Поиск на сайте

 

 

Об этом спорили до хрипоты на Общероссийском гражданском форуме

 
Московская гостиница «Космос» на днях оказалась центром бурлящей общественной жизни России - здесь прошел Общероссийский гражданский форум («Открытая» писала о нем в статье «Страна под контролем» в № 46 от 26 ноября с. г.).
Почти шесть сотен делегатов из разных концов страны разбились на секции, обсуждая животрепещущие проблемы. Но обсуждали без особой надежды, что Кремль к их плану реформ прислушается и уж тем более начнет реализовать. Ведь сегодня в стране атмосфера такова, что «альтернативное» властям мнение высказывать не просто бесполезно, а порой и опасно.
 
Били по наводке и по паспортам
 

Самая оживленная дискуссия была на «круглом столе», посвященном проблемам национализма и воспитания патриотизма. Бок о бок здесь соседствовали националисты (вроде лидера «Национал-демократической партии», НДП, Константина Крылова), убежденные либералы (типа бывшего сопредседателя «Союза правых сил» Леонида Гозмана) и даже салафиты (скажем, дагестанский правозащитник Идрис Юсупов).

Наивно было полагать, что столь разные люди сумеют выработать общую систему ценностей. Так и получилось: говорили о единстве и гражданском согласии, но дальше слов дело не пошло.

Константин Крылов сходу непримиримо заявил, что единственно возможный путь развития страны - это создание русского национального государства (более того, в котором национальные богатства будут перераспределены в пользу русского народа).

По мнению Крылова, это примерно то, что происходит сегодня в странах бывшего соцлагеря в Восточной Европе и СНГ. Угнетенные коллективизацией народы (будь то украинцы, латвийцы или венгры) ныне уничтожают память об общем, советском прошлом всеми доступными средствами.

Леонид Гозман, выслушав националиста Крылова, полюбопытствовал у него: а как в русском национальном государстве будут решаться проблемы мигрантов? Будет ли в таком государстве свобода совести? Да и как вообще будут строиться отношения Москвы с регионами, учитывая, что примерно десятая часть населения страны - это не просто не русские, а приверженцы совершенно иной религии, мусульмане?

Ответов на эти вопросы от националистов Гозман так и не получил. Ведь уж сколько раз учила история: чем красивее на бумаге выглядит некая политическая идея, тем сложнее ее реализовать в жизни. Об этом говорил журналист Орхан Джемаль: мол, любые националистические идеи - не более чем способ манипулирования массами (так же, как еще недавно было с коммунизмом).

Подтверждением тому оказался громкий процесс, который идет ныне в Московском областном суде над членами «Боевой организации русских националистов» (БОРН). Одна из ее членов, Евгения Хасис, на заседании суда охотно рассказывала, что боевики-неонацисты действовали по прямой наводке из администрации президента: им поступали приказы устранять «неудобных» судей, сотрудников ФСБ, журналистов...

 
Дискредитация Запада
 

Единственное, в чем сошлись все участники дискуссии, несмотря на свой идеологический окрас, - так это в том, что политические свободы в России стремительно сокращаются. Для власти угрозой видятся все те, кто шагает не в ногу, будь то националисты, либералы, исламисты...

Константин Крылов из НДП (кстати, человек очень интеллектуальный и эрудированный) получил условный срок за экстремизм лишь за то, что в одном из интервью употребил фразу: «Пора кончать с этой странной экономической моделью».

А исламские правозащитники дополнили список притеснений рассказами о том, что по требованию ФСБ в разных регионах страны изымают и признают экстремист-скими даже переводы Корана на русский язык.

Директор «Левада-центра» Лев Гудков с цифрами в руках доказывал, что в стране растет политическая апатия: несмотря на небывалый патриотический подъем, люди не видят реальной возможности донести свою волю до власти.

Поэтому не стоит удивляться, что на вопрос: «Какие у вас политические взгляды?», - 60% опрошенных отвечают: «Никаких» (националистов в стране набирается 20%, коммунистов и либералов с демократами - по 10%).

По мнению социолога Гудкова, основная цель государственной пропаганды последних месяцев - вовсе не заставить людей разлюбить Запад (либеральные ценности в стране и так не в чести), а дискредитировать независимые от власти центры влияния. Происходит последовательное подавление гражданского многообразия, что в конечном итоге приводит к росту самых примитивных социальных представлений.

Журналист, бывший шеф-редактор «Новой газеты» Андрей Колесников, назвал это явление «новым патриотизмом». Только появился он в России вовсе не после украинского Евромайдана, а сразу после Болотной площади, на которую вышел креативный класс (те, кого презрительно называют «партией хамона и пармезана», поскольку ныне они сожалеют о запрете европейских деликатесов).

«Новый патриотизм» устремлен не вперед, а в прошлое, в котором ищет образцы для подражания. Чтобы его подпитывать, постоянно нужен некий «образ врага». Этим врагом оказался Запад.

Ну а коренной слом общественного сознания в России произошел нынешней весной, когда социологи констатировали: доля россиян, питающих теплые чувства к Европе и США, резко уменьшилась. Зато доля россиян, которые видят в Западе врага, столь же резко выросла. На графике это выглядело как крест.

 
Эпоха запрещения
 

Журналист, бывший редактор «Русского Newsweek» Михаил Фишман, с коллегами-либералами во взглядах разошелся. Он считает, что национализм в России - это данность, от которой отмахнуться невозможно.

Ведь даже Алексей Навальный, который считается едва ли не самым ярким оппозиционным лидером, регулярно позволяет себе выпады против мигрантов из Средней Азии или жителей Северного Кавказа. Даже на «Русский марш» однажды забрел...

Правда, русские националисты, в отличие от европейских, не имеют ни серьезной теоретической базы, ни проработанной политической программы. Националистические партии в Евросоюзе давно отказались от утопических лозунгов «белой расы», они выступают за внесение действенных изменений в трудовое, миграционное, пенсионное законодательства, которые были бы направлены на защиту коренного населения.

А в России все наоборот. Скажем, самого Навального при всей его яркости ни уличные «бойцы», ни опытные политики не воспринимают всерьез. Он популист. По мнению Фишмана, сколько-либо внятным документом для националистов могла бы стать «Декларация русской идентичности», принятая месяц назад по итогам XVIII Всемирного русского народного собора (ВРНС).

Фактически, это программный документ РПЦ. Проблема лишь в том, что для националистов, среди которых большинство настроены к власти оппозиционно, Русская православная церковь воспринимается лишь как «придаток» власти. Поэтому и принимаемые ею декларации в националистической среде всерьез даже не обсуждаются.

Бывший лидер движения «Русский образ» Алексей Михайлов считает, что политики-националисты в России обязаны как можно быстрее выработать внятную программу действий. Только в этом случае они способны конкурировать за умы молодежи, которая иначе попадет под влияние уличных, бандитствующих радикалов.

А в том, что радикалов будет становиться все больше, Михайлов не сомневается. Экономисты прогнозируют, что в будущем году на фоне промышленного спада окажутся выброшены на улицу многие гастарбайтеры, порой даже без денег на билет домой. Это спровоцирует рост уличной и бытовой преступности среди приезжих, что, в свою очередь, создаст предпосылки для ксенофобии и разгула скинхедов.

 
Мучительная демократия
 

Примирить спорщиков за «круглым столом» попыталась руководитель научного направления «Политическая экономия и региональное развитие» Института экономической политики Ирина Стародубровская.

Она согласна с тем, что самые «молодые» (читай: постсоветские) страны Европы пытаются строить национальные государства. Это когда в Конституции записано об особой роли одного, титульного, народа: в школах учат только его язык, только его историю и литературу...

Но реалии современного мира меняются быстрее, чем удается переписывать конституции. Это уже поняли более опытные европейские политики, которые ныне строят не авторитарные, централизованные, национальные государства, а федерации - там, где признаются равные права на сосуществование совершенно разных людей.

Для России, убеждена Ирина Стародубровская, это единственно возможное будущее, ибо наше общество слишком сильно поляризовано между разными системами ценностей.

Даже прошедший в «Космосе» «круглый стол» это отчетливо продемонстрировал: исламисты и русские националисты договориться не смогут никогда. Значит, нужно признать их равные права высказывать свое мнение. А это и есть демократия, которую мы в России мучительно строим уже четверть века.

 
Антон ЧАБЛИН,
политический
обозреватель
 
 
 
 
 


Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий