

...Им плевать на всякие бумажки. Кошки-это кошки!... - Как плевать? - Ну так это ж капиталистические кошки.

Андрей02 мая 2012, 20:56

Наверное ассистенка "профессор"в своих ассистенских вопросах,если Профессор потерял реальное понимание вопросов!

 



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий