Поиск на сайте

 

«Врезка» в нефтепровод может стоить преступникам-умельцам десяти лет тюрьмы
 
Несколько дней назад ставропольское управление ФСБ распространило информацию о том, что в крае пресечена преступная деятельность двух группировок, занимавшихся хищениями нефти из магистральных трубопроводов. О подробностях этой спецоперации в эксклюзивном интервью «Открытой» газете рассказал заместитель начальника краевого УФСБ, кандидат юридических наук, полковник Игорь КОЛОСОВ.
 
– Игорь Сергеевич, расскажите подробнее, что за преступные группы вы разоблачили?
– Одна группировка действовала в Нефтекумском районе, она похищала нефть из трубопровода «Роснефти». Мы взяли преступников непосредственно во время отбора нефти.
Правда, лидер банды успел скрыться (в интересах следствия фамилию его пока не сообщаем). Мы объявили его в федеральный розыск. Оказалось, что он в бегах, в Москве, потом, видимо, решив, что уже «пересидел», вернулся в Ставрополь – тут его и задержали наши оперативники.
Всего по этому делу обвиняемыми проходят девять человек. Кроме того, после их поимки было «разморожено» 15 ранее положенных на полку уголовных дел по хищениям нефти, приостановленных из-за отсутствия подозреваемых.
Вторая банда «работала» в Ипатовском районе, на нефтепроводе «Каспийского трубопроводного консорциума». Мы тоже задержали их прямо с поличным. Среди преступников – жители края и Осетии, всего больше десяти человек. И сейчас, по ходу следствия, круг фигурантов постоянно увеличивается.
Особо подчеркну, на этом трубопроводе преступники отбирали самую высококачественную, так называемую «красную» нефть, из которой можно «гнать» лучший бензин. 
– Насколько мне известно, хищения нефти – не профиль ФСБ, этим, по идее, должна заниматься милиция?
– Все верно. Но, по закону, среди основных функций ФСБ есть и борьба с коррупцией. Поэтому мы подключаемся к расследованию такого рода преступлений, если в преступную цепочку вовлечены работники местных администраций, сотрудники службы безопасности нефтяных компаний, правоохранительных органов.
Например, в случае нефтекумской банды среди задержанных четверо – охранники самой «Роснефти». Кроме того, по нашим данным, были у бандитов подельники и среди работников диспетчерской службы компании. Дело в том, что сырье по трубопроводу идет порционно, и, чтобы преступники могли осуществить врезку для отбора нефти, они должны заранее знать, когда в трубе будет давление.
– Получается, одиночкам подобные преступления не под силу? Действуют только хорошо организованные преступные группы?
– Действительно, хищение нефти – это прекрасно спланированное, высокотехнологичное преступление. В преступной цепочке несколько идеально «подогнанных» звеньев.
Первый этап – осуществление самой врезки в трубопровод. Вопреки расхожему мнению, труба не лежит одиноко посреди степи, а закопана в землю на глубину 4-5 метров. Это сложное инженерное сооружение – вдоль нефтепровода идут ЛЭП, линии связи, на нем находятся станции катодной защиты от наведенных токов, станции подкачки.
Естественно, без специального оснащения и долгой подготовки «подойти» к трубе преступникам невозможно. Поэтому врезки делаются, как правило, еще на этапе пуско-наладочных работ – то есть среди сообщников бандитов, как правило, есть и рабочие-строители.
Как правило, отводка от трубы маскируется под камень или кустик, поэтому обнаружить ее постороннему практически невозможно. Существуют и так называемые «законсервированные» врезки, тоже сделанные до сдачи трубы в эксплуатацию, но оставленные преступниками «на потом».
– Второй этап – это, видимо, непосредственно отбор нефти из трубопровода?
– Вы правы. Здесь также действует слаженная группа. «Работают», естественно, ночью, вдали от посторонних глаз. К месту врезки подходит автоцистерна, которая за одну «ходку» берет до 30 тонн нефти (кстати, в денежном выражении это 250-300 тысяч рублей «грязной» прибыли).
Выставляются даже посты контрнаблюдения, оснащенные по последнему слову техники – приборы ночного видения, GPS-навигаторы. Существует и своеобразный «диспетчер», который узнает от подельников-силовиков, нет ли поблизости постов ГАИ или охраны самой нефтяной компании – и при малейшей опасности дает группе приказ «отойти». Все отработано до мелочей.
Наконец, последний этап преступной цепочки – переработка и сбыт горючего. Как правило, перерабатывается ворованная нефть на подпольных мини-заводах (так называемых «самоварах»), расположенных в Дагестане и Калмыкии.
Зато, скажем, в случае ипатовской банды «перегоняли» нефть в Светлограде, на заброшенном заводе. Или другой интересный пример. В минувшем году в Невинномысске мы вычислили «самовар», который был замаскирован под железнодорожный контейнер – здесь «перегоняли» нефть, выкачанную из трубопровода компании «Черноморскнефтепродукт».
– И кто же покупает такой «паленый» бензин и солярку? Неужели людям невдомек, что платят они хоть и задешево, но, по сути, за ворованный продукт?
– По нашим наблюдениям, основные покупатели «паленого» горючего – это аграрии. Конечно, приобретают они некачественный (хоть и дешевый) бензин не от хорошей жизни. Вы лучше меня знаете, что такое диспаритет цен между горючим и зерном.
Так вот, сейчас ведь большинство сельхозпредприятий края живут в долг – поэтому фермеры и пытаются экономить на всем. Как видите, порой и сознательно нарушая закон. Так что решать эту проблему нужно не только силовыми методами, но и за счет укрепления экономической базы села.
– Нефтяные компании терпят большой ущерб от действий преступников?
– Самая весомая статья в этом случае – это расходы компании на устранение врезки. Только представьте, для этого нужно останавливать поток сырья по нефтепроводу и менять целый сегмент трубы. Мероприятие, как вы понимаете, очень дорогостоящее, оно обходится нефтяникам до $50 тыс. Ну и, конечно, плюс стоимость незаконно отобранного из трубы сырья.
– Игорь Сергеевич, а вообще, часто ли воруют нефть в крае?
– Увы, да. В этом отношении наш регион один из очень неспокойных в стране. В 2005-м году мы зафиксировали 65 врезок на нефтепроводах Ставрополья, а в 2006-м – уже больше 70. Причем самая напряженная ситуация в восточных районах края – Нефтекумском, Курском, Буденновском.
Однако замечу – после разоблачения нефтекумской банды, о которой мы говорили, не зафиксировано больше ни одной новой врезки!
– Другие бандиты забоялись?
– Возможно. Но не стоит забывать, что в конце прошлого года по инициативе Госдумы РФ была значительно ужесточена 215-я статья УК РФ «Приведение в негодность нефтепроводов, нефтепродуктопроводов и газопроводов».
Итак, за повреждение трубопровода и связанных с ним технических устройств (линий электропередач, линий связи и так далее) преступнику теперь грозит штраф от 400 до 500 тыс. рублей, либо исправительные работы на срок от года до двух, либо лишение свободы на срок от 2 до 5 лет.
Отягчающие обстоятельства: если действует целая преступная группа или были повреждены магистральные трубопроводы. В этом случае вредителям грозит лишение свободы на срок от 3 до 6 лет. Если же в результате вскрытия трубопровода произошла серьезная авария или пострадали люди, то преступники получат до 10 лет тюрьмы.
 
Беседовал
Антон ЧАБЛИН

Добавить комментарий



Поделитесь в соц сетях