Поиск на сайте

 

 

На протяжении ряда лет администрация Ставрополя отказывает глубокому инвалиду в получении земельного участка, в котором она остро нуждается

Учёный, хирург, психолог спасала сотни людей, а теперь?..

Здравствуй, уважаемая  редакция «Открытой»! Пишу вам с огромным трудом, поскольку страдаю тяжелейшим заболеванием глаз миастенией. Веки опускаются, зрачки закрываются, и только после принятия серии нейролептических препаратов снова могу видеть.

Но прежде чем рассказать о своей проблеме, позвольте немного о себе.

Родилась я в 1939 году в Ставрополе. Трудовую деятельность начала в 19 лет формовщицей в литейном цехе Ставропольского машиностроительного завода.

Окончила медицинский институт и по воле государства оказалась в Саратове. Там уже окончила ординатуру на кафедре госпитальной хирургии Саратовского мединститута. Имею несколько научных работ, сдала кандидатский минимум на «отлично».

Оставшись с двумя детьми на руках, без отрыва от основной деятельности в области экстренной хирургии, окончила Саратовский юридический институт, устроилась социологом на предприятие оборонной (производство ракетной техники) промышленности.

Здесь развернула работу в отделе научной организации труда, занималась вопросами психологического анализа управленческого аппарата и среднего звена предприятия, психологической совместимости рабочих. Всего под моим контролем и наблюдением находилось более 35 тысяч человек, по сути, небольшой город.

Подбор и расстановка кадров дали свои результаты - брак в производстве сократился на 70 процентов. За эти и другие достижения в 1983 году мне присвоили звание «Член советской социологической ассоциации Академии наук СССР».

 Гонка вооружений, которая охватила страну, потребовала от меня вернуться к хирургической практике. По ночам я оперировала, а днем в судах защищала права малоимущих, инвалидов, педагогов, актеров, врачей. Надо было содержать детей, и у меня просто не было иного выхода.

Г-н Джатдоев, звание самого благоустроенного города России, которое получил Ставрополь в прошлом году, подтверждать надо, в первую очередь, человеческим, а не скотским отношением к согражданам, которые живут в этом городе и являются главным его достоянием.

 

Настал черёд спасать человека, отдавшего стране силы и здоровье

Судьба распорядилась так, что пришлось вернуться в Ставрополь. Заявила о своем праве на получение земельного участка.

В свое время краевая дума приняла закон №105 «О некоторых вопросах регулирования земельных отношений», в соответствии с которым власти Ставрополя должны были издать нормативные акты, позволяющие предоставлять гражданам землю бесплатно, без торгов. К этому, наконец, обязывает Федеральный закон №171 «О внесении изменений в Земельный кодекс и отдельные законодательные акты РФ».

Для получения участка у  меня, считаю, были все основания.

Пожар уничтожил наше жилище. Без жилья остался и сын с семьей, сотрудник прокуратуры. Он встал на очередь на получение квартиры, но в жилплощади ему в итоге отказали.

Из пепла восстанавливая своими силами уничтоженный пламенем барак, скитались по съемным углам. С трудом нас поставили на очередь по программе переселения из ветхого жилья, но по непонятным причинам из программы вычеркнули.

Я получила инфаркт, через год перенесла тромбоэмболию легочной артерии, и мне поставили тяжелейший диагноз «тромбоэмболия семи вен нижних конечностей на фоне тяжелой формы сахарного диабета, гипертония легочной артерии», дали I группу инвалидности, что требует постоянного домашнего ухода.

Более года я провела в постели, шесть раз меня госпитализировали в сосудистый центр краевой больницы. Шестиразовое питание, постоянный уход, постоянное применение лекарственных препаратов, обязательное пребывание на свежем воздухе до четырех часов в сутки побудило меня попросить земельный участок поблизости от сына, который обустроился с семьей в шесть человек в дачном доме. К тому же по соседству от дома сына по улице Приозерной есть пустующий, неиспользуемый участок почти в три гектара в зоне разрешенного использования.

Наконец, в соответствии с Федеральным законом №181 «О защите прав инвалидов» мне полагается первоочередное предоставление земельного участка.

Казалось бы, никаких препятствий в помощи мне у городских властей быть не должно. За свой счет я оформила схему расположения земельного участка, провела землеустроительные работы, исходя из разрешенного использования участка, оформила межевой план на шесть соток.

Однако, несмотря на все эти обстоятельства, в получении участка мне отказали на том основании, что это якобы рекреационная зона. Странно, но ведь еще при Николае Пальцеве здесь для дачников нарезали более тридцати участков! Более того, тогда в администрации разрабатывалось положение о предоставлении земельных участков для льготной категории граждан в порядке первоочередности.

На личном приеме Джатдоев заявил мне, что земли для инвалидов в городе нет, а раз так, то нет и очереди на ее предоставление. Больше на прием к нему меня не пустили, отправив по кабинетам его замов. У некоторых я побывала по три-четыре раза.

Эти изнурительные, нервные визиты, конечно, отразились на моем здоровье, на глазах. Без мощной дозы лекарств я не могу видеть. На все просьбы получала один и тот же ответ: мол, в городе сотни инвалидов первой группы, все нуждаются в обслуживании на дому, и что будет, если они потребуют земельный участок?!

И действительно, что я предлагаю вообще - разорить город, лишить его земли, которой уже не хватает на раздачу «своим» строительным магнатам?! Какая наивная!

Почему правосудие играет в одни ворота - на стороне власти и денег?

И вот, казалось, лед тронулся. В 2013 году специалисты градостроительного комитета администрации города пришли к выводу: в отсутствие на местном уровне положения о предоставлении земельных участков льготным категориям граждан надо подчиняться федеральному законодательству.

Всего за два месяца на меня оформили земельный участок по улице Приозерной, 21, хотя и не совсем там, где я хотела. Но это уже было неважно, главное - появилась возможность находиться рядом с сыном.

И тут вмешался Джатдоев - он уволил несколько помогавших мне специалистов, включая руководителя комитета Максима Маширова, а в предоставлении участка мне было отказано.

Чтобы закрепить за собой землю, я пошла в Ленинский районный суд Ставрополя, который своим решением (судья Т. Гаппоева) отказ администрации в предоставлении мне участка по улице Приозерной признал незаконным. Однако администрация пошла в атаку. Судебная коллегия по административным делам краевого суда (Э. Шеховцова) решение суда первой инстанции отменила, применив совсем не тот закон.

Иными словами, администрация «продавила» вопрос в суде в свою пользу. А точнее, в пользу конкретных лиц, но только не в пользу льготников. Закон «О защите прав инвалидов» растоптали.

Какие же «внутренние убеждения» надо было иметь, чтобы отказать в куске земли больному 78-летнему человеку?! Даже не сомневалась, что эту землю в администрации приберегли для «своих», что вскоре и подтвердилось.

В апреле 2015 года прокуратура провела проверку и выявила, что семь участков по улице Приозерной, с 11-го по 23-й номер, входят в лесные земли, и раздавать их можно было только под занятие садоводством. Однако администрация города раздала участки под строительство. Более того, новоявленные хозяева участков не платили аренду, а комитет по управлению муниципальным имуществом не принимал никаких мер для взыскания долгов.

Между тем я по-прежнему остро нуждаюсь в земельном участке, что позволит мне дышать свежим воздухом, поддерживая остатки здоровья и сил. А потому в августе прошлого года я обратилась в Октябрьский районный суд Ставрополя (А. Ширяев) к прежним ответчикам - администрации и КУМИ.

Невероятно, но прошел почти год, а судья до сих пор не приступил к рассмотрению дела по существу! Ответчики в суд просто не являются. Надеются, что я оставлю их в покое?

Сколько же еще ждать, чтобы суд выполнил свою работу и обязал мэрию подчиниться российской Конституции и федеральным законам?

Нелли ГУСЬКОВА,
инвалид I группы, 78 лет
Ставрополь
 


Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий