Поиск на сайте

 

 

Нашествие монголов поставило русских князей перед выбором: подчиниться или искать союзников для борьбы? Великий князь Александр Невский избрал первое

 
Да, заключить альянс предлагал Папа Римский. Но князь предложение отклонил, поскольку, считал он, пришлось бы поступиться православной верой.
Как объяснял Георгий Вернадский: «Александр предпочел «дикую Азию» «цивилизованному Западу»: «отдать в рабство тело, но не исказить душу». 
Именно тогда и определился раскол между Русью и западным миром. В результате в отношении европейцев стала укореняться идеология «обычая их не держати и учения не слушати, не брататися с ними, потому что развращенные мысли их полны гибели». Религиозный вопрос, по сути, стал для Руси вопросом геополитическим. И решив его «по старине», она окончательно встала на «свою» дорогу.
Одновременно с повестки дня был снят вопрос о противостоянии завоевателям. Оставалось, по словам Николая Костомарова, «отдаться на великодушие победителей, кланяться им, признать себя их рабами и тем самым как для себя, так и для своих потомков усвоить рабские свойства».
Впрочем, бытует еще такое мнение - Русь не боролась за свою независимость с ордынцами потому, что ее западные границы штурмовали «псы»-рыцари. И с единственной целью – поработить славян. А сражаться на два фронта просто не было никаких возможностей.
 Хотя, если разобраться, в обиход такое мнение вошло скорее благодаря знаменитому фильму Сергея Эйзенштейна «Александр Невский». На самом же деле историческая реальность мало совпадала с сюжетной канвой, которую воспроизвел великий мастер.
И что еще важно: определял политику князь Александр Ярославович не в одиночку. Были на его стороне и влиятельные помощники – церковные иерархи.
 
 
"Александр Невский в шатре у хана". Василий Верещагин.
 
Drang nach Osten
 
Что рыцари-крестоносцы глыбой нависли над новгородскими землями и вот-вот готовы были их проглотить, расскажет любой добросовестный ученик. А как же – иначе Ледовое побоище теряет свой эпический смысл… Ведь те события в нашем историческом сознании обязательно ассоциируются с крестовыми походами на Русь.
Между тем историки, в том числе и зарубежные, уже чуть ли не по головам пересчитали всех рыцарей Тевтонского ордена того времени. И вышло, что вся их рать составляла чуть больше ста человек. С учетом, что на каждого из них приходилось еще по 10-20 пехотинцев из лучников или копейщиков, получается не такая уж и грозная мощь. Пригодная, скорее, имея в виду серьезного противника для локальных сражений.
Как отмечает современный историк Игорь Данилевский: «Орден, который рассматривается в качестве основного противника Александра, не располагал силами, достаточными для того, чтобы захватить хотя бы часть новгородских земель. Речь могла идти только о разделе сфер влияния в Юго-Восточной Прибалтике».
А один из крупнейших современных специалистов по истории средневековой Руси, профессор Оксфордского университета Джон Феннелл убежден, что «не было и опасности полномасштабного вторжения, хотя папство, немцы, шведы, датчане и литовцы могли полагать, что Северная Русь окончательно была ослаблена татарским нашествием, что на самом деле не соответствовало действительности».
А как же тогда сражение на Чудском озере?
 
Причудливая мозаика
 
Надо признать, что политический мир на западных землях Руси той поры был своеобразным.
Так, не принято выпячивать, что отношения между Новгородом и Псковом одно время были далеки от добрососедских. Новгородцы не скрывали своих намерений подчинить псковичей своей власти. И последним, чтобы сохранить свою самостоятельность, приходилось дружить с немецкими рыцарями. И даже участвовать в качестве их союзников в военных походах. Например, против Литовского княжества.
Вот и вторглись тевтонские рыцари в 1240 году в псковские земли, а затем захватили сам Псков не по науськиванию папской курии. Привел их изгнанный ранее псковичами князь Ярослав Владимирович. А в самом городе в то время было немало «больших людей», ориентированных на немецкий Орден.
Об этом писал еще Николай Карамзин: «Во Пскове были также некоторые изменники - чиновник Твердило и другие, - склонявшие рыцарей овладеть сим городом».
Для ясности – Твердило Иванкович был посадником, или главным должностным лицом в Пскове.
Вскоре рыцари город покинули, оставив в нем несколько своих «братьев». И освободить его Александру особого труда не составило. Как и повесить «изменников».
А потом он со своею дружиной «нечаянно» оказался в пределах чужого государства – землях Дерптского епископства. И «пусти полкъ всь в зажития». В переводе на современный язык - отправил грабить местных жителей, чтобы запастись продовольствием и фуражом.
Навстречу выступили рыцари. И князь вынужден был со своей дружиной отойти к Чудскому озеру. На нем и произошла ставшая знаменитой битва.
По ее итогам был подписан договор, согласно которому немцы обещали «не воевать русские земли». Условия этого договора, как отмечают исследователи, были действенны даже в XV веке.
Так что была ли реальной угроза завоевания немцами новгородских земель?
 
 
"Ледовое побоище". Елена Доведова.
 
«О, злее зла честь татарская!»
 
Александр Ярославович, посаженный монголами после смерти отца править в Киеве, продемонстрировал перед ханом Батыем покорность сразу. Два его младших брата – Андрей Ярославович, получивший ярлык на стол во Владимире, и Ярослав Ярославович, княживший в Твери, - покоряться монголам не хотели.
По версии Василия Татищева, одного из первых русских историков, об этом Александр донес в Золотую Орду. После чего на Русь отправился карательный отряд ордынцев. Правда, не все исследователи согласны с Василием Татищевым, что возмездие пришло из-за доноса. Мол, хан Батый и сам был в курсе всего. Как бы там ни было, братья спасаются бегством, а Александр назначается великим князем Владимирским.
Джон Феннелл на сей счет сделал любопытное заключение: «иго» началось не с нашествия, а «с того момента, как Александр предал своих братьев». Ведь тем самым он похоронил возможность создания антиордынского союза. Хотя союз уже готов был сложиться.
К двум названным князьям примкнул и князь Галицкий, Даниил Романович, владелец обширных юго-западных земель. Как пишет летописец, «злее зла показалась честь, оказанная ему татарами».
И некоторое время он в одиночку успешно отбивался от захватчиков. Даже согласился принять католичество в обмен на помощь со стороны западных государств. Правда, призывы Папы Римского Иннокентия IV оказать эту помощь остались неуслышанными.
А может, любой героизм был бессмыслен? Многие историки и сегодня сходятся во мнении: «Дать отпор беспощадному врагу военными средствами Русь не могла».
Многие, но не все. Например, Лев Гумилев был другого мнения: «Большая часть победителей вернулась домой, и уже в 1243 году силы Батыя были ничтожны».
Согласен с ним и Игорь Данилевский: «Говоря о безнадежности сопротивления Орде, они забывают, что Александру противостояла не вся мощь Великой Монгольской империи, как это было во время нашествия, а лишь западный ее улус, отношения которого с Каракорумом (столица Монгольской империи. – Авт.) были непростыми».
Да, между Батыем и великим ханом возникли острые разногласия по вопросу престолонаследия. И в случае оказания ему сопротивления он мог рассчитывать только на свои силы. 
 
 
"Баскаки". Сергей Иванов. 
 
«Это Бог покарал за грехи…»
 
Известный филолог Александр Ужанков в полемическом задоре убеждает: «Русские князья, если они были людьми православными на деле, должны были смириться и покориться Промыслу Божию - принять власть «земного царя» - хана».
Иными словами, быть покорными, не противиться злу насилием. Во всем видеть божью кару за грехи. Что, к слову, и проповедовала православная церковь. И всячески поддерживала «политику умиротворения» Александра Невского.
И ордынцы щедро за это воздавали. Церковные земельные владения при ханах росли как на дрожжах. «Завоеватели отнюдь не были филантропами, - пишет историк Александр Янов. - Они платили РПЦ – за коллаборационизм. За то, что она положила к их ногам духовный меч православия. За то, что звучала с амвонов проповедь покорности монгольскому царю и его славному воинству».
Нельзя пропустить и такой момент. Согласившись стать покорным данником, Александр получил для себя большие политические выгоды. Он хоть и был человеком жестким, властолюбивым, но без поддержки хана не всегда бы смог укротить соперника, вознамерившегося стать поперек. А так все понимали, кто маячит за спиной великого князя.
Как подметил Николай Костомаров: «Проницательный ум Александра, вероятно, понял также, что покорность завоевателю может доставить такие выгоды князьям, каких они не имели прежде».
Не случайно с Александра Невского великокняжеская власть стала абсолютизироваться, все больше приобретая золотоордынские деспотические черты. И с привычной для Киевской Руси демократичностью управления - благодаря присутствию вече - очень скоро пришлось расстаться.
 
Виктор СПАССКИЙ, историк
 
 
"Александр Невский". Елена Доведова
 
 
 
 


Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий