Поиск на сайте

 

 

Если в ходе расследования по громкому уголовному делу, в котором замешаны vip-персоны, сменяются 11 следователей, то какой вывод можно делать сразу? Чем руководствовался Ессентукский суд в своих оценках по делу о стрельбе в кафе сына председателя суда Анатолия Железнякова? Чтобы всё было по справедливости, по закону? По факту - ни тем, ни другим

 
На днях в Ессентуках вынесли приговор по делу ессентукского «майора Евсюкова». Расстрелявший троих молодых людей бывший милиционер Анатолий Железняков, он же сын председателя Предгорного районного суда Владимира Железнякова, признан потерпевшим. 
Обвиняемым - троим ребятам, получившим в результате стрельбы  ранения разной степени тяжести (у одного тяжелое), вынесен обвинительный приговор, все трое получили условные сроки... А возбужденное было уголовное дело в отношении Железнякова по причинению тяжкого вреда здоровью (лишению глаза) закрыто еще в ходе следствия... Адвокаты со стороны обвиняемых обещали приговор обжаловать.
 
И вот такому «кино» суд не стал давать оценок. Почему?
 

Преступление (стрельба Железняковым у входа в кафе «Русь») зафиксировано камерой видеонаблюдения. На видеозаписи отчетливо видно, как Железняков стрелял, кто ранен, сколько выстрелов было сделано. Те, кто посмотрел видео до конца, смогли увидеть, как стрелок в компании двух мужчин бодро покидает место кровавой бойни. А буквально через несколько минут  туда приезжает полицейская машина.

Только вот ни расследовавшие уголовное дело следователи Ставропольского следственного управления, ни прокуратура, ни суд этот расстрел преступлением не посчитали. И возбужденное было в Ессентукском следственном отделе уголовное дело в отношении Железнякова в краевом следственном управлении было закрыто, а следствие продолжилось в совершенно противоположном направлении – обвиняемыми сделали троих пострадавших от железняковских выстрелов мальчишек.

Я в который  уже раз внимательно пересматриваю видеозапись. Вот открылась входная дверь под козырьком со светящейся надписью Hotel, из нее по очереди вышли двое,  о чем-то  беседуя, один другому положил руку на плечо. Следом вышли еще двое – парень и девушка, разговаривающая по телефону. Остановились, было видно, что они прощаются. Как-то незаметно вышел и Железняков.

Спокойно дошел до машины (никто за ним не гнался, он ни от кого не убегал), и,  если бы чувствовал какую-то опасность для своей жизни, как полицейский, мог бы вызвать полицию или сесть в машину и уехать…

Когда он повернулся лицом к видеокамере, никаких следов крови на белой майке видно не было (хотя у потерпевшего, судя по приговору, только что сломали нос).

Интересующий нас объект дожидался, когда подойдет друг – в светлых брюках, коричневой куртке, со светлым капюшоном. Друг подошел к машине, открыл переднюю (водительскую) дверь, что-то достал и повернулся к Железнякову. По характерному жесту понятно - что-то передал (пистолет?).  Железняков вернулся ко входу в заведение, зацепил рукой только что вышедшего парня и открыл  по нему стрельбу.

 
Правозащитников преследуют, когда они хотят прояснить истину
 

Мы живем сегодня в таких условиях, что, если  у тебя папа судья, а мама адвокат, можно вообще ни над чем не заморачиваться. И этот человек (Анатолий Железняков), проработавший несколько лет полицейским, ни над чем и не заморачивался. Расстреляв людей, собственными глазами увидев их окровавленные лица, спокойно себе скрылся с места преступления, не дожидаясь ни вызванной сотрудниками кафе полиции, ни «скорой помощи».

Вскоре после описанных событий из очень компетентных структур   принесли мне  копию служебного рапорта, из которого были вымараны адресат и автор. Из текста следовало, что с места преступления своего отпрыска забрал председатель Предгорного районного суда Железняков-старший, прибыв  сюда на машине вместе с начальником своего сына – тогдашним начальником Предгорного РОВД Николаем Мясоедовым.

Не имея возможности проверить  текст документа на соответствие действительности, этот  рапорт  я передала правозащитнику из Предгорного района Павлу Кюльбякову, когда он отправился на встречу с Александром Бастрыкиным, председателем Следственного комитета России, чтобы  изложенные в нем сведения могли проверить независимые от местной власти следователи.

Из Следкома  документ переправили  в край, куда предусмотрительный председатель Предгорного суда принес справку из «Ростелекома», свидетельствующую, что его в тот день в крае не было. Следователи, ведущие дело по ночной стрельбе возле кафе, перепроверять эту информацию не стали.

Кстати, в приговоре, вынесенном ессентукским судьей Щегловым, ни слова о том, когда, каким образом «потерпевший» Железняков покинул место преступления.  Осталось неизвестным, и почему не сразу обратился к врачам, из какого травмпункта «пострадавший» Железняков поступил в Кисловодскую ЦГБ.

А в отношении правозащитника Павла Кюльбякова, рассказавшего об истории Железнякова и о многих других преступлениях против прав и свобод человека в родном районе, вскоре было возбуждено уголовное дело по статье «Клевета».

 
Вчерашние школьники опасны, а стреляющий мент - нет?
 

У этого уголовного дела  в суд долгая и удивительная история. Дело № 20628 поначалу расследовали в Ессентукском следственном отделе.  Сначала действия сотрудника полиции  расценивались как самооборона, однако, тщательно изучив материалы дела и показания свидетелей, следователи пришли к выводу, что действия Железнякова с самообороной не имели ничего общего.

Следователь Харламов, определивший Железнякова в обвиняемые, был от следствия  очень быстро отстранен, ему даже объявили выговор. Всего же за время следствия сменилось 11 следователей.

Через 24 дня после кровавой ночи в кафе стали известны результаты судебно-медицинской экспертизы здоровья Железнякова. Эксперты сделали вывод: полицейский, ранивший трех человек, сам-де пострадал в конфликте.

Уголовное дело с приобщенным к нему заявлением Железнякова о нанесении ему побоев им же ранеными мальчишками направлено для дальнейшего расследования в край. А Ессентукский следственный отдел даже провел по этому поводу пресс-конференцию.

В тот же день, после пресс-конференции, в поисках побитого «героя» я отправилась в Кисловодскую городскую больницу, где, как мне стало известно, залечивал свои раны Анатолий Железняков. После этого визита я написала статью «Загадка для прокурора» (№43 от 2 ноября 2011 года).

Получивший «тяжкие телесные повреждения» в драке в кафе Анатолий Железняков на видеозаписи возле  кафе активно бегает.

Известно также, что, находясь на больничной койке с тяжелым диагнозом, «избитый» опер самостоятельно на своей машине ездил в Ставрополь  подавать рапорт на увольнение. Об этом сразу после происшествия в телеинтервью сообщал начальник ГУ МВД по Ставропольскому краю генерал Олдак.

Спустя 10 месяцев было вынесено обвинительное заключение в отношении троих пострадавших от выстрелов ребят. И они были заключены под стражу. В обвинительном заключении  довольно смутно описаны обстоятельства и квалификация «преступных действий».

Оказывается, прийти вместе в кафе – это уже «вступить в совместный сговор на совершение хулиганства»; столкнуть лбами танцующую парочку – это «желание наступления общественно опасных последствий»; а если еще при этом сказать «Поцелуйтесь!», то это «пренебрежительное отношение к общественным нормам морали и нравственности».

А стремление Позова, лишившегося в схватке глаза, после первых выстрелов   кинувшегося к Железнякову, чтобы отобрать пистолет и оттолкнуть от пуль брата,  трактовалось следователем как  «продолжал реализовывать преступный умысел по совершению хулиганства».

Друзьями и родственниками задержанных после такого поворота дел был организован пикет «За честное следствие!». Его участники никак не могли понять, почему представляют опасность для общества вчерашние школьники, а не пьяный мент со стреляющим пистолетом?  

Родители подростков были ошеломлены выводами ставропольской судмедэкспертизы. Вот, например, как, по мнению экспертов, лишился своего глаза Павел Позов. Читаем выводы заключения №281 комиссии экспертов Ставропольского краевого БСМЭ под руководством Анатолия Копылова: «Вышеуказанное повреждение могло быть причинено как в результате прямого удара твердым тупым предметом с ограниченной травмирующей поверхностью, каким мог быть ствол пистолета, так и в результате соударения с ускорением правой глазничной областью о дульный срез, при фиксации пистолета в руке…»

Именно Ставропольское БСМЭ получило скандальную известность своими фальшивыми экспертизами, развенчанными на страницах как нашей газеты, так и федеральными изданиями. Более того, подтвержденными судами.

И я убедила родителей показать  это странное заключение  независимому специалисту.  Евгений Николаев – руководитель обособленного подразделения ООО «124-я лаборатория медико-криминалистической идентификации»  (филиал независимой судебно-медицинской экспертизы на КМВ), ознакомившись с медицинскими  документами и заключением судмедэкспертов, сделал вывод: перед комиссией экспертов явно ставилась цель превратить Железнякова из подозреваемого в потерпевшего.

 
Враньё официальной экспертизы зашкаливает
 

И в подтверждение привел очень убедительные аргументы, которые мы изложили в статье «Памперсы для мента» (№36 от 12 сентября 2012 г.).

По мнению Николаева,  если глаз выбит дулом пистолета (как написано в заключении судмедэкспертов), то для подтверждения этого вывода необходима еще одна биологическая экспертиза - дульного среза: на нем должны были остаться следы крови и другие биологические элементы.  А экспертизы этой в деле как раз и не было, и понятно, что не случайно.

Евгений Николаев считал, что при реальном расследовании дела   главное внимание необходимо было  обратить на первичные медицинские документы. При поступлении пострадавших парней в Ессентукскую ЦГБ в медкартах был выставлен однотипный диагноз – «огнестрельные ранения».

Лишившемуся глаза Позову при поступлении в больницу сделали компьютерную томографию, потом это исследование проводили в том же медучреждении еще два раза.  И на всех снимках «определяется инородное тело металлической плотности». Расшифровка последней компьютерной томографии свидетельствует о том, что положение последнего стабильное. Никаких медицинских данных об оперативном удалении «инородного тела» нет. А может, оно до сих пор находится в голове Позова?

Однако в заключении комиссии экспертов ставропольский  врач-рентгенолог Самохина  о наличии «инородного тела» не упоминает. Позже Самохина  заявила, что ее подпись под этим заключением подделана. Следователи и судья  этот факт странно и упорно проигнорировали.  И  комиссионное заключение Ставропольского БСМЭ еще на уровне следствия было отметено, а в судебных документах фигурировала полностью переписанная со ставропольской экспертиза Краснодарского БСМЭ.

Вранье «официальных экспертов» Николаев выделил и в заключении о состоянии здоровья Железнякова. При обследовании Железнякова в Ставрополе сразу  два консультанта – рентгенолог и нейрохирург – не обнаружили у «жертвы» (Железнякова)  ни перелома костей носа на первичном рентгеновском снимке, ни признаков перенесенной черепно-мозговой травмы на МРТ. При тяжелой черепно-мозговой травме потеря сознания возникает сразу же, а на видеозаписи он активно бегает.

Выводы независимого эксперта Николаева о фальсификации заключения экспертной комиссии Ставропольского БСМЭ подтвердили и в  медико-криминалистической лаборатории  в Ростове. А  ее представителя, участвовавшего в экспертизе документов,  даже опросили в суде в качестве специалиста.  Однако судья Щеглов в  своем приговоре об опросе специалиста-судмедэксперта из Ростова даже не упомянул, как будто его и не было вовсе.

 
Может ли оставаться справедливым закрытый суд?
 

В процессе подготовки этой статьи я еще раз просматриваю запись телепередачи «Момент истины», вышедшей в октябре 2012 года. Вот сцена: Андрей Караулов звонит Железнякову-отцу и удивляется: судья ему говорит, что его сын стрелял в людей, а следователь из краевого следственного управления уверяет, что стрельбы не было.

Вспоминаю, что из-за «несклеек» в материалах уголовного дела заместитель краевого прокурора, изучавший дело перед его направлением в суд,  вынес постановление о возврате уголовного дела на доследование. Однако назад к следователям дело так и не попало.

Неизвестно, какие высшие силы вмешались в процесс, но на следующий день прокурор края Юрий Турыгин, без какого-то предварительного изучения многотомного дела, постановление о возврате дела на доследование отменил и вынес новое заключение, обвиняющее молодых людей, передав дело в суд.

Судья Щеглов, который рассматривал дело, с первого же судебного заседания по ходатайству адвокатов Железнякова объявил судебный процесс закрытым. Видимо, для того, чтобы оградить от излишней публичности в связи с делом недостойного отпрыска Железнякова-старшего, которому предстояло в тот период пройти процедуру переназначения на должность председателя Предгорного районного суда.

Насколько справедливым сможет оставаться закрытый суд, журналисты и широкая общественность узнали только после приговора.

Меня в судебное заседание в качестве свидетеля пригласили адвокаты пострадавших. Я собиралась поделиться с судом результатами своего журналистского расследования. Войдя в зал и увидев Железнякова-младшего, я остолбенела: это был другой человек - ничуть не похожий на того, кто прятал от меня лицо в больничной палате.

Я собиралась немедленно заявить о преступной подмене, которая все расставляла по своим местам. Но меня из зала выпроводили - судья слушать меня не стал, поскольку-де непосредственным свидетелем преступления в кафе я не являюсь. А мои свидетельства о подмене в больничной палате, где роль пострадавшего Железнякова играло подставное лицо? Ведь у меня и еще доказательства есть!

«Отмазанный» со всех сторон, Железняков с того самого судебного заседания в суд больше не ходил, даже на вынесение приговора не явился. Участники процесса задать «пострадавшему» конкретные вопросы так и не смогли.

Настоящих причин, чтобы в закрытом режиме рассматривать это громкое дело, не было. Чтобы широкая общественность считала судебное рассмотрение этого резонансного дела справедливым, процесс должен был быть открытым и проходить вне пределов нашего региона. И то, что его провели по-тихому, думаю, не случайно.

 
«Виновные»... по национальному признаку?
 

Вынесение приговора было назначено на 9 часов утра. Однако пришедшим пришлось дожидаться еще два часа. В коридоре к ожидавшим подбежала впопыхах молоденькая девушка из краевой прокуратуры: «Не началось еще? А то меня попросили на приговоре постоять» (выделено мною - именно так и выразилась! - Авт.). На заседание она все-таки опоздала. Вошла тихонечко и так и простояла до конца оглашения приговора у двери, как провинившаяся школьница.

Мой критически настроенный ум уловил явное несоответствие оглашенного документа объективности и  всесторонности, даже по конституционным нормам, запрещающим идентификацию человека по его национальности. Например, судья, называя стороны по делу, к фамилии каждого обвиняемого добавлял слово «грек», а к  фамилиям потерпевшего и свидетелей национальности не добавлял. Так уж и назвал бы Железнякова сыном председателя суда, чтобы всем сразу все стало ясно, чем «греки» отличаются от сына vip-персоны. (По аналогии с известной фразой Владимира Жириновского, который однажды на вопрос о национальности ответил: «У меня мама русская, а папа – юрист...»)

Судья зачитал показания свидетелей, и все те, которые не устраивали сторону обвинения, «отмел». Официально - по той лишь причине, что свидетели были друзьями и знакомыми обвиняемых.

При этом судья о выступавших в судебном заседании специалистах- судмедэкспертах даже не упомянул. Проведенный специалистом анализ судебно-медицинских экспертиз какой-либо оценки судьи не получил.

Нет описания  и оценки в судебном приговоре и видеозаписи с камер наблюдения, установленных в зале и у входа в кафе и зафиксировавших момент преступления. Думаю, что это не сделано исключительно из-за того, что содержание видеороликов противоречит вынесенному приговору.

Не нашла я ответ из приговора суда на вопрос, которым уже давно задавалась в своих публикациях: почему в машине жителя Кисловодска Видена Бабаяна, на которой Железняков вместе с двумя друзьями приехал в ессентукское кафе, оказалось три(!) травматических пистолета? Что это были за пистолеты, какой марки, кому принадлежали? Какой из них был с Железняковым в кафе, а из какого он стрелял у входа?

В приговоре кроме пистолета стреляет еще и ружье. Но почему-то судья не установил, кому оно принадлежало, кто из него стрелял, с какой целью, было ли у стрелявшего разрешение на это оружие? И главное - почему Железняков с компанией приехал в кафе, имея при себе столько огнестрельного оружия?

Почему судья посчитал «зачетными» показания друзей Железнякова, хотя полученные от них сведения  о наличии у обвиняемых ножа объективных доказательств не получили? Ну и, наконец, если  объективной опасности в виде ножа у Железнякова не было, что  и подтвердил суд,  с какого перепугу он вообще стрельбу начал?

Чем руководствовался суд в своих  оценках, так и не прозвучавших в приговоре? Чтобы все было по справедливости? Или чтобы по закону? По факту - ни тем, ни другим.

После оглашения приговора я подошла к адвокату Павла Позова Анатолию Макаревичу и поинтересовалась его оценкой прозвучавшего приговора. «Кто был в суде, тот в цирке не смеется», - мрачно констатировал опытный адвокат.

 
Елена СУСЛОВА,
лауреат и дипломант премии
им. Артема Боровика в области расследовательской журналистики «Честность. Мужество. Мастерство» (2012, 2013 гг.),
номинант премии имени Андрея Сахарова «За журналистику как поступок» (2013 г.),
лауреат премии «Искра Юга» (в номинации «Журналистское расследование») (2014 г.),
лауреат Всероссийского журналистского конкурса «Правда и справедливость» в номинации
«Права человека» (2015 г.)
 
 
 


Поделитесь в соц сетях


Комментарии

Дима-Вова Кока-...
Аватар пользователя Дима-Вова Кока-Кокаев(ShevLer)

Действительно. В таком суде обхохочешься до мокроты штанов. Вывод: россиянин - ты перед ментом и законом, ничто и никто. Ты, чмо лагерное, тебя этим же законом и удавят. Спасибо Путину, Владимирову, всем защитникам прав человека... Все бессильны. 

Где я живу? В стране Шансона, где нет закона. 

Раиса (не проверено)
Аватар пользователя Раиса

Отдельно хочется отметить действия адвокатов расстрелянных парней. Насколько мне известно, на процессе они больше всего они занимались тем, что вдыхали кислород и выдыхали углекислый газ. Борьба за права подзащитных, видимо, в их планы не входила
Похоже, что это очень выгодное занятие - молчать

Прохожая, ни на... (не проверено)
Аватар пользователя Прохожая, ни на кого не похожая

От кого известно? Вы там присутствовали?

Олег. (не проверено)
Аватар пользователя Олег.

Железняковщина рулит?! И сколько эти злодеяния будут продолжаться???! Сколько ещё должно пострадать людей от этой дьявольской семейки?!

Раиса (не проверено)
Аватар пользователя Раиса

"сколько эти злодеяния будут продолжаться???!" - ответ мне кажется очевидным

Пока деньги будут решать всё. В том числе и в отношениях с жертвами

прохожий (не проверено)
Аватар пользователя прохожий

Полнейший беспредел, судьи и прокуратура в одной связке и дети дебилы что хотят то и делают, потому,что чувствуют себя безнаказанными

Олег. (не проверено)
Аватар пользователя Олег.

Иногда, но всё же удаётся разорвать эту коррупционную связку (вязку). Когда будет меньше таких лжеадвокатов-решальщиков-рвачей-несунов,тогда и в судах станет порядка больше.

не судья (не проверено)
Аватар пользователя не судья

И нет света в конце тоннеля! Полнейшая безнадега в этой стране!

не судья (не проверено)
Аватар пользователя не судья

Как тут не вспомнить Сингапурское чудо!? Перенимать нужно передовой опыт.

Дима-Вова Кока-...
Аватар пользователя Дима-Вова Кока-Кокаев(ShevLer)

А теперь хочется узнать мнение нашего молодого и прогрессивного губернатора: доколе?????????????????????????????

прохожий (не проверено)
Аватар пользователя прохожий

Забил молодой и прогрессивный! А нашим служителям фемиды хочется напомнить о СУДЕ КАМБИСА

прохожему (не проверено)
Аватар пользователя прохожему

http://pasmi.ru/archive/100826 Хорошее напоминание и картина впечатляет. Жаль, что в нашей стране подобное наказание не применяется.

Николай (не проверено)
Аватар пользователя Николай

Наказание можно не применять, можно просто повесить эту картину в каждом здании суда

Николаю. (не проверено)
Аватар пользователя Николаю.

Николай, отличная идея! Одна голова хорошо, а две лучше! Может сбросимся, да разоримся на картины в каждом кабинете? Совершенно очевидно, что на сегодняшний день фемида непробиваемая. Будем действовать по К. Марксу "Битие определяет сознание".

kuvaew (не проверено)
Аватар пользователя kuvaew

Из Третьяковки уже просили убрать знаменитую картину Ильи Репина «Иван Грозный убивает своего сына», как недостоверную, якобы наукой установлено, что Иван Грозный своего сына не убивал. А что, искусство только реалистичное бывает?
А вы хотите картину в кабинет повесить?!

Добавить комментарий