Поиск на сайте

 

Две трети века они лежат «без вести пропавшими» в степях Ставрополья. Это не обжигает тебе душу, современник?

Всё село в братской могиле

Одни из тяжелейших кровопролитных боев с 20 августа 1942-го по 5 января 1943 года на Ставрополье шли в Курском районе.

Из докладной записки секретаря райкома партии М.Ф. Рындина секретарю крайкома М.А. Суслову, подготовленной в феврале 1943-го:

«Фашистско-немецкие звери  за короткое свое пребывание в нашем районе учинили над мирным населением большие зверства… Районный центр обезображен до неузнаваемости. Когда смотришь на все это, сердце обливается кровью, а жгучая русская кровь взывает к ненависти, мщению и еще раз мщению врагу».

В апреле Рындин подготовил подробную справку о положении дел в районе после оккупации. Вот лишь некоторые факты.

Население Менжинского сельского совета полностью расстреляно, сельсовет ликвидирован. Население Ага-Батырского сельсовета изгнано и оставлено без крова. Все общественные постройки  и хаты колхозников разрушены.  Хутора Нортон, Михайловский, Беленкович исчезли с лица земли. Колхозники выдворены и оставлены без крыши над головой. В Богдановском сельсовете все население расстреляно, из 114 домов осталось 43…

Село Богдановское (сегодня на территории Степновского района), где до войны проживало преимущественно еврейское население, немцы оккупировали 22 августа 1942 года. Обнародовали приказ о «новом порядке», установили комендантский час.  По доносу предателя 24 сентября в село прибыло пять грузовиков с карателями. Старикам и подростам приказано было явиться к зданию комендатуры, после чего отправили в поле восстанавливать старый обвалившийся колодец.

Уже на следующий день все местное население собрали у школы. Первыми в небольшую балку, где находился колодец, на грузовиках вывезли мужчин. Вскоре оттуда донеслись автоматные очереди. Обезумевших от сраха женщин и детей к месту расправы уже гнали небольшими партиями, чтобы не разбежались. Едва последние трупы из партии сбрасывали в колодец, как подгоняли следующую. Кого из детей чудом щадила пуля, был задушен телами матерей.

Так, 452 человека, почти все село, легли в одну братскую могилу, в колодец, издревле считавшийся символом жизни. Позднее, по воспоминаниям местных жителей, к этому скорбному списку добавилось еще 19 имен. Сегодня здесь, посреди степи, стоит памятник, названный «Колодцем скорби», - старик, женщина и ребенок, ухватившийся худенькой ручонкой за мамин подол.

Много памятников на нашей земле установлено жертвам нацизма, но этот особенный. В нем нет геройства тех, кто нашел здесь свой последний приют. Нет напускной скорби и назиданий будущим поколениям. Нет образов вечности и бессмертия, о которых живые не могут знать. Есть один ужас, застывший в глазах обреченных на зверскую казнь мучеников. Ужас пустого ледяного колодезного мрака, от которого щемит сердце!

Только в Курском районе в результате немецкой оккупации по разным причинам было ликвидировано четыре сельских совета. В одних случаях с лица земли были стерты дома, кошары, колхозные конторы, школы, клубы, в других - истреблены все мирные жители.

Село Богдановское. «Колодец скорби». На этом месте в сентябре 1942 года было расстреляно более 450 мирных жителей - почти все жители села.

Наши были отличной мишенью

В 1942-м противник создал мощную укрепленную линию, протянувшуюся от хутора Сунженского до станицы Галюгаевской на Тереке.

Система обороны представляла собой практически непрерывную линию траншей, отдельных блиндажей и огневых точек, соединенных безопасными ходами сообщения. Все до одной, даже самые небольшие курганы и высотки были превращены в узлы  обороны. На восток, в сторону бурунов, где находились наши войска, тянулись непроходимые смертоносные минные поля. Немецкие военные инженеры не зря получали чины и награды!

Мирных жителей сел и хуторов, лежавших в зоне предстоящих боев, немцы выселили, а сами населенные пункты превратили в оборонные опорные пункты. Огневыми точками стали дома, подвалы, оросительные сооружения. В редких лесочках были отрыты земляные укрытия для личного состава и техники.

Следы этих сооружений сохранились и до наших дней, а потому дают живое представление о системе обороны германских войск в этих местах. Обычной находкой считается здесь гильза, саперная лопатка, осколок снаряда, минное оперение.

Мы стоим на немецких позициях у хутора Дыдымкин. Вокруг виднеются оплывшие со временем траншеи, укрытия для танков и минометных расчетов, соединительные ходы.

До Митрофановского леса, откуда наши шли в атаку, километра три гладкой степи. Пространство как на ладони, пристрелян каждый приметный бугорок. Едва красноармейцы выходили из укрытия, как превращались для врага в отчетливые мишени. Кажется, что преодолеть это расстояние по глубоким сугробам и под прицельным огнем немецких стрелков невозможно. И все же нашим конникам удавалось достичь вражеских позиций!

О событиях, происходивших в хуторе (ныне бывшем) Арарат Степновского района в конце декабря 1942 года, можно судить по воспоминаниям Дмитрия Павловича Хоруженко, начальника политотдела 9-й гвардейской Кубанской казачьей кавалерийской дивизии:

«...Был получен приказ командира корпуса (командир 4-го гвардейского Кубанского казачьего кавалерийского корпуса генерал-лейтенант Н.М. Кириченко. - Авт.) овладеть селом Арарат. В связи с этим дивизия должна была пройти сквозь линию фронта, оказаться в полном окружении врага и решать задачу со многими неизвестными...

К пяти часам утра 23 декабря был достигнут полевой стан, это в двух километрах севернее Арарата. Густой туман очень затруднял ориентировку. Между тем приближался рассвет, который мог разрушить план действий, построенный на внезапности удара. Командир дивизии решил действовать.

Полки ворвались в село. Их появление явилось для врага полной и во многих отношениях трагической неожиданностью. Гитлеровцы в панике бежали во все стороны. Кое-где возникали попытки к сопротивлению, но они были быстро сломлены.

Ярость казаков была неописуемой, в ход были пущены все виды оружия, вражескими трупами устилались улицы и дворы села... К 9 часам село было занято».

А дальше дивизия действовала, находясь в полном окружении, и враг это понял. Со всех сторон по нашим подразделениям был открыт шквальный огонь артиллерийских и минометных расчетов, в бой пошли танки и мотопехота. Враг наседал со всех сторон, наши подразделения несли потери. Бой длился до темноты, и только под покровом ночи дивизия вышла из окружения.

«Короткий рейд дивизии на село, - продолжает Д.П. Хоруженко, - нанес врагу тяжелый удар - он потерял несколько сот солдат и офицеров убитыми и ранеными. Были разбиты и сожжены четыре склада с боеприпасами и другим имуществом, десятки автомашин и мотоциклов, два танка, несколько артиллерийских орудий.

Но и для нас рейд обошелся дорогой ценой. Мы потеряли убитыми и ранеными около 150 человек, свыше двухсот лошадей, одно артиллерийское орудие и пять минометов».

Как имя твоё, павший герой?

Перехватив инициативу, в январе 1943-го Красная армия пошла в наступление, оставляя за собой груды металла и горы трупов - чужих и своих.

Бывший член Военного Совета 44-й армии П.Л. Печерица в своих мемуарах писал:

«Темпы наступления сильно тормозились плохим материально-техническим обеспечением. Не хватало боеприпасов, горючего, продовольствия. Никаких запасов создано не было, а подвоз их по железной дороге и автотранспортом был ограничен.

Так, 30 танков 248-го батальона в разгар боев несколько дней простояли без горючего. Продовольствием войска обеспечивались скудно, горячая пища почти не готовилась из-за отсутствия топлива и нехватки воды. В первый же день наступления некоторые части 416-й стрелковой дивизии, находившиеся в песчаных бурунах, остались без продовольствия».

Отчет о военно-оборонной работе Курского райвоенкомата за 1943 год содержит цифры собранного трофейного оружия: винтовок 308 штук, станковых пулеметов 9, ручных пулеметов 36, гранат 1150, снарядов разного калибра 1000, противотанковых ружей 83, снарядов для мин 6750, винтовочных патронов 50 тысяч… Отступая, противник бросил около 40 подбитых танков.

Разминированием территоррии занимались не один год. Завотделом Курского района К. Тюлькин докладывал о проделанной работе за 1944 год: собрано и уничтожено мин три тысячи, других боеприпасов 52 тысячи, военкомату передано мин 8440,  других боеприпасов 73390, противотанковые ружья, винтовки, пулеметы, патроны.

Сопровождает отчет приписка:

«Район полностью еще не очищен от мин. В настоящее время из-за снега вести работы нельзя, так как это опасно».

На минах-ловушках в районе гибли вплоть до 1960-х годов. По словам старожила этих мест, жителя села Русского А.М. Бичеева, только ему известно более двадцати случаев гибели детей, подорвавшихся на минах в мирное время.

Обстоятельства вынуждали нашу обескровленную, голодную, разутую и раздетую армию двигаться вперед и только вперед. Безостановочно!

Нельзя было позволить врагу дать опомниться, окопаться, создать новые узлы обороны. Остановка на отдых, любое замешательство могли полностью сорвать план наступательной операции. Времени не было даже на погребение павших товарищей.

Только на территории Курского района сегодня находится 26 братских воинских захоронений. Большинство тех, кто покоится в них, и по сей день числятся пропавшими без вести.

В поселке Мирном в братской могиле лежит 901 советский воин. Имена 11 известны, остальные не установлены.

У бывшего хутора Кизилов стоит памятник похороненным здесь 5500 солдатам и офицерам. Звания и фамилии не установлены.

В парке села Полтавского братская могила навеки объединила 2500 воинов Красной армии, погибших возле хуторов Ново-Троицкий, Ага-Батыр, Тарский. Установлены фамилии 69 человек.

Из 8500 солдат и офицеров, которые обрели вечный покой в братской могиле хутора Дыдымкин, увековечены имена 45.

В станице Галюгаевской в братской могиле лежит 460 воинов. Установлены фамилии четверых...

Всего из 18285 похороненных на территории района в братских могилах солдат и офицеров имена известны 512. Сколько наших воинов осталось лежать в полях, никто не считал.

Никто не забыт, ничто не забыто!

Как же вышло, что десятки тысяч бойцов и командиров, сложивших голову на ставропольской земле, были занесены в списки «пропавших без вести»? Многие годы их дети, внуки, а теперь и правнуки безуспешно пытаются установить место погребения родных, но на все их запросы в архивах, музеях, всевозможных обществах исторической памяти и охраны памятников лишь разводят руками - не знаем, не установлено, сведениями не располагаем…

Когда армия ушла в наступление, места вчерашних сражений обходили работники военкоматов и собирали у погибших медальоны, партийные и комсомольские билеты, кандидатские карточки. В архивных папках сегодня хранится множество «Актов изъятия документов во время захоронения…». По документам устанавливали место проживания родственников погибших, но хоронили уже безымянных воинов!

Тяжелую эту обязанность возложили на местых жителей - в основном женщин и подростков. Похоронные команды весь световой день ходили по округе и на тощих колхозных коровенках свозили тысячи тел к братским могилам.

В середине 1990-х в местах боев работала группа «Поиск» - курсанты Ставропольского высшего военного училища связи. В районе Митрофановского леса, в окрестностях хутора Дыдымкин, поисковики наугад раскопали небольшое углубление в песке и тут же обнаружили останки в беспорядке лежащих сорока двух советских солдат.

Большую поисковую работу по всему восточному Ставрополью провела группа ученых - сотрудников краеведческого музея под руководством Андрея Сального, который и помог авторам этой публикации воссоздать картину происходящего. Группе тогда удалось собрать уникальный материал - воспоминания местных жителей о проходивших здесь боях, линиях обороны, зверствах оккупантов, партизанах, местах захоронений.

Их приютила бескрайняя степь

По свидетельству очевидцев, в братских могилах свой последний приют обрела лишь часть павших воинов, большинство же хоронили прямо на месте гибели. С наступлением весны тела стали разлагаться, и перевозить их было невозможно.

Жительница хутора Дыдымкин Валентина Яковлевна Малушко рассказывала, что хоронили в окопах и воронках. Обычно стелили шинели, на них укладывали погибших, покрывали шинелями и засыпали. И так изо дня в день - счет павшим шел на тысячи. Был случай, когда нашли закопанный в укрытии вражеский танк, а рядом в шесть или семь рядов, один на другом, советские солдаты.

Когда в районе хутора начались ожесточенные бои, Валентина Малушко стала свидетелем расстрела солдата, как стало известно ей, сознательно обморозившего ноги, а также целой группы, до двадцати человек, солдат-азербайджанцев, решивших отсидеться в тылу во время атаки. В бурунах восточнее хутора долгое время была могила двенадцати девушек - бойцов Красной армии с табличкой, что они расстреляны за невыполнение боевой задачи.

Хоронила павших всю весну, стаскивая тела в небольшие ямки и канавы. По воспоминаниям другой жительницы Дыдымкина Надежды Алексеевны Горбачевой, когда трупы стали разлагаться, их хоронили в общих ямах с убитыми во время боев лошадьми и верблюдами. Сотни могил, одиночных или братских, не были даже обозначены.

Уже после войны погибших в Курском районе переносили в общую могилу в селе Полтавском, но большинство так и осталось лежать в чистом поле.

Из протокола заседания бюро Курского райкома ВКП(б) за 11 мая 1943 года:

«Потребовать от председателя Полтавского сельсовета мобилизовать необходимое количество рабочих, а также транспорт и немедленно организовать уборку трупов и людей, не убранных на землях конезавода №52 и колхозов «Всходы» и «Большевик».

Захоронение останков солдат по всему востоку края продолжалось влоть до 1944 года. Восстанавливались колхозы, перед которыми спускали планы по обеспечению армии продовольствием и фуражом, под зерновые распахивались новые поля, до которых не добрались похоронные команды.

Жуткая картина однажды предстала перед колхозниками в Курском районе. На поле, по которому шли в атаку советские солдаты, подожгли прошлогоднюю траву. Когда пламя очистило огромное пространство, черная от огня земля густо была усеяна белыми черепами.

«Как бахча», - говорили старожилы при этом воспоминании, и на глазах их проступали слезы.

Но странное все же свойство имеет народная память! Время стирает следы страшных событий.

Живший в Ачикулаке Петр Николаевич Кудинов рассказывал, что после войны были составлены списки расстрелянных селян. Но потом они куда-то затерялись. Данные о количестве убитых сегодня колеблются от 250 до 500 человек, сколько, точно не знает никто.

В 1995 году группа ученых Андрея Сального выезжала на предполагаемое место расстрела - пустырь между старым кладбищем и излучиной реки Горькая Балка. Сегодня это место больше похоже на свалку, сплошь изрытую саманными ямами.

Само кладбище, где, возможно, хоронили советских воинов и расстреляных мирных граждан, пришло в полное запустение, многие захоронения едва заметны.

В центре Ачикулака находится братская могила воинов 4-го гвардейского Кубанского кавалерийского казачьего корпуса, погибших 1-2 ноября 1942 года при попытке взять село. Изначально на памятнике были указаны фамилии погребенных, но к 50-летию победы памятник отремонтировали, а списки погибших сняли.

Так могила стала безымянной. По словам местных жителей, в ней покоится прах более 600 воинов.

Хутор Дыдымкин. Много дней в январе 1943 года местные жители со всей округи на телегах свозили сюда павших солдат и офицеров. В братской могиле покоится 8,5 тысячи человек.

Наши мёртвые - как часовые

В декабре 1942-го все ближе гремели бои от хутора Сунженского, жители спешно покидали хаты. Когда в январе возвратились, вместо хутора нашли одну разруху, еще горели дома и подбитая техника. Повсюду лежали погибшие красноармейцы и гитлеровцы.

Мария Алексеевна Кобыляцкая вспоминала, что погибших хоронили как в полях, так и в братской могиле, на кургане в центре Сунженского. На западном склоне кургана - советских солдат, а на восточном - солдат вермахта. Так и лежат они, непримиримые враги, по соседству.

А до этого здесь, на северном склоне кургана, были похоронены казаки, служившие на стороне Германии и нашедшие свою смерть во время рейдов в буруны.

Любовь Степановна Рыбалко, жительница станицы Курской, рассказывала, что осенью у их дома были захоронены 15 немецких военнослужащих. Могилы шли в два ряда. Хоронили без гроба, только заворачивали тела в плащ-палатки. Над могилой сооружали небольшой холмик, ставили крест, на который водружали каску.

После освобождения станицы могильные холмики сровняли с землей. Сегодня это часть улицы Калинина, а на месте захоронений обустроили пешеходные дорожки и палисадники.

В большом селе Эдиссия еще  помнят, что в церкви и соседнем с ней здании церковно-приходской школы во время оккупации располагался немецкий госпиталь. Линия фронта проходила примерно в тридцати километрах отсюда, а потому раненых, почти что в тыл, свозили в большом количестве. Умерших - и солдат, и офицеров - хоронили во дворе церкви, метрах в сорока. Всего могил было около ста, одна к одной, четкими рядами, как в строю.

После освобождения села надмогильные холмики уничтожили. Не раз при строительных работах находили здесь человеческие кости.

Всего за несколько дней до нашего приезда в Эдиссию у величественной из красного кирпича церкви, сохранившей до наших дней следы артиллерийского обстрела, германские ученые завершили эксгумацию останков на немецком кладбище. Как говорят местные жители, немцы нашли тела 74 своих воинов. Все они с почестями будут преданы погребению уже на родной земле.

Перезахоронением занимается Немецкий народный союз по уходу за воинскими захоронениями. На территории бывшего Советского Союза во Второй мировой войне немецкие потери оцениваются в 2,2 миллиона человек, из них около 1,4 миллиона в России. О 1,9 миллиона павших имеются данные о месте смерти и захоронения.

Начиная с 2001 года основные работы Народный союз развернул на территории Северного Кавказа, а также в местах бывшего Кубанского плацдарма.

Село Полтавское. Братская могила 496 советским воинам.

В районе боевых действий, который простирался от Ростова-на-Дону до высокогорий Северного Кавказа, с лета 1942 года до весны 1943 года погибло около 130 тысяч немецких солдат. Только на востоке Ставрополья сегодня известно месторасположение около полутора десятка немецких воинских захоронений.

Затруднительным является обнаружение останков в горных районах, некоторые захоронения либо застроили, либо опустошили мародеры.

Когда-то в южной части бывшего хутора Шефатов находилось немецкое воинское кладбище, полностью разграбленное в 1960-е годы. На территории захоронения и в соседней с ним балке во время научной экспедиции были обнаружены следы грабительских раскопок - разбросанные человеческие кости, фрагменты ремней и обуви, пуговицы от мундира, люверсы плащ-палаток. Все, что ценится, черные копатели унесли - каски, награды, фляжки, бляхи от ремней.

Но, несмотря на сложности, с которыми сталкивается Народный союз, за последние годы в Восточной, Центральной и Юго-Восточной Европе ему удалось восстановить или создать заново почти 300 кладбищ Второй мировой войны, в том числе военнопленных и интернированных. Перезахоронены останки около 673 тысяч павших.

На территории России с 1992 года было создано и восстановлено 22 немецких солдатских кладбища. Восемь из них находятся в Калининградской области, три - в Новгородской, два - в Смоленской, по одному - в Волгоградской, Мурманской, Ленинградской, Тверской, Псковской, Курской и Воронежской областях, в Краснодарском крае и в Карелии.

…Рядом с братской могилой в хуторе Дыдымкин, где захоронены 8500 советских воинов, к 50-летию победы построили часовню. Испокон веков в дореволюционной России в храмах были высечены имена павших защитников родной земли. Но многие традиции не вернуть уж.

В хуторской часовенке царит запустение. Окна затянуты паутиной, по углам ветер нанес листьев, образа покрылись слоем пыли. С печалью со стен взирают на редких гостей святые.

Памятник на братской могиле здесь был установлен в середине 1950-х и с тех пор, кажется, не реставрировался. Звездочка, венчающая обелиск, повисла, как сломанная гвоздика. Густые, с человеческий рост, заросли амброзии скрыли немногие из известных потомках имен лежащих здесь солдат.

Как сообщается в официальных бумагах, в окрестностях хутора до сих пор находят останки павших воинов. Последнее погребение в этом святом для России месте состоялось… десять лет назад.

Алексей КРУГОВ,
Олег ПАРФЁНОВ
 
 


Поделитесь в соц сетях


Комментарии

павел (не проверено)
Аватар пользователя павел

"Звездочка, венчающая обелиск, повисла, как сломанная гвоздика. Густые, с человеческий рост, заросли амброзии скрыли немногие из известных потомках имен лежащих здесь солдат."
Уважаемые авторы и редакция, не стыдно печатать такие вещи? Если автор увидел территорию парка заросшей амброзией, то причем здесь памятник? Где на фото сломанная звезда? Почему автор не предоставляет достоверности своим словам? Потому что там, она приварена на мертво изначально! И чтобы стать такой, как ее описывает автор, должна полностью сгнить!

Руслан Авакжанян (не проверено)
Аватар пользователя Руслан Авакжанян

В центре одного из полей Привольненского отделения Полтавского совхоза где-то между Привольным и Серноводской была большая братская могила. Я помню как ещё в начале 70-х годов на День Победы туда приезжали люди со всего союза. Что известно об этом приятном месте?

Добавить комментарий