Поиск на сайте

 

 

У самого молодого подразделения краевой прокуратуры – антикоррупционного отдела – непаханое поле работы по ловле мздоимцев

 

На минувшей неделе президент Дмитрий Медведев внес на рассмотрение Госдумы РФ пакет законов по противодействию коррупции. Если они будут приняты, то для алчных российских бюрократов настанут «черные дни». Отныне все государственные и муниципальные чиновники, милиционеры, таможенники, военные, судьи, кандидаты на судейские должности (а также члены их семей) будут обязаны ежегодно декларировать сведения о своих доходах и имуществе.
Анализировать содержание этих деклараций будут специальные антикоррупционные подразделения, которые создадут во всех государственных организациях и ведомствах (в структуре отделов кадров). Сюда же чиновники смогут писать заявления «о подозрительных действиях коллег» (проще говоря, «стучать»). Для проверки достоверности имущественных деклараций чиновников правоохранители получат очень широкие права в сфере оперативно-разыскной деятельности.
Помимо этого, многим категориям должностных лиц (так называемым «спецсубъектам») придется распрощаться с дарованным им статусом иммунитета (неприкосновенности при возбуждении уголовных дел). Под такую «зачистку» в первую очередь попадут депутаты регионального и местного уровня, следователи и адвокаты. На службу в ФСБ и другие правоохранительные органы отныне запретят принимать лиц, имеющих судимость или уволенных с госслужбы «по дискредитирующим обстоятельствам» (читай: по подозрению в коррупции).
Будет введен двухлетний мораторий на переход экс-чиновника на работу в коммерческую структуру, с которой он был ранее связан по долгу службы. Также будет создан действенный механизм ротации госслужащих – чтобы разрушать неформальные связи (в народе называемые кумовством), которыми «обрастает» чиновник, подолгу засиживающийся на каком-либо важном посту.
К слову, подобный механизм еще в 2006-м введен в призывных комиссиях: служащие здесь кадровые офицеры и прапорщики каждые три года должны менять место работы – их либо переводят в другой регион, либо в войска. И так – по цепочке. Правда, пока о результатах этой реформы судить сложно: первая «офицер-ская» ротация состоится лишь будущим летом.
Короче, все вышеперечисленное – пока лишь планы и прогнозы. А насколько эффективно идет реальная борьба с коррупцией уже сейчас? Об этом корреспондент «Открытой» беседует с руководителем антикоррупционного отдела краевой прокуратуры, младшим советником юстиции Александром КОЗЛОВЦЕВЫМ.

 

– Александр Анатольевич, действительно ли ваше подразделение в структуре прокуратуры – самое «молодое»?
– Да. В марте, сразу после избрания президентом Дмитрий Медведев объявил своей основной задачей борьбу с коррупцией – и «уполномоченным» на эту борьбу органом была назначена именно Генпрокуратура РФ. После этого соответствующие отделы были созданы во всех региональных прокуратурах, в том числе и на Ставрополье.
Пока что у нас в отделе трудится четыре человека. В чем конкретно заключается наша работа? Во-первых, у нас на «карандаше» находятся почти все коррупционные уголовные дела, которые расследуются краевыми правоохранителями (милицией, следственным комитетом, ФСБ и т.д.).
Во-вторых, мы пристально контролируем чиновников – соблюдают ли они требования закона, связанные, скажем, с декларированием своего имущества или запретом на занятия бизнесом. В-третьих, проверяем законность всех принимаемых муниципальных и краевых нормативных актов – нет ли в этих документах «лазеек» для потенциальных коррупционеров.
Кроме того, налаживаем взаимодействие со СМИ и общественными антикоррупционными организациями (сами знаете, в крае их немало) – ведь они имеют очень мощную фактическую базу. Ведем мониторинг обращений на «горячие» линии, которые создаются в разных муниципалитетах края.
– И где же, по вашим наблюдениям, коренится коррупция?
– Больше всего этим социальным злом поражена муниципальная власть – чаще всего факты чиновничьих злоупотреблений мы выявляем при распределении земельных участков и формировании бюджета.
Приведу несколько примеров. Каждый МУП обязан по итогам налогового года перечислять в бюджет «своего» муниципалитета некую часть чистой прибыли. Например, в Ставрополе решением гордумы установлено, что отчислять они должны 20%. Так вот, по итогам прошлого года целый ряд ставропольских МУПов эти деньги в бюджет почему-то не перечислил – а это миллионы рублей. По представлению прокуратуры виновные лица были привлечены к дисциплинарной ответственности, а обязательные платежи казна, пусть и с опозданием, но получила.
Или другая ситуация. Недавно мы провели проверку гордумы Ставрополя и выяснили, что 15 депутатов нынешнего созыва работают на постоянной (оплачиваемой) основе. Хотя по Уставу города их может быть не больше пяти. Прокуратура внесла в гордуму представление об устранении нарушений, которое пока находится на рассмотрении.
Весной после протеста прокуратуры было отменено незаконное распоряжение главы Ставрополя Дмитрия Кузьмина. Суть его вот в чем: мэр рекомендовал городскому РЭО требовать со всех автомобилистов (на РЭО они проходят техосмотр, ставят или снимают свои машины с учета) справку из налоговой инспекции об отсутствии задолженности об уплате транспортного налога. Такое требование противоречило федеральному законодательству и, по сути, было благодатной почвой для злоупотреблений.
– Если сравнивать вашу работу с врачебной, то вы ведь скорее занимаетесь не лечением болезни-коррупции, а ее профилактикой.
– Именно так. Возьмем лишь один аспект нашей работы – это надзор за исполнением законодательства о государственной и муниципальной службе. Как я уже говорил, для чиновников существует целая масса ограничений: например, они не имеют права быть учредителями или руководителями коммерческих структур, заниматься операциями с ценными бумагами, обязаны регулярно декларировать свои доходы и наличие имущества.
К сожалению, эти ограничения чиновники нередко игнорируют. Подобные нарушения мы с начала года выявляли в краевом управлении Росимущества, городской и районных администрациях Ставрополя – там некоторые служащие хронически не декларировали имущественные сведения. Во всех случаях были вынесены представления об устранении нарушений.
Но есть и более вопиющие факты. Специалист Минераловодского отдела краевой Росрегистрации, как выявила прокурорская проверка, являлся учредителем некоего ООО, которое занималось посредничеством при оформлении прав на недвижимость. То есть налицо корыстное использование служебного положения. Сегодня Росрегистрация проводит проверку по этому факту.
А замруководителя краевого управления Ростехнадзора Владислав Лункин, как мы выяснили, являлся учредителем и совладельцем некоего ООО «Продимпекс».
Кстати, еще в конце прошлого года в отношении Лункина возбуждено уголовное дело по факту превышения должностных полномочий и получения взятки в особо крупном размере. Дело уже передано в суд.
– Александр Анатольевич, недавно фонд «Общественное мнение» опубликовал результаты всероссийского соцопроса, результаты которого поистине шокируют. Каждый третий россиянин признался, что за последний год хотя бы раз давал взятку. А по степени коррумпированности Ставрополье оказалось в пятерке регионов-лидеров.
– Действительно, регион у нас непростой. На мой взгляд, это связано с особенностями кавказского менталитета. Слышали, конечно, общеупотребительные словечки «подмазать», «отблагодарить», «магарыч». Сделать подарок чиновнику, учителю, врачу за выполнение его прямых служебных обязанностей – считается уже нормой, но никак не взяткой. И ведь именно с такими проявлениями коррупции, которые уже накрепко въелись в бытовое мироощущение человека, бороться труднее всего.
Конечно, одними лишь репрессивными мерами, ужесточением законодательства тут не обойтись. Необходима, как модно было еще недавно говорить, система «сдержек и противовесов». Нужен кнут и пряник. Кнут – это те самые жесткие меры, которые записаны в «Национальном плане по борьбе с коррупцией»: введение дисциплинарных судов в судейской системе, сокращение списка «спецсубъектов»; расширение полномочий спецслужб...
– А какой же тогда пряник?
– Хорошая зарплата, высокий общественный статус, внушительный соцпакет – не только чиновников, но также милиционеров, прокуроров, следователей. Не секрет, что в обществе распространен стереотип, будто бы чиновники жируют. Это миф – зарплата в некоторых ведомствах (особенно муниципального звена) намного ниже, чем средняя по региону.
Представьте, что милиционер с зарплатой 15 тысяч рублей ловит за руку коррупционера, который взял взятку в миллион долларов. Не исключаю, что в такой ситуации у оперативника и может возникать соблазн отпустить мздоимца взамен на «кусочек» от этого жирного «пирога».
Поэтому и надо постепенно и настойчиво формировать такой климат в обществе, при котором дать или получить взятку считалось бы страшно позорным. Мздоимец должен понимать, что в итоге от коррупции он больше потеряет, чем получит. Потеряет не столько материально (лишится зарплаты), сколько репутационно (лишится социального статуса, доверия, надежды на продолжение карьеры, наконец).
И вот эта ломка социальных стереотипов – самая масштабная задача «Национального плана». И конкретные инструменты ее решения есть. Это социальная реклама на всех телеканалах и газетах (помните знаменитое «Заплати налоги – и спи спокойно»?), расширение вещания телеканала «Закон-ТВ», улучшение качества образования в юридических вузах.

Беседовал
Антон ЧАБЛИН



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий