Поиск на сайте

 

 

 

«На Ставрополье очень слабая власть. Это факт»

 

Недавно эксперты Московского фонда Карнеги сделали прогноз: ближайшие годы в стране должны стать «часом Юга». Если еще недавно москвич или питерец узнавал о жизни южных регионов преимущественно из военных и криминальных сводок, то нынче Юг становится центром принятия важнейших политических и экономических решений. Какую роль в этом процессе будет играть Ставрополье, которое в прошлом году стало полем невиданных политических экспериментов? Корреспонденту «Открытой» газеты отвечает руководитель Центра по изучению межконфессиональных и этнополитических проблем Северного Кавказа, профессор, доктор политических наук Сергей ПЕРЕДЕРИЙ.
 

– Сергей Васильевич, мы живем в непростое время – при кажущейся стабильности и «преемственности курса» в стране постепенно копятся неразрешенные проблемы. А какой «проблемный» профиль вы бы нарисовали сегодня для Ставрополья?
– Ставрополье – вообще уникальный регион, который находится на «разломе» между западной и восточной цивилизациями. Но наше особое положение – и благо, и бремя. На территории края соседствуют представители более ста этносов, каждый из которых привносит в жизнь региона свой национальный колорит. Поэтому Ставрополье обладает мощнейшим культурным и духовным потенциалом, черпая ресурсы как с Востока, так и с Запада.
Один из таких ресурсов – людской: по числу мигрантов Ставрополье держит лидерство на Юге. Активность миграции настолько высока, что приезжие уже не успевают ассимилироваться среди коренного населения, и, как следствие, начинают жить обособленно. Православное население оттекает на северо-запад края, а восточные районы обживают мусульмане, выходцы из соседних национальных республик.
В физике подобный процесс называется электролизом – когда разноименные ионы оседают на полярных электродах, и между ними появляется ток. В обществе же возникает межэтническая напряженность. Порой она прорывается наружу – как было, скажем, в Новоалександровске, Ставрополе, Предгорном районе. Слава богу, всерьез не полыхнуло, но уже по этим эпизодам вы можете судить, насколько разрушительна ее потенциальная мощь.
– Может, есть универсальный рецепт, как победить ксенофобию?
– Только сильная, авторитетная, мудрая власть может консолидировать разрозненные этнические, религиозные, политические элиты. Например, в унитарном Советском Союзе все конфликты загонялись внутрь, тлели, не выходя наружу. В 90-е, при слабом Ельцине, эти центробежные тенденции вышли из-под контроля – начался парад суверенитетов.
Потом пришли Путин и «Единая Россия» – и собрали расхлябанные региональные элиты в кулак. Но если поначалу «железная рука» была политической целесообразностью, то затем превратилась в гротескную самоцель, когда единственным субъектом политической жизни в стране является президент Путин.
– Может быть, в условиях необъятных российских просторов концентрация власти в одних руках – лучший выход?
– Всего должно быть в меру. Пути развития страны должны формулироваться в ходе диалога разных политических сил – ибо, напомню Сенеку, только в споре рождается истина. В современной России диалога нет. На этот счет спикер Госдумы Борис Грызлов проговорился: «Парламент – не место для дискуссий».
И в парламенте, и на всех других этажах власти решения принимаются кулуарно, а жирующая бюрократия упивается своим полновластием, независимостью от общества. То есть мы сползаем к состоянию полного управленческого паралича, который в свое время привел к расколу Советского Союза.
В условиях деградации центральных институтов власти страна существует исключительно за счет политической воли и профессионализма отдельных местных управленцев. Например, таких, как кемеровский губернатор Аман Тулеев или хабаровский Виктор Ишаев, который, несмотря на высокий пост, живет в скромной квартирке в панельном доме.
– А как вы оцениваете «подвижнический» потенциал ставропольских бюрократов?
– На Ставрополье очень слабая власть, это факт! Поскольку нет единоначалия, во множестве плодятся альтернативные центры силы – одним из которых стала «Справедливая Россия». Год назад на выборах в краевую Думу люди проголосовали не столько за «эсеров», сколько за смену прежнего режима, за ротацию кадров. На похожей «оранжевой» волне в Грузии пришел к власти Саакашвили, на Украине – Ющенко.
– Победу «эсеров» ставропольские единороссы преподносили едва ли не как «подкоп» под конституционные устои государства.
– Раскол элиты в любой стране, в любом регионе – объективная реальность, как и сама борьба элит за власть. И не нужно из этого делать сенсации, трагедии. Любое демократическое государство строится на принципах политической конкуренции – побеждает то одна партия, то другая.
Другое дело, что борьба эта должна проходить в цивилизованных рамках. Беда в том, что в процессе, прямо скажем, ожесточенной борьбы за властные полномочия в крае вытаптываются и здоровые ростки демократии. В России, получается, никакой конкуренции быть не должно – раз единороссы называют ситуацию, когда они проиграли в одном регионе страны, «чрезвычайной».
Что мешало «Единой России» самой выдвигать лозунги, проводить социальные акции, завоевывать доверие избирателей, как это делали «справедливороссы»?! Вместо этого они принялись махать кулаками после драки, обвинять своих политических оппонентов во всех смертных грехах. Это не политика, а демагогия.
Сегодня как в крае, так и в стране в целом порядочные и честные люди по разным соображениям во власть не идут. Конечно, народ перестает верить такой ущербной власти - и отчуждается от нее. А вот это уже серьезная угроза будущему страны.

 

Беседовал

Антон ЧАБЛИН



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий