Поиск на сайте

 

 

«Обилие культур, обычаев и традиций народов, населяющих Северный Кавказ, не только создает неповторимую индивидуальность нашего региона, его богатство, но и повышает ответственность управленцев за состояние межэтнических отношений», - полагает руководитель Центра этнополитических исследований Пятигорского филиала Северо-Кавказской академии государственной службы, доктор политических наук, профессор Майя АСТВАЦАТУРОВА.
 
 
- Майя Арташесовна, в чем, по-вашему, заключается нынешняя российская национальная политика? Да и есть ли она вообще?
- Начнем с того, что национальная политика в стране есть, и суть ее изложена в Концепции государственной национальной политики России от 1996 года. Другое дело, что документ отчасти устарел, его необходимо пересмотреть, осовременить. Например, поддержать Концепцию Федеральным законом о государственной политике в сфере этнокультурных и этноконфессиональных отношений. А поскольку в последние годы мы наблюдали политизацию этничности, национальные отношения нужно перевести в сферу взаимодействия и сотрудничества народов через экономику, культуру, институты гражданского общества, церковь, то есть осуществлять как прямое, так и косвенное управление в области национальных отношений.
При этом надо помнить, что этнические интересы всегда смешивались с «чистой» политикой, чего полностью избежать, конечно, не удастся. Для Юга России это важно вдвойне, ведь в отношении Северного Кавказа государство традиционно использовало нестандартные формы правления - наместничество, особый подход к горцам.
Сложности добавляет еще и мозаичное расселение народов, исторически сложившиеся многочисленные этнические группы, что определило многоликий характер местного населения – русское и украинское казачество и крестьянство, горцы, степняки, диаспоры, а в современных условиях – еще и представители ближнего и дальнего зарубежья. В некоторых народах очень свежа память о депортациях, проявлениях тоталитарной политики в отношении них.
- В перестроечные времена упразднили Министерство национальных отношений, которое существовало чуть ли не с первых дней Советской власти. Не поспешили ли?
- Его расформировали, думаю, сознательно, чтобы не акцентировать внимание на проблеме. Но проблема все же остается, и ею должны заниматься органы власти и местного самоуправления. Для департамента национальных отношений в составе Министерства регионального развития РФ это очень масштабная задача, обязывающая региональные власти к постоянной профилактике межэтнической напряженности, пресечению этносепаратизма и предупреждению конфликтов.
- В каждом регионе сегодня по-своему понимают национальную политику. На Ставрополье, например, пытаются ужесточить миграционные процессы. На Кубани выслали за пределы края сотни турок-месхетинцев. Может, на Юге России стоит создать что-то вроде межрегионального министерства по национальным вопросам, раз и навсегда покончив с самодеятельностью глав регионов, депутатов законодательных собраний?
- Такая структура просто необходима. Не уделив должного внимания меж-этническим проблемам, мы не сможем на Юге России воплотить в жизнь идею «точек экономического роста». Чтобы добиться мира и стабильности на Северном Кавказе, мало вкладывать сюда деньги, строить предприятия, учреждения. Любой инвестиционный проект должен учитывать социальные особенности региона, этнокультурный колорит, традиции народов. В этом смысле в аппарате полномочного представителя президента РФ в ЮФО проблемам меж-этнических и этноконфессиональных отношений уделяют большое внимание.
- Не так давно Институт социологии РАН опубликовал результаты исследований, согласно которым резкий протест у большинства россиян вызывает неравенство в распределении собственности и доходов, что, в общем-то, очевидно даже без научных изысканий. Материальное неравенство способно осложнить национальные отношения?
- С позиции гражданского права этого быть не должно, однако в жизни имущественное расслоение, разный доступ к собственности, как правило, воспринимаются через образы с этнической окраской.
На Ставрополье, например, в общественном сознании сложилась иерархия этнических групп, которые делятся по степени успешности. Одни живут в роскошных домах, учат детей в престижных вузах, владеют машинами, дачами, а другие, по обыденному мнению, при всех потугах этих благ никогда не получат. Бытует мнение, что отдельные этнические группы нацелены исключительно на зарабатывание денег и обогащение, тем самым притесняя русских. Между тем жизненный успех напрямую не связан с этнической принадлежностью, хотя опять-таки отдельные типичные черты народов все же могут способствовать или препятствовать достижению успеха.
Как бы то ни было, имущественное неравенство, связанное в стереотипах коллективного сознания с этнической принадлежностью в условиях демографических реалий, высокой конкуренции на рынке собственности, жилья и труда, являются одним из мощных конфликтогенных факторов.
- И все-таки в чем же надо искать основной источник конфликтов на национальной почве: в экономической сфере или собственном сознании, испорченном идеями и лозунгами сторонников «голубой крови», «белой кости» и проч.?
- На этот счет есть несколько мнений, но очевидно одно: многое зависит от социально-экономического развития и политико-административного управления. Цинизм власти и неумелое руководство приводят к катастрофическим последствиям.
- Но и благополучные в этом смысле сообщества, например, страны Бенилюкса, Канада, Франция тоже не застрахованы от этнических конфликтов. При равных правах всегда находятся те, кто «правее»?
- Тут надо учитывать проблему отношений меньшинств и большинств, которая существовала всегда, но с недавних пор заметно обострилась. Мир становится все более разнообразным, номенклатура меньшинств увеличивается: гендерные, сексуальные, этнические. Долгое время мы были озабочены лишь охраной и защитой меньшинств от большинства, а сегодня - наоборот. Так, например, большинство населения европейских стран опасаются экстремизма и сепаратизма меньшинств - басков, курдов, корсиканцев.
- Не поэтому ли русские ставропольцы, а это более 80 процентов населения края, по мнению социологов, не чувствуют себя уверенно?
- И поэтому тоже, но отношения русских и представителей других коренных народов России имеют несколько иную природу. Дело в том, что исторически русский народ в отличие от других в большей степени зависел от государства, был предан ему, связывал свою судьбу с его политической системой. И это при том, что государство не проявляло по отношению к русским особой лояльности. Российская империя и Советская держава всегда использовали русских и манипулировали ими как демографическим массивом в достижении своих целей.
Сегодня ситуация изменилась: «патрон-государство» снял с себя многие обязанности в жизнедеятельности общества, и в условиях перехода к рыночной экономике русский народ как никогда почувствовал себя «брошенным». Это большая проблема, и чтобы решить ее, понадобится не только время, но и усилия власти.
Другие народы, конечно, тоже с ностальгией вспоминают былую опеку государства, но не в такой степени. Им ее частично заменяют крепкие семейные традиции, кланы, тейпы, диаспоры, они в большей степени автономны, привыкли рассчитывать на собственные силы.
В то же время не стоит идеализировать внутригрупповые отношения, например, между представителями национально-культурных и конфессиональных объединений - они полны противоречий, конкуренции, а зачастую и жесткого противостояния.
- О том, что Ставрополье теряет восточные территории, не раз заявляли местные политики. Вот их доводы: ногайские чабаны из Дагестана незаконно пасут отары овец в ставропольских степях, турки-месхетинцы за бесценок скупают колхозы, в Курском районе приезжие вытесняют коренное население, а с той стороны Терека все еще исходит реальная угроза жителям приграничных районов. Одним словом, всё идет к тому, что Ставрополь рано или поздно превратится «во второй Грозный» с его зыбкой гранью между войной и миром.
- Я думаю, что прекрасный Ставрополь всегда был и будет «первым Ставрополем» - столицей края. Вся история человечества, начиная с Великого переселения народов, – это смена этнического состава. И противиться или противостоять этому, по меньшей мере, наивно как с точки зрения демографических реалий, так и реализации гражданами России своих конституционных прав на свободу перемещения. Однако любая миграция должна соответствовать потребностям и возможностям региона. Здесь важны усилия региональной и местной власти, необходима краевая программа адаптации приезжих. 
- Между тем русское население покидает насиженные места, которые тут же занимают переселенцы из соседних республик.
- Очевидно, нужно исходить из того, что все мы граждане России. Идея же «выравнивания этнических пропорций», которые не зафиксированы и не могут быть закреплены ни одним правовым актом – весьма опасна, да и непродуктивна. Уменьшение русских на востоке края и увеличение численности северокавказских народов - процесс объективный, связанный с тенденциями социально-экономического и политического развития. Не думаю, что его можно повернуть вспять, и уверена, что в этом нет необходимости. Однако такие перемены обязывают власти, политиков, экспертное сообщество, местное население и самих приезжих к системным действиям по снижению риска новых этнодемографических факторов.
Власть, особенно на уровне региона, должна четко знать миграционную динамику этнических групп, и не для того, чтобы «демонизировать» приезжих, а управлять миграционными процессами посредством целевых программ, адаптации приезжих. Неуправляемая миграция – вот реальная угроза стабильности в восточных районах края, в регионе КМВ.
Чиновники на местах должны четко понимать и быть готовыми к тому, что если, например, на территории района растет число представителей какой-то этнической группы, то они организуют общину, построят храм. Не стоит обманываться в том, что приезжие скоро уедут - возвратных настроений у них нет. В этих условиях смысл политического управления состоит в том, чтобы нейтрализовать страхи населения, например, о «даргинизации» или «армянизации» края. Может быть, это прозвучит излишне пафосно, но мне кажется, что приезжих надо превращать в патриотов Ставрополья.
Всё это, конечно, требует огромных ресурсов, доброй воли и политической мудрости. Во многом этим набором «инструментов» краевая власть обладает. Весьма продуктивна в этом смысле позиция губернатора Ставрополья Александра Черногорова, который рассматривает поликультурность края как наше общее богатство.
- Помнится, высокий чиновник южного полпредства президента констатировал: стоит пришельцу (выделено мною. – Авт.) официально осесть в каком-либо селе, как к нему нелегально перебираются с десяток родственников. Переселенцы диктуют свои нормы поведения, не желают приспосабливаться к существующему укладу, пренебрегают традициями коренного населения. Короче, ущемляют права других.
- В законодательстве нет термина «пришельцы» и россияне не могут «перебираться нелегально». Приезжие - не иностранцы, а такие же граждане своей страны, как и мы с вами.
В то же время в словах чиновника есть рациональное зерно. Действительно, быстрая смена этнического состава вызывает раздражение старожилов, люди не готовы к резкому восприятию новой культуры. И тут я опять возвращаюсь к тому, что власть должна управлять миграцией. Если, например, в населенном пункте появилось несколько новых семей одной национальности, глава администрации всеми силами должен вовлекать новоселов в общественную жизнь, возможно, уговаривать их не селиться компактно, и ни в коем случае не изолировать от взаимодействия с коренным населением, другими этническими группами, общественными организациями, конфессиями.
- Не раз в печати приходилось встречать заявления о том, что если приезжие, а уж тем более относящиеся к другому этносу, превышают 5 процентов от численности коренного населения, последнее испытывает дискомфорт, а там, гляди, недалеко и до конфликта. Откуда такие строгие математические расчеты?
 - Эта цифра весьма дискуссионна. «Этнический баланс» - понятие условное, ни один правовой акт не устанавливает его параметры. В лучшем случае такими параметрами являются результаты конкретного исследования в отдельном населенном пункте, в худшем - циничные домыслы борцов за чистоту нации.
- Кстати, в свое время донские казаки просили президента Путина ужесточить контроль над миграцией, в частности, ввести 2-процентные квоты для приезжих.
- Казачество - большая социальная группа с богатой историей, сословие и этнокультурное сообщество одновременно. Вне всякого сомнения, с казаками нужно считаться, откликаться на их разумные предложения. Однако желание ввести двухпроцентные квоты к таковым не относятся хотя бы потому, что противоречит федеральному законодательству и Конституции РФ.
Вообще же, «особость» казачества - это сложный феномен. Так, например, в Краснодаре чрезвычайно популярен лозунг «Кубань – казачий край». С позиций краевого патриотизма он вполне понятен – регион старается подчеркнуть свою индивидуальность. В то же время в нем заложено определенное противоречие - вольно или невольно лозунг ставит под сомнение причастность к «Кубани» всех, кто не соотносит себя с казачеством. Это представители коренных адыго-абхазских народов, крупных в Краснодарском крае диаспор греков, грузин, армян, да и часть русских тоже.  
- В Чечне и Ингушетии, например, доля нетитульных наций составляет сегодня около 10 процентов. Как вы считаете, миграционный отток русских из соседних республик, превращающий их в мононациональные, пойдет на пользу Северному Кавказу?
- В этом нет ничего хорошего ни для Северного Кавказа, ни для России в целом. К тому же воссоздать многонациональную республику чрезвычайно сложно. Русское население исторически выполняло и выполняет на Северном Кавказе важнейшие социально-политические роли. Не думаю, что это нужно доказывать с помощью экспертиз, хотя такие оценки есть, и они весьма красноречивы.
Многонациональные сообщества обладают уникальными предпосылками для творческого развития, движения вперед. К тому же в них гораздо эффективнее можно реализовать идею многонационального народа России. В этом плане, например, целесообразно формировать в учебных заведениях многонациональные студенческие группы в отличие от групп, состоящих из представителей одной общины.
- Когда-то на Ставрополье был создан и вполне эффективно работал Межэтнический совет, в который входили представители всех диаспор края. Но потом организация исчезла, о ней даже не вспоминают. Как вы считаете, стоит ли возродить Совет, или же свою роль он выполнил, и в нем больше нет никакого смысла?
- Позвольте напомнить, что в 2005 году Совет по вопросам межэтнических отношений при губернаторе края был воссоздан, однако с тех пор в полном составе ни разу так и не собирался. И хотя актив организации поддерживает отношения, в рабочем порядке обсуждаются различные проблемы, для региона этого явно недостаточно. Ясно одно: площадка для обсуждения межэтнических, этноконфессиональных и государственно-религиозных отношений в крае нужна. А партнерами в этом диалоге должны быть представители власти, институтов гражданского общества, конфессий.
- Можно ли утверждать, что национальный вопрос на Ставрополье стоит крайне остро? Тут, думаю, стоит напомнить о совершенных в крае убийствах явно провокационного характера: расстрел учительской семьи в Нефтекумском районе, имама в Кисловодске, бой с террористами в Тукуй-Мектебе…
- Ряд ученых в крае считают, и я также сторонница этого мнения, что в межэтнических и этноконфессиональных отношениях на Ставрополье сохраняется динамическое равновесие, но, подчеркиваю, с конфликтогенным потенциалом. Это означает, что нам удается избегать острых конфликтов на национальной почве, а ситуация в данной сфере управляема в рамках национальной политики России и региональной политики края в сфере этнокультурных и этноконфессиональных отношений.
- И чья же в этом заслуга?
- Во-первых, для этого есть объективные причины. В целом, на Ставрополье традиционно сложились добрые отношения русских с горскими и степными народами, а также с диаспорами, общинами дальнего и ближнего зарубежья. Во-вторых, это результат управления в данной сфере со стороны органов власти, прежде всего Комитета Ставропольского края по делам национальностей и казачества, экспертного сообщества. Свой вклад в миротворчество вносят институты церкви, общественные организации.
- Анзор Киргуев, яркий представитель осетинской диаспоры в крае, считает, что не имеющий национальности бандит опасен вдвойне. Позвольте процитировать: «Бандит имеет национальность, и пусть будет стыдно тому народу, который воспитал бандита!» Хотелось бы знать ваше мнение на этот счет.
- С одной стороны, понятно, что в международном праве нет коллективной ответственности народов за преступные деяния их представителей. В этом смысле, конечно, бандитизм не имеет национальной окраски и нельзя отождествлять криминальные проявления с этнической принадлежностью преступника.
С другой стороны, в этнокультурных сообществах, национально-культурных организациях и автономиях есть ресурс влияния на своих членов, в первую очередь, на молодежь. Вероятно, мой уважаемый коллега и хотел подчеркнуть, что надо стыдиться недостойных представителей своего народа, как и гордиться достойными.
- Помните, в сентябре прошлого года в Ставрополе два десятка авто, украшенных транспарантами «Кондопога – Ставрополь. Мы вместе», «Не буди лихо, пока оно тихо» и флагами с изображением стилизованной свастики, проехали колонной по улицам города. Шествие было организовано в поддержку «братьев-славян» из карельского городка Кондопога, где произошли стычки между русскими и чеченцами. Так вот, одни считают эту акцию чистейшей провокацией, направленной на разжигание национальной розни, другие, наоборот, волеизъявлением свободных граждан.
- Стоит оговориться, что проведение любых акций необходимо осуществлять в соответствии с законом. Ну а утверждать, что шествие разжигало национальную рознь, могут только специально призванные для этого эксперты. Проявление национального самосознания так же порой сложно отличить от национализма, как порнографию от эротики. Понятия схожие, но не тождественные. Но в чем я уверена полностью - шествие с легкостью могло стать провоцирующим фактором для столкновений среди молодежи, принадлежащей к разным этническим группам, чего, конечно, допускать нельзя.
Вообще же к подобным акциям или начинаниям стоит относиться предельно осторожно. Например, в одном из краевых государственных университетов не так давно появился кружок православной молодежи. Следовательно, мы должны быть готовы к тому, что в том же вузе появятся кружки исламской, армяно-апостольской, католической, протестантской, иеговистской или какой-то иной религиозно настроенной молодежи. Тут же возникнет своего рода конкуренция «кружковцев», которые будут распространять свои убеждения в светском государственном учебном заведении. Противоречия и проблемы - очевидны.
- В ряде центральных СМИ много пишется о русском фашизме. Есть ли у этого явления реальные корни?
- Корни русского фашизма как политического явления уходят в 20-30 годы XX века, у него своя история, причины возникновения. Но говорить о его опасности сегодня, думаю, преувеличение. Куда страшнее угроза бытового национализма и социального экстремизма, жестокости от социальной и материальной неустроенности, маргинальности, неудач в достижении жизненного успеха.
- Майя Арташесовна, на Кавказ-ских Минеральных Водах сосредоточены крупные национальные диаспоры. Вы видите их объединяющую и сплачивающую работу, или это бутафорские организации, преследующие коммерческие интересы?
- У нас существует множество национально-культурных объединений, автономий, общин, которые действуют с разной степенью активности. В Пятигорске, например, успешно работает Дом национальных культур как центр межэтнического согласия и общения.
Первейшая задача таких организаций - взаимодействие с властями в области профилактики напряженности. Особенно важно это в период выборов. Взвешенная позиция лидеров общин, их способность к сотрудничеству очень важна в политическом процессе.
 Другая не менее важная задача национально-культурных организаций – воспитание молодежи. И с ней они, надо признать, справляются, в широком смысле, прививая идеи миротворчества через организацию и участие в спортивных мероприятиях, выставках, днях национальных культур, днях края, района, города.
Жители Ставрополья имеют уникальную возможность развивать свою культуру, оставаясь, прежде всего, россиянами. А мир на Северном Кавказе, как видите, зависит не только от политиков, но и от нас с вами.
 
Беседовал Олег ПАРФЕНОВ


Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий