Поиск на сайте

 

 

В краевом музее изобразительных искусств открылась посвященная корриде выставка гравюр величайших испанских художников двух разных эпох – Франсиско Гойи и Пабло Пикассо

Предваряет выставку цитата испанского матадора Луиса Мигеля Домингина: «Давайте назовем празднование встречи человека и быка балетом». Конечно, так мог сказать только безжалостный убийца сотен быков (а слово матадор с испанского переводится именно как «убийца»). На самом деле никакой это не балет, а кровожадный ритуал!

Однако не попытавшись понять, почему испанцев уже столетия так магнетически привлекает этот ритуал, невозможно узнать загадочную испанскую душу. Пытались сделать это и двое великих сынов Пиренейского полуострова, жизнь которых разделили полтора столетия, – Франсиско Гойя и Пабло Пикассо.

Гойя. Офорт из цикла «Тавромахия»

Оба страстно любили корриду и посвятили ей большие циклы граверных работ, которые в Ставрополь привезла московская компания «Артгит». Благодаря ей жители уже десятков городов России увидели подлинники работ великих художников – Ван Гога, Анри Матисса, Поля Гогена, Сальвадора Дали...

Все работы проходят тщательную экспертизу за рубежом и в России, доказывающую их подлинность. И хотя листы офортов Гойи и Пикассо, привезенные в Ставрополь, – это не первые серии оттисков с оригинальных граверных пластин, сделанных великими художниками, они считаются не копиями, а подлинниками!

Гойя в 1816 году создал «Тавромахию» (в переводе с испанского – «борьба с быками»), в которую вошли 33 офорта. С документальной точностью он воспроизводит детали происходящего на арене, и в его работах оживают популярные матадоры старинной Испании.

Среди них, например, студент де Фальсес, который выходил на арену без пики, но укутавшись в плащ. Матадор очерчивал круг, в пределах которого ловко уворачивался от быка, и никогда не переступал черту на песке.

Мартинчо сражался с быком, сидя на стуле или стоя на столе... со скованными ногами. Мариано Себальос  по прозвищу Индеец – выходец из Перу, который устраивал на арене нечто вроде родео, запрыгивая на холку разъяренному быку.

Пикассо. Коррида

Имена матадоров известны до сих пор, поскольку в старину они были сродни звездам шоу-бизнеса – у них были слава, деньги, любовь красавиц...

Скрупулезно воссоздает Гойя саму историю возникновения кровавого шоу. В средневековой Испании, населенной еще маврами-мусульманами, было много диких быков, мясо которых считалось деликатесом. Мавры, несмотря на жесткие религиозные запреты, охотились на животных с гарпунами... и постепенно, век за веком, сама охота превратилась в шоу (одобряемое, ко всему прочему, даже католической церковью).

Гойя рассказывает, как год за годом коррида становилась все изощреннее. Быков притравливали собаками и кололи горящими пиками-бандерильями, чтобы повысить градус агрессии, а с ним и зрелищность шоу. При этом на рога быков надевали шарики, чтобы они не могли поранить тореадора.

Конечно, это не был вовсе не равный бой и никакой не «балет», а методичное убийство животных на глазах у тысяч зевак.

Показательно, что 60-летний Гойя работал над «Тавромахией» одновременно с другой серией своих офортов (пусть и более известной) – «Бедствия войны». И на многих его офортах изображено вовсе не торжество незадачливых матадоров, а их жалкая смерть под копытами быков.

Совсем по-иному выглядят работы Пабло Пикассо, которые он творил в возрасте 80 лет, переселившись в имение на юге Франции (здесь, на границе с Испанией, также была очень популярна коррида). Каждая работа снабжена цитатами Пикассо, который на склоне лет много высказывался о смысле искусства и жизни.

Нарочито крупные мазки словно бы небрежно брошены на бумагу, создавая мощный и сильный образ быка – олицетворения стихийных сил природы. Пикассо, безусловно, отождествляет себя именно с быком, которому ничего не стоит растоптать, разорвать тщедушную фигурку матадора, выполненную тонкими ломаными линиями.

Подлинный гуманист Пикассо, всю жизнь яростно выступавший против нацизма и фашизма, только так и мог воспринимать корриду – как попытку человека обуздать природную стихию. Но попытка эта изначально обречена на провал!

Антон ЧАБЛИН

Пабло Пикассо – об искусстве

  • Если я нарисую дикого коня, вы, возможно, не увидите коня... Но совершенно точно увидите дикость.
  • Я могу рисовать как Рафаэль, но мне понадобится вся жизнь, чтобы научиться рисовать так, как рисует ребенок.
  • Искусство – ложь, которая делает нас способными осознать правду. Искусство смывает пыль повседневности с души. Искусство – это исключение ненужного.
  • Все пытаются понять живопись. Почему они не пытаются понять пение птиц? Каждый акт творения – изначально акт разрушения.
  • Кто видит человеческое лицо правильно: фотограф, зеркало или художник? Живопись – занятие для слепцов. Художник рисует не то, что видит, а то, что чувствует.

 



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий