Поиск на сайте

 

 

Почти два года пятигорское правосудие ищет ответ: какая мать настоящая - та, что родила и бросила, или та, что растит и любит?

 

Ежегодно в нашей стране усыновляется в среднем 7 тысяч детей. Эта цифра практически не меняется в течение нескольких лет. С учетом того, что в нашей стране живет чуть более 140 миллионов, выходит, что только один из 20 тысяч человек готов принять на воспитание сироту и растить его как родного до конца своей жизни.
 

Вовка
Вовке не повезло с самого начала. По каким-то неизвестным ему причинам он оказался не нужен самым близким ему людям. В справке, которую Вовка получил при выписке из родильного дома, черным по белому написано, что, будучи беременной, мать пыталась избавиться от плода с помощью раствора окситоцина. Но еще тогда, победив этот страшный яд, Вовка выжил. А когда родился, опять оказался ненужным. Еще в роддоме его биологическая мать - Ирина Хахонина - каллиграфическим почерком в четырех экземплярах написала на него отказную. От себя и ровно столько же от своего мужа - Завена Налтакяна. Ночью женщина родила, а уже рано утром под расписку покинула роддом. Куда спешила? Что происходило тогда в их, казалось бы, благополучной семье - сейчас уже никого не интересует. До рождения Вовки в семье уже было двое детей, еще двое родились после Вовки. После роддома Вовка попал в Иноземцевский дом ребенка, фамилия у него была Хахонин.
- Свой отказ от сына Ирина Хахонина мотивировала тяжелым материальным положением, - рассказывает бывший главный врач Пятигорского родильного дома, ныне пенсионерка Нина Ковган. - Но в это как-то не верится. У Завена Налтакяна большой собственный дом, в котором есть место для его родителей и многочисленной родни. Один только трехметровый забор чего стоит.
 
Мама
Когда врачи сказали Татьяне Чернышовой, что она не сможет иметь детей, та им не поверила. Не верила долго - все надеялась на чудо. До 42 лет. А потом поняла: чуда уже не случится. И тогда она решилась на усыновление и отправилась в местный дом ребенка.
- Когда мне вынесли 10-месячного Вовку, у меня все в душе перевернулось, - с улыбкой вспоминает Татьяна Чернышова. - Хотя я вообще-то о девочке мечтала… Но грустные Вовкины глазки сразу запали в душу. Тем более, он был так на меня похож!
Татьяна решилась на усыновление сразу, но ребенок был очень слабеньким, и органы опеки уговорили ее первоначально оформить опекунство. Татьяна согласилась. Процедура оформления опекунства была не столь длительной, и уже через неделю ребенок жил в семье. Вовке было тогда 11 месяцев. Новоиспеченные родители вступили в решительный бой с бесчисленными Вовкиными болезнями. Перечислять имевшиеся у мальчика недуги можно долго. Среди них были и серьезные неврологические заболевания, и нарушения опорно-двигательного аппарата. К последствиям внутриутробной травли плода врачи относят Вовкин гипертонус, сильнейший диатез и необъяснимые скачки температуры за 40 градусов. К двум годам Вовка ожил, расцвел - превратился в нормального домашнего ребенка.
Бабушки и вся большая родня радовались появлению мальчика так, словно это действительно долгожданный малыш Татьяны и Андрея. Чудо все-таки произошло…
Пока Татьяна занималась ребенком, ее гражданский муж Андрей Соколенко настоял на официальной регистрации их брака. Ему хотелось, чтобы все в его семье было по-настоящему, и чтобы Вовка носил его фамилию. До Вовкиных полутора лет семья жила счастливо, здоровье ребенка поправлялось, решили не откладывать с процессом усыновления.
Усыновление (удочерение) - наиболее предподчительная форма устройства детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. Усыновление - это переход прав и обязанностей от биологических родителей (родителя) ребенка к усыновителям (усыновителю), при котором ребенок в правовом отношении полностью приравнивается к биологическим детям усыновителя. При этом, естественно, утрачиваются все права и обязанности родных (биологических) родителей ребенка.
 
Суды
На ребенка имелось отказное заявление биологических родителей, бросивших мальчика в роддоме и с тех пор ни разу о нем не вспомнивших. Однако в суде посоветовали еще раз отправить им запрос о согласии на усыновление - чтобы в будущем не было проблем. Запрос отправили по имеющемуся в суде адресу. Спустя какое-то время письмо вернулось - на указанной улице указанного дома не значилось. Но судья оказался настойчив. Во второй раз запрос направлен уже был в адрес сельского совета с сопровождающим письмом на имя его главы, в котором содержалась просьба установить адрес семьи Налтакян и передать ему повестку в суд для согласия на усыновление его ребенка. Так в поселке Пятигорском узнали еще об одном ребенке семьи Налтакян.
…Первый раз в гости к приемным родителям Вовы его биологический отец Завен приехал в марте 2006 года. Привез фотографии других своих детей, долго сравнивал - похож, не похож. Подумал, уехал.
- Он ничего не объяснял нам, не сказал, чего хочет,- вспоминает Андрей Соколенко.- Посмотрел и уехал. Мы уж подумали - обошлось…
4 апреля 2006 года Железноводский городской суд вынес решение по заявлению Андрея Соколенко и Татьяны Чернышевой об усыновлении Хахонина Владимира Завеновича. Железноводский городской суд постановил изменить фамилию и отчество ребенка в соответствии с просьбой приемных родителей- так Вовка стал Соколенко.
Через два месяца Налтакян появился снова в семье Андрея Соколенко с детьми и родственниками и стал требовать ребенка. Когда ЗАГС уже выдал Татьяне и Андрею новое свидетельство о рождении, этот же суд вынес определение об отмене своего решения об усыновлении ребенка приемными родителями.
Началась бесконечная череда судов. За последние два года прошло уже более 80 заседаний.
На судебных процессах Завен уверяет, что до вызова его в суд не знал о хитрости жены, подписавшей отказную на ребенка. Однако знакомые этой семьи в один голос твердят, что без согласия Завена Ирина и шага не сделает. Его утверждение о том, что он не знал об отказной, - абсурд. Как-то в голову не укладывается, что одно Завен говорит в суде, а на телевизионных передачах и в репортажах, частыми героями которых стали участники нашей истории, говорит, что привозил и забирал жену из роддома лично.
- Отменили решение суда об усыновлении. На основании чего? - удивляется юридическим заковыркам Андрей Соколенко.- Просто папа писал заявление не своей рукой. В суде даже не попытались выяснить, может, папа стоял за спинкой стула, когда писалось это согласие на усыновление.
Во всех телевизионных репортажах Завен пытается кого-то обвинить в случившемся. То врачей, которые обманули его жену и заставили подписать отказную на ребенка, то саму жену, которая до самого последнего времени не говорила ему, что беременна. То говорит, что жена не знала о своей беременности. Все его доводы кажутся надуманными. Ну как же так! Муж и жена, оба с высшим образованием, воспитывали к тому времени двоих детей... Обмануть таких людей уже не так просто. Что тогда произошло между ними?
- Почему тогда после родов Налтакян не пришел ко мне? - сама себе задает вопрос Нина Ковга, работавшая в то время главным врачом родильного дома. - Почему даже не интересовался, жив ли его ребенок? Если был уверен, что малыш умер, мог бы узнать причину, забрать тело, наконец. Как же не похоронить собственного сына!
Ни на одном из судебных заседаний Ирина Хахонина не присутствовала. Когда телевизионщики бывают у них дома, перед камерой опускает глаза. Вовку она так еще ни разу и не видела.
В марте прошлого, 2007 года, их история стала достоянием всей страны. Участников семейного спора пригласил на передачу «Пусть говорят» Андрей Малахов. В зале не осталось ни одного равнодушного. Все были на стороне приемной семьи. На передачу был приглашен известный адвокат Дмитрий Якубовский, который с юридических позиций, что называется, «на пальцах», объяснил несоответствие доводов Налтакян фактическим обстоятельствам дела, из чего следовало: биологического отца изначально не интересовала судьба ребенка. И, как предполагают, опомнился он, когда эта история стала достоянием гласности и смогла отразиться на отношении к нему людей, среди которых он жил.
- Многие сочувствующие нам в судебных органах чиновники говорят, что шансов выиграть процесс у нас практически нет. Якобы есть какое-то негласное установление в судах - спорных детей отдавать кровным родителям, - говорит Татьяна Чернышова. - Поэтому ни одного из процессов мы еще не выиграли. Почему-то получается, что суды защищают не интересы ребенка, а интересы Завена Налтакяна, для которого этот ребенок на протяжении почти двух лет никакого интереса не представлял.

Вместо послесловия
Зачастивших в последнее время корреспондентов Вовка воспринимает с настороженностью. Когда мама разговаривает с чужими дядями и тетями, он предпочитает играть где-нибудь поблизости. А уж если услышит в разговоре страшное слово «суд», сразу бежит к маме: «Мамочка, я тебя очень-очень люблю!», забирается на колени и крепко обнимает Татьяну.
Татьяна смахивает невольную слезу и рассказывает, что если для других детей самым страшным пугалом является какая-нибудь Баба-Яга, то Вовка больше всего боится слова «суд». Наверное потому, что мама сильно плачет после всех этих судов. Татьяна и Андрей Вовку в суд не привозят, не хотят травмировать его психику, в отличие от Завена, который приходит в суд без жены, зато в сопровождении старших детей и многочисленных родственников.
А Андрей до сих пор не может взять в толк, почему суды так методично возвращают биологическим родителям их права, от которых они отказались еще в роддоме.
Семья ждет нового заседания, которое рассмотрит результаты психиатрической экспертизы, проведенной в обеих семьях.

Елена СУСЛОВА

Мнение эксперта

Марина РОДМАН, юрист службы уполномоченного по правам ребенка Москвы (в телепрограмме «Максимум»):
- Согласие биологических родителей, отказавшихся от своего чада, на изменение юридического статуса ребенка не требуется, их не нужно оповещать и выяснять мнение по поводу усыновления. Кроме того, суд не должен возвращать ребенка тем лицам, которые с ним не жили, о нем не заботились, бросив на произвол судьбы в первые дни или месяцы его жизни.
Детей можно возвратить только тем, у кого их забрали помимо родительской воли. К примеру, если оставление ребенка в роддоме было недобровольным, или малыш попал в число сирот, подлежащих усыновлению, в результате иных неправомерных действий, и это подтверждено конкретными фактами и доказательствами».



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий