Поиск на сайте

 

 

Нам не хватает времени ни на раздумья, ни на сострадание

 

У меня погибла подруга. Не старая еще женщина, до внуков не дожила. Семья и друзья были в глубоком горе. Как-то не получалось спрогнозировать – что нам теперь без нее делать, она занимала слишком заметное место в нашей жизни.
Приехав на кладбище, мы тихо стояли у гроба, язык не поворачивался говорить речи. Но когда пришла пора кинуть в могилу по горсти земли, оказалось, что земля, вынутая из ямы, лежит вокруг огромными каменными кускищами – такие запросто гроб могут пробить. 
Бульдозеристу что – он ковшом пару раз зачерпнул, а там – хоть трава не расти. Чем и как засыпать могилу – не его ума дело, ему надо завершить это побыстрее.
Один из нас, самый отчаянный и верный, стал разбивать земляные глыбы подвернувшимся под руку инструментом. К работе присоединился муж погибшей, а мы все, по мере сил, засуетились вокруг. 
И вдруг раздался зычный голос шофера катафалка: «Ждать вас, чтоб на поминки везти, не буду! У меня график!» - «Как же так? Ну подождите хоть немного! – стали просить присутствующие. – Вы же видите, какая проблема!» - «Не буду ждать, и все! – отрезал водитель. – Мне за простой не платят!» 
Мы, заплаканные и замороченные, стали суетиться еще больше, потому что от незасыпанной могилы никто уехать не мог, все хотели провести обряд по правилам. Этого ведь требует не только ритуал, но и простая человечность. С огромным трудом родственники выторговали у новоявленного распорядителя церемонии несколько минут. 
Валуны, наконец, были кое-как разбиты. Самый из нас отчаянный и верный спустился в яму и стал принимать крупные комья, чтоб они все-таки не повредили гроб. Следом за дело принялся ждавший неподалеку бульдозерист. Мы положили на могилу цветы, венки и молча уселись в автобус. 
Я сидела и думала, что моя подруга не заслужила такого прощания. Что такого вообще никто не заслуживает. Что главное таинство бытия, уход человека в мир иной, превратилось у нас в банальную коммерческую операцию, где не осталось времени для скорби и места для раздумий о бренности нашего существования, где деловито подсчитываются барыши, и подсчитывающие не подозревают, что даже формальное сочувствие, пусть всего лишь дежурное доброе слово, тоже входит в прейскурант ритуальных услуг. Наглое же демонстративное равнодушие превратило прощание в форменный фарс, который нам не забыть до конца наших дней.
Раньше мне казалось неким спорным моментом то, что в православной традиции после похорон принято изрядно выпить и закусить. Вроде как не тот повод. Но теперь меня осенило: здесь дело не только в том, чтобы немного забыться в несчастье. 
Здесь дело и в том, чтоб забыться в позоре. Мы так живем и так умираем. Нас презирает начальник любого ранга, нас обдирает обслуга, и радуйся еще, если тебя не обхамили. 
А теперь вот и у смертных врат гремят над ухом ключами те, у кого отсутствуют нормальные человеческие чувства: взаимопонимание,  жалость и умение сострадать.
  
 

Галина ТУЗ,
литератор



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий