Поиск на сайте

 

 

Два энтузиаста из Кочубеевского района приохотили земляков к новой зимней забаве: попариться в походной баньке - и в прорубь!

 

Мои старые знакомые, лесник Александр Грищенко и заводчик бойцовых петухов Александр Иванов, давно приглашали попариться в их баньке. Банька эта особая, скажем так, передвижная. Ставят ее ребята за полчаса на берегу реки. Жар там такой, что уши в трубочку сворачиваются. Сразу из баньки сигают в прорубь. Кайф, говорят, неописуемый. Уже многих земляков приохотили к такой забаве. Заболели все. Не простудой, а баней. Вот и я наконец-то решил вкусить истинных наслаждений.

 

Жару на три часа
Спускаемся на машинах в пойму Большого Зеленчука, ветер здесь тише. А наверху - метров 12 в секунду и мороз градусов пять. Местом дислокации выбираем площадку у протока Зеленчука. Здесь есть и лед, и открытая вода на перекате. Два Александра выгружают из «ГАЗели» заранее запасенные дрова. Вытаскивают металлические трубки и полиэтиленовую пленку. Из трубок будет быстренько собран каркас, на который и натянут пленку. Вот и вся баня. Но это чуть позже. 
А сначала ставят нечто наподобие мангала, только с решетчатым дном. В «мангал» вместо мяса наваливают камней, а под дырявое дно кладут дрова. Немного солярки, чтоб быстрей разгорелось, - и запылал жаркий костер. Пламя мечется на ветру, один из языков хорошенько лизнул нас, опалив мне брови, а Иванову бороду. Но от этого только веселей. То ли еще будет! 
- Часа через полтора камни раскалятся докрасна, жару на три часа хватит, - говорит Александр Грищенко. - Но сегодня, может, и на меньше, ветер как-никак. Но нам столько и не надо. А вообще человек десять в такой бане смогут смело попариться. 
Грищенко черпает ковшиком холодную воду из реки и заливает ею дубовые веники. Холодная вода лучше горячей, веники в ней становятся гибкими, но не раскисают. 
Пока разогревается каменка, наши друзья рассказывают об особенностях походной бани. Именно в походе в горах Грищенко увидел похожую баню, в которой парились две туристки из Литвы. Он тоже туда залез, понравилось. 
- Это что, он хочет себе первенство присвоить? - шутя, возмущается Иванов. - Это я первый начал здесь так париться, а потом уже Саню привлек. А вообще, я такие бани в Сибири видел. 
Слушаю их и невольно любуюсь этими 50-летними крепышами. Замечательные мужики! Один служит лесником много лет за мизерную зарплату. Не ноет. Научился извлекать выгоду из любимого дела. Вяжет метлы, плетет корзины, меняет их в хозяйствах на корма и выращивает свиней. Выстроил двухэтажный дом, помогает детям. 
Другой вообще официально нигде не работает, но тоже строит солидный домик. Берется за любую работу: хоть деревья пилить, хоть туши на бойне разделывать. А его бойцовые петухи признаны одними из лучших в России. Оба любят природу, ходят в горы в походы, сплавляются каждый год на камерах по горному Зеленчуку. Хорошо, красиво живут. 
- Мне жена сегодня говорит: «Опять, что ли, в баню? Когда ж ты повзрослеешь?» Наверное, никогда, - размышляет Грищенко, выгребая из-под каменки угли. 
Их нужно обязательно убрать перед тем, как накрыть камни палаткой, чтоб не угореть. Потом подстелили соломки, чтоб не стоять босыми ногами на снегу. 
- Давайте ныряйте, - говорит Иванов, приоткрывая полог палатки.

 

Ух, лепота!
Изрядно замерзнув на ветру, я сразу - юрк в спасительную дыру. А там пекло немыслимое. Действительно, уши вянут, а крестик на груди раскалился так, что еле терплю. 
- Надо было снять, - говорит Иванов и подливает из ведра на камешки. 
- Как же я его сниму, когда мне еще в прорубь прыгать?! Может, сохранит Господь? 
Дух в палатке стоит изумительный, вода ж в ведре настояна на чабреце, эвкалипте и еще какой-то травке. Этот чудесный жар проникает во все клеточки организма. А Иванов еще и хлещет дубовым веничком. Лепота! 
Когда уже нет сил терпеть, вылетаем на мороз. Вот она, прорубь, зияет свинцовой жутью. «Может, на заднице съехать?» - мелькает мысль. Но тут же становится стыдно за такое малодушие. Сигаю в бездну солдатиком. К счастью, бездны той всего по грудь. Ожидаемого спазма, когда душа уходит в пятки, нет. Даже вроде и не холодно, а как-то забористо, ядрено! Радость бесшабашности забирается в душу, и хочется орать от вдруг нахлынувшего счастья! 
А Иванов торопит: «Хватит, хорошего понемножку! Давайте опять в парную!» И так еще два раза. В бане еще натирали разгоряченное тело солью и кедровым маслом. Это для того, чтоб все поры открылись и шлаки из организма вышли. Наверное, вместе с грязью и какие-то бесы из души вылетели. Во всяком случае, уж очень легко на душе стало.

 

Прорубь против хвори
Пока одевались, подъехали еще два любителя экзотической бани. Это Иван Иванович Ткаченко, управляющий отделением колхоза имени Чапаева, и тренер по каратэ Илгам Садриев. 
- Я их придурками назвал, когда первый раз увидел, - признается Иван Иванович. - Это ж, думаю, сколько мне надо выпить, чтоб за ними в прорубь полезть? А потом все-таки уговорили. Ощущение потрясающее. Жене, правда, неделю не признавался, все ждал, заболею или нет. Обошлось. Теперь постоянно парюсь. 
- А я специально приехал, потому что приболел немного, - говорит Илгам. - Уже проверено, после такой процедуры хворь как рукой снимет. Клин клином вышибаю. - И тут же отправился под пленку, а потом в прорубь. 
- У меня и три внука здесь парились, четвертый пока еще не дорос, но скоро тоже придет, - говорит Александр Грищенко. - А всего через баню человек сто прошло. И глава села парится, и другие начальники. Постоят в галстучках, почертыхаются, а потом их и за уши не оттянешь. И женщины здесь тоже парились. Сначала долго сопротивляются, ругаются даже. А когда их под пленочку удастся заманить, потом благодарят, говорят, что помолодели. 
После бани мы попили горячего настоя шиповника и калины, заваренного на костре, поели картошки в мундире с салом грищенского посола. Ну что еще надо человеку для счастья?

 

Сергей ИВАЩЕНКО



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий