Поиск на сайте

 

 

 

После мартовских выборов президента новый премьер российского правительства Владимир Путин обзаведется куда более действенной вертикалью власти – экономической

 

Десять маленьких Россий
На днях глава минрегионразвития Дмитрий Козак презентовал очередной этап концепции долгосрочного развития страны до 2020 года, в соответствии с которым Россию поделят на десять макрорегионов, своего рода суперсубъектов.
По словам Козака, речь идет не о политическом делении страны - новые объединения не будут иметь конкретных границ, однако позволят федеральному центру лучше ориентироваться в развитии регионов. Известен уже примерный перечень макрорегионов: Центральный, Центрально-Черноземный, Северо-Западный, Северный, Южный, Поволжский, Уральский, Западно-Сибирский, Восточно-Сибирский и Дальневосточный. Каждый из них федеральный центр наделит своей экономической специализацией. Так, Дальний Восток и Сибирь получат сырьевую направленность, Поволжье и Урал - промышленную, Южный и Центрально-Черноземный районы – аграрно-индустриальную.
По красочному выражению министра, новая региональная политика есть не что иное, как становление здорового «конкурентного федерализма»: макрорегионы смогут самостоятельно выбирать инвестиционные приоритеты, бизнес получит благоприятные преференции, ответственность власти на местах многократно возрастет.
Дискуссию вокруг проекта неожиданно «свернула» пресс-служба министра: не стоит рассматривать озвученные пункты как конкретные действия – это, скорее, концептуальный подход к региональным проблемам.
Тем не менее об очередных новациях Козака заговорили. Эксперт Института региональной политики Алексей Титков предложил свою трактовку реформы: «Основная идея ее в том, что на территориях новых округов появятся аналоги федерального инвестиционного фонда, своего рода агенты, распределяющие деньги по самым перспективным субъектам. Это те же полпреды, только финансово-инвестиционные».
Несколько иную версию инициатив министра озвучил директор Института федерализма и гражданского общества Александр Аринин: «Распределение инвестиций сегодня происходит крайне неравномерно, и порой объемы поступлений разнятся в сотни раз. Ресурсы в основном концентрируются в таких мегаполисах, как Москва, Санкт-Петербург, Нижний Новгород. Перед нами стоит задача выравнивания экономики территорий, и создание макрорегионов, на мой взгляд, прогрессивный подход к решению этой проблемы».
Примерно в этом же ключе «гармоничного развития регионов» высказался и спикер Совфеда Сергей Миронов. По его словам, долгие годы прирост ВВП обеспечивают лишь десять регионов, остальные живут за счет подачек из Москвы. Уровень безработицы по субъектам Федерации отличается в 30 раз, и с каждым годом эта пропасть только растет. Одним словом, макрорегиональная «нарезка» позволит не только устранить экономическое расслоение внутри страны, но и снять социальную напряженность.
Итак, что же все-таки предложил Козак?
Во-первых, раскроить карту на десяток макрорегионов и, опираясь на прогнозы их долгосрочного развития, в каждом выстраивать профильную экономику. Новообразования никоим образом не будут конкурировать с «президентскими» федеральными округами - их придумали лишь для анализа, выработки рекомендаций, какие, например, развивать отрасли экономики в том или ином регионе.
Во-вторых, предлагается нечто почти обратное тому, что продвигал Козак на посту южного полпреда, а именно: делегировать на региональный уровень ряд экономических полномочий. Причем процедура эта для субъектов Федерации отнюдь не бескорыстна, а в обмен на дополнительную ответственность.
И в-третьих, особо продвинутым и стратегически важным для страны регионам обещают всевозможные налоговые, таможенные и тарифные льготы.

 

Триллионы под присмотром
Между тем инициативы Козака не дают ответа на главный вопрос: как макрорегиональная «нарезка» поможет чиновникам подстегнуть развитие отечественной экономики? Не понимая, в каком направлении должна развиваться страна в целом, в правительстве взялись то же самое прогнозировать для ее «кусков». Впрочем, и сам Козак признает: «Федеральных ориентиров нет, а регионы побуждают к долгосрочному планированию». Зачем тогда огород городить?
К тому же, если говорить о долгосрочных перспективах, ограничение одной-двумя «приоритетными» отраслями вряд ли принесет ожидаемый результат. Неясным остается статус экономических макрорегионов, например, неизвестно, придется ли Росстату переключаться на них с федеральных округов.
Но главное, многие эксперты полагают, что вслед за экономическим делением непременно должно последовать политическое, иначе весь проект едва ли будет иметь смысл. Козак это категорически отрицает.
Между тем с виду чисто технический план в действительности может означать изменение баланса сил в российской политике или, по крайней мере, в правительстве.
Дело в том, что с новой моделью деления России необходимо будет увязать и экономическую политику в целом, промышленную и транспортную - в частности. И, что особенно важно: исходя именно из того, как ведомство Козака поделит регионы, им и будут выплачиваться федеральные субсидии, которые одним из них помогают успешно развиваться, а другим просто выживать.
Иными словами, речь может идти о колоссальном росте аппаратного влияния Козака и его будущего непосредственного шефа - премьера Владимира Путина. Едва заметное прежде министерство регионального развития, область компетенции которого вообще трудно было понять, теперь собирается чуть ли не указывать чиновникам министерства финансов, экономического развития и торговли, промышленности и энергетики, транспорта, сельского хозяйства. Что уж говорить о губернаторах, которые должны будут за субсидиями выстраиваться в очередь у кабинетов Козака и Путина.
В конце января на рабочей встрече в правительстве Путин вскользь осведомился, как решается вопрос об изменении порядка выдачи субсидий регионам, но, заметьте, не у кого-нибудь, а у Козака. То есть ответственным в правительстве за субсидии Путин уже считает не министра финансов Кудрина и его коллегу из минэкономики Набиуллину, а реформатора Козака.
Ряд экспертов «Открытой» полагают, что новая инициатива минрегиона и есть тот самый инструмент контроля, который Владимир Путин должен создать перед уходом с президентского поста.
Об отмене института полпредов и восстановлении губернаторских выборов речь не идет, это прерогатива Кремля. Однако влияние стоящих во главе федеральных округов полпредов, видимо, сократится.
По некоторым данным, полпредства разделят на две независимые структуры. Первая, территориальное управление Минрегиона, займется социально-экономическими и кадровыми вопросами и отчитываться будет непосредственно перед правительством России, а точнее Путиным. В ведении второй «конторы» с сильно урезанными функциями останутся вопросы идеологии и контроля, и курировать ее будет новый президент.
Директор Центра стратегических исследований Кавказа, доктор политических наук Виктор Панин считает, что разделение функций президентских полпредств - это, по сути, расщепление вертикали власти. «Каждая из двух структур будет тянуть одеяло на себя. Это приведет не к повышению управляемости, как убеждает Козак, а вызовет хаос и растерянность среди чиновников», - подытожил Панин.
Остается добавить, что объем имеющегося в распоряжении Дмитрия Козака фонда регионального развития составляет более двух триллионов рублей.
 
Даешь свою Калифорнию!
Опережая события, некое Национальное агентство прямых инвестиций уже разработало по прямой рекомендации Владимира Путина стратегию развития первого в России суперсубъекта, совпадающего с Южным федеральным округом.
Пилотный проект стратегии представил председатель правления агентства Игорь Вдовин. По его данным, южный регион сегодня получает около $11 млрд. инвестиций, однако его потребности существенно выше - ежегодно требуется $26 млрд., так что весомую часть средств должно вкладывать государство, например, через институты развития – банки, фонды.
Южный регион очень неоднороден: есть преуспевающие районы (Ростовская область, Краснодарский край), а есть глубоко депрессивные (Чечня, Ингушетия, Дагестан), причем по многим показателям одновременно - жилищным условиям, объемам экономики, безработице. Отрасли, которые кормят южан, отличаются низкой производительностью труда и скромной зарплатой. Производительность труда отстает от среднероссийской на 25-60%.
ЮФО, обладающий схожими природными возможностями с Флоридой и Калифорнией, отстает от них по ВРП на душу населения почти в 20 раз.
В качестве прорыва Вдовин предложил развивать отрасли с максимальной производительностью труда и добавленной стоимостью: туризм, машиностроение, металлургию, химическую и лесную промышленность, информационные технологии. Туристов могут привлечь почти все южные регионы, за исключением разве что Чечни, Ингушетии и Дагестана, металлургия могла бы обеспечить рост в Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкесии и Северной Осетии, а кадры может «ковать» Кубань.
Экономического рывка не получится, убеждены в агентстве, если государство не обеспечит поддержку по трем основным направлениям: подготовка кадров, дополнительные энергомощности и транспортная инфраструктура. Иначе к 2025 году нехватка специалистов в регионе может достичь 853 тысяч человек, недостаток мощностей - 44%, а дефицит пропускной способности, например, аэропортов - 40%.
Переориентация экономики и поддержка эффективных отраслей позволит, по прогнозам агентства, повысить ВРП в шесть раз, уровень зарплат в пять раз, а по темпам роста макрорегион догонит экономику Польши, Венгрии и Чехии (сейчас соответствует уровню Кении и Никарагуа). Налоговые поступления к 2025 году могут превысить триллион рублей.

Егор ВЕСЕЛОВСКИЙ

 

Мнение экспертов

 

 

Игорь НИКОЛАЕВ, директор департамента стратегического анализа компании ФБК, Москва:
- Если бы макрорегионы имели только аналитическое значение, было бы достаточно безобидно. Но это, увы, не так. В России разного рода структурированием и организационным реформированием подменяется содержательная работа. Когда отдельные организации под идею Козака получат финансирование, мы вновь услышим, как сильно нам нужны макрорегионы.
Виктор МИЛЕНИН, экс-замминистра экономического развития и торговли края, Ставрополь:
- Безусловно, экономика большинства регионов требует больших финансовых вливаний со стороны федерального центра, сами они многие проекты просто не потянут. Например, Южный федеральный округ нуждается в развитии сети транзитных меридиально-экваториальных дорог, туризма, возобновлении работы в республиках горно-обогатительных комбинатов по добыче и переработке меди, олова, урана, золота, вольфрама. В срочном порядке надо развивать малую энергетику, например, строить когенерационные станции.
Другое дело, как реализовывать эти проекты. Уверен, что самостоятельный выбор инвестиционных проектов и большие полномочия губернаторов в размещении региональной инфраструктуры, о чем говорит Козак, большая с его стороны ошибка. Во-первых, губернаторы соседних территорий никогда не договорятся о реализации совместных проектов – каждый из них считает, что он самый умный. А во-вторых, если даже и решат что-то строить вместе, то деньги разворуют. Межрегиональные проекты должна развивать и контролировать Москва самостоятельно.
Владимир ГЛАЗКОВ, руководитель краевого управления Росфиннадзора, Ставрополь:
- Появление экономических макрорегионов - вполне закономерный процесс. Целью создания в 2000 году федеральных округов и полпредств президента было укрепление вертикали власти, контроль и согласованность нормативной базы Москвы и регионов. То есть функции у них были чисто управленческие, политические. Сегодня федеральные округа свою задачу уже выполнили, и пора переходить к новому этапу - влиянию на региональную экономику. Для этого и создаются макрорегионы. Думаю, какое-то время с ними будут сосуществовать и федеральные округа - но последние вскоре отомрут за ненадобностью.
Владимир РОХМИСТРОВ, руководитель краевого управления Федеральной антимонопольной службы, Ставрополь:
- Допускаю, что у проекта есть политическая подоплека, но главное, что в нем содержится рациональное экономическое зерно. В условиях глобального мира экономика любого государства постоянно находится под угрозой всеобщего (энергетического, финансового, банковского, индустриального) кризиса, что наглядно мы наблюдаем сегодня. Деление России на макрорегионы - это попытка по максимуму защитить страну от глобальных экономических катастроф. К тому же практика создания макрорегионов для нас не нова. По этому принципу образовались в свое время ассоциации «Дальний Восток и Забайкалье», возникло Сибирское соглашение.
С другой стороны, суперсубъекты позволят заметно снизить влияние олигархических кланов на местную бизнес- и властную элиту. Кстати, в Казахстане это вполне удалось сделать, только иным путем: перенесли столицу государства из Алма-Аты в Астану.
Татьяна ИГНАТОВА, профессор Северо-Кавказской академии государственной службы при президенте России, Ростов:
- О создании экономических макрорегионов говорили давно, но только сегодня политический климат настолько «потеплел», чтобы реализовать эти идеи на практике. Безусловно, это очень перспективный и важный шаг. Более эффективно будет использоваться межрегиональная инфраструктура - инженерная, информационная, научная. Для региональных производителей облегчится доступ к общероссийским и международным рынкам. В конечном итоге повысится конкурентоспособность и инвестиционная привлекательность страны в целом.

 

Армагеддон 14 февраля 2008, 09:13

Глобальные тенденции для мира естество - там новая вселенная, а той не повезло. И здравье, и почтение - вся жизненная суть, пока на небе светится нарядный Млечный Путь. Глобальные тенденции - все в цикле и вокруг. Устало солнце - топливо сгорает, как то вдруг. Но снизу надвигается пропаренный эффект. И в том, и в этом - светяться не много вроде лет. Глобальные тенденции - Володя Джорджу друг, Бен Ладен опрометчево уволился из слуг. В сердцах дверями хлопнул он хозяивам в укор и многие подумали напал на всех... террор. Глобальные тенденции - жена ушла вчера, стенаю опрометчиво - хотя давно пора. И кошка что-то мылится, кого-то в гости ждет - все в этом перемелется, и все всегда пройдет.

 



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий