Поиск на сайте

 

 

 

Тайная любовь Лермонтова к прекрасной француженке - реальный факт или литературная мистификация? По этому вопросу исследователи жизни и творчества поэта во мнении расходятся

 

В 1887 году в журнале «Русский архив» были опубликованы «Письма и записки Оммер де Гелль», представлявшие собой перевод глав книги французской путешественницы. Там были описаны ее встречи с М.Ю. Лермонтовым на Кавказе и в Крыму осенью 1840 года. Видимо, с тех пор и начала свое существование красивая легенда об отношениях Лермонтова и Адели Оммер де Гелль.
В 1933 году уже в Советском Союзе в издательстве «Academia» вышел полный текст этих дневников. Факт знакомства Лермонтова с Оммер де Гелль был подхвачен биографами поэта. Но уже через год исследователи-лермонтоведы сопоставили все известные им факты и признали, что письма эти невозможно признать подлинными. Опубликованный дневник был отнесен к жанру литературной мистификации, а его подлинным автором назван Петр Вяземский, редактор журнала «Русский архив». Некоторые ученые дошли до того, что стали отрицать и сам факт существования этой женщины.
Внести ясность в этот вопрос я попросила Екатерину Соснину, научного сотрудника Государственного музея-заповедника М.Ю. Лермонтова в Пятигорске, докторанта университета Сорбонны.

 

- Существовала ли вообще эта прекрасная француженка?
- Адель Оммер де Гелль – жена известного французского геолога Ксавье Оммер де Гелля. Француз путешествовал по югу России с научными целями в 1839-1841 годах, а жена его повсюду сопровождала, встречалась с людьми, ждала мужа из научных экспедиций и писала заметки.
В нашем музее я обнаружила очень много старой дореволюционной литературы на французском языке, в том числе и труд французской писательницы Жанны-Адели Оммер де Гелль «Путешествие по Прикаспийским степям и югу России». Книга эта была издана в Париже в 1860 году.
- Так и книга существовала на самом деле?
- Когда мне попала в руки эта книга, сразу же захотелось узнать, действительно ли встречались эти люди. Но в книге Адели я не нашла о Лермонтове ни слова. Только по косвенным данным можно судить, что знакомы они все же были.
Оммер де Гелль описывает тех же самых людей, которых знал Лермонтов, дает им очень подробные характеристики, бывает в тех же местах, где был и Лермонтов. Все же прошло уже 20 лет, дуэль Лермонтова наделала много шуму…
- Но, может быть, где-то есть и другие произведения этой женщины?
- Во Франции был издан сборник стихов Адели. Когда я перевела и ее стихи, поняла, что она хорошо знакома с творчеством поэта и пользовалась теми же образами, что и Лермонтов: гроза, демон и даже парус.
Стихи никогда не комментировались, не переводились на русский язык. Но ведь это тоже дорожный дневник госпожи де Гелль, иногда даже более откровенный, чем ее мемуары, которые были написаны через 20 лет после путешествия по России!
После того, как я перевела ее стихи, мне уже не хочется верить ни в то, что Адель Оммер де Гелль не была знакома с Лермонтовым, ни в то, что она вообще не слышала его имени.
- Но ведь было, наверное, и еще что-то, что и породило легенду о связи Лермонтова с французской путешественницей?
- В лермонтоведении известны воспоминания барона фон Майделя, на которые ссылаются первые биографы поэта. Фон Майдель окончил ту же школу гвардейских подпрапорщиков, что и поэт, они были знакомы. Лермонтов с ним откровенничал и за несколько месяцев до дуэли признался ему в своем увлечении одной французской дамой.
«Знаете ли, барон, - говорил он, - я прошлой осенью ездил к ней в Ялту. Я в тележке проскакал до двух тысяч верст, чтобы несколько часов пробыть наедине с нею. О, если бы вы знали, что это за женщина! Умна и обольстительна, как фея. Я ей написал французские стихи…»
- И действительно есть такие стихи?
- 10 мая 1841 года Лермонтов пишет из Ставрополя своей приятельнице Софье Карамзиной: «Я дошел до того, что стал сочинять французские стихи, - о, разврат!» И прикладывает к письму стихотворение «Ожидание».
Интересно, что первые биографы поэта приписывали Лермонтову посвящение этих стихов госпоже А.Оммер де Гелль. После «разоблачения» литературной мистификации Петра Вяземского об этом уже не вспоминали. Но поди разберись сейчас, где кончаются светские сплетни и начинаются истинные факты. Об этой любви ведь мало что известно, дама была замужем, к тому же за довольно известным человеком. Бросить малейшую тень на его репутацию грозило навлечь позор и большие неприятности на себя.
- Какую роль сыграли эти отношения в судьбе поэта?
- Жизненные пути Лермонтова и его будущего убийцы Николая Мартынова пересекались постоянно. Лермонтов и Мартынов вместе учились в Школе юнкеров. Семейные усадьбы и того и другого находились в одной Пензенской губернии, на каникулах Лермонтов часто бывал у Мартыновых. По-видимому, Лермонтов действительно с юных лет нравился его сестре Наталье Соломоновне.
В Москве в 1840 году поэт часто навещал Мартыновых и «любезничал» с сестрами своего будущего убийцы. Это было похоже на чисто внешние знаки внимания к знакомым с детских лет сестрам приятеля, которые превратились в очаровательных девушек.
В 1898 году взрослый сын Мартынова утверждал, что его отец в 1841 году в Пятигорске ждал от Лермонтова формального предложения его сестре Наталье, поэтому долго не обращал внимания на колкости поэта и не порывал дружеских отношений.
- Но известно ли было Мартынову об отношениях Лермонтова и Оммер де Гелль?
- В 1963 году в архивах найдена эпиграмма, якобы принадлежавшая перу Николая Мартынова:
«Mon cher Michel!
Оставь Adel…
А нет сил,
Пей эликсир…
»
Под текстом эпиграммы имеется помета: «Подлец Мартышка!». Чьей рукой сделана надпись, не выяснено до сих пор. Но в любом случае здесь содержится явный намек, почему отношения поэта с Мартыновым должны были испортиться.
У Мартынова недалеко от Пятигорска стоял шатер «вроде калмыцкого улуса», и, по его словам, накануне поэт провел там целый день, желая «отвести душу».
- О чем же был «разговор по душам»?
- Остается только догадываться. Но только после этой встречи Мартынов становится раздражительным и желчным. Эта эпиграмма может быть рассмотрена как недостающее звено. Что-то постоянно мешало понять резкую перемену во взаимоотношениях двух давних приятелей.
А если предположить, что в разговоре с Мартыновым «по душам» в его шатре Лермонтов сказал ему то же, в чем признался накануне Майделю?
Мартынов понял, что любовь Лермонтова – не простой адюльтер, и его ожидание предложения своей сестре напрасно. Все становится на свои места – раздражение Мартынова, нелепый повод, приведший к дуэли, упорное молчание секундантов. Ведь здесь была затронута честь сразу нескольких женщин.
- Похоже, что эта красивая легенда все же имеет право на существование?
- Тайны, как известно, времени не подвластны и могут жить вечно…. Но я убеждена: только глубокое чувство может стать причиной дуэли.

Беседовала
Елена СУСЛОВА



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий