Поиск на сайте

 

 

Потенциал церкви будет использован в нравственном и патриотическом воспитании военнослужащих

 

Наша газета часто обращает внимание на  проблемы армейской жизни, на ее удручающий  моральный климат. Этому, возможно, и обязано появление в гарнизонах церквей и часовен. В общем, батюшки становятся привычными членами «армейской семьи».  Известно и поручение президента Д. Медведева о введении института военных священников до конца 2011 года. 
Нужно ли это Российской армии, межнациональной и поликонфессиональной, как и все российское общество? Не приведет ли начинание к новым проблемам в армии, больной дедовщиной, пьянством и прославившейся частыми суицидами солдат-срочников? 
На вопросы журналиста «Открытой» отвечает известный московский адвокат, профессор РГГУ, специалист по защите прав верующих, подполковник юстиции запаса, кандидат юридических наук Анатолий Пчелинцев (на фото).

 
- Анатолий Васильевич, вы участвовали в рабочих группах по подготовке законопроектов «Об обороне», «О воинской обязанности и военной службе», «О свободе совести и религиозных объединениях», «Об альтернативной гражданской службе». Как понимать президентское поручение о введении  института военных священников с точки зрения закона? Нет ли тут противоречий, ведь Россия - светское государство, и церковь по Конституции от государства отделена? 
- Практически во всех современных государствах, которые позиционируют себя как светские, существует институт военных капелланов. Назначение данного института – не насаждение той или иной религии, а полноценное гарантирование свободы совести каждому военнослужащему. В Европе, например, число капелланов в этих странах пропорционально количеству верующих военнослужащих той или иной конфессии. 
Есть опасность, что у нас  институт капелланов будет сформирован не как дополнительная гарантия свободы совести для верующих военнослужащих, а в первую очередь как возможность обращения военнослужащих исключительно в православие. Это принципиальный вопрос, который делает данный институт в Российской армии неконституционным. 
- А как обстояло дело с религией в дореволюционной русской армии? Какие были «правила игры»?
- Так же было и в дореволюционной России. Русская армия состояла не только из православных. По данным Минобороны, в начале ХХ века среди нижних чинов русской армии православных было 75%, католиков - 9%, мусульман - 2%, лютеран - 1,5%, других, в том числе и не заявивших о своей конфессиональной принадлежности, - 12,5%. 
Православные генералы и полковники составляли около 85%, остальные 15% - лютеране, католики, мусульмане и армяно-григориане.
Соответственно, в армию допускались не только православные военные священники, но и священнослужители других конфессий. Например, в годы Первой мировой войны в воинских частях несли службу около ста мулл. 
Да и офицер должен был поддерживать религиозное чувство у подчиненных - независимо от того, к какому вероисповеданию они принадлежали. Верующие военнослужащие, как правило, были более дисциплинированны и исполнительны.
Исторический опыт дает повод для размышлений над тем, как следовало бы организовать это дело сегодня. 
- В армейских законах пока нет положений о статусе священников. Тем не менее они уже числятся в штате многих воинских частей. Вам не кажется, что все это похоже на самодеятельность?
- Для начала не мешало бы разобраться с юридическими противоречиями. В частности, статья 8 закона «О статусе военнослужащих» гласит: «Государство не несет обязанностей по удовлетворению потребностей военнослужащих, связанных с их религиозными убеждениями и необходимостью отправления религиозных обрядов». А между тем статья 28 Конституции РФ гарантирует свободу совести каждому.
Читаем статью 8 дальше: «Создание религиозных объединений в воинских частях не допускается». Однако де-факто в воинских частях уже существуют православные общины в виде религиозных групп. Командование с гордостью рапортует, что в гарнизонах построено около тысячи часовен и даже военных храмов. Если это так, то почему бесцеремонно и грубо нарушается закон?
В июле 2009 года президент России Д. Медведев выразил согласие с предложениями ряда крупнейших религиозных объединений возродить в России институт военного духовенства. И уже с 1 декабря 2009 года в Вооруженных силах РФ была введена должность помощника командира воинской части по работе с верующими военнослужащими, а в Министерстве обороны создан соответствующий отдел.
В реальности же, судя по хаотичным действиям чиновников и генералов, эффективной программы по обеспечению свободы совести в Вооруженных силах пока нет. У Министерства обороны попросту отсутствует концепция выстраивания военно-конфессиональных отношений, в которой учитывались бы интересы верующих разных религий.
Будет неудивительно, если в «реформированной» армии добавятся еще и новые проблемы, связанные с религиозной нетерпимостью, что приведет к разобщению коллектива. Получается, что президент страны как Верховный главнокомандующий поставил задачу, а нормально исполнить ее не получается.
Еще раз подчеркну, до сегодняшнего дня вся деятельность вокруг возрождения института военного духовенства не легитимна и противоречит действующему законодательству. 
- Как проблему с военным духовенством решают в других странах?
- Практически во всех государствах, принадлежащих бывшему Варшавскому договору, институт военного духовенства давно и успешно работает. В странах СНГ этот опыт также активно внедряется. В феврале прошлого года президент Украины дал соответствующее поручение Кабинету министров. Там при Министерстве обороны создан Совет по делам пастырской опеки. В него вошли православные, католики, евангельские христиане (баптисты), мусульмане. Деятельность названного совета открыта для СМИ и освещается в прессе. 
Почему бы теоретикам из Министерства обороны России, которые отвечают за данный участок работы, не использовать положительный опыт наших ближайших славянских соседей?
- Граждане России имеют равные права независимо от отношения к религии. В том числе и военные люди. Но будут ли они иметь равные возможности для соблюдения религиозных обрядов?
- По Конституции - должны. А вот будут ли? Судя по нынешним действиям Министерства обороны, есть реальная опасность насаждения одной религии за государственный счет. Однако в некоторых частях, дислоцирующихся в Поволжье и на Северном Кавказе, количество военнослужащих мусульман не уступает православным, а на Дальнем Востоке в частях немало протестантов.
Недавно одна из солдатских матерей рассказала мне, как стала свидетельницей картины: солдат строем привели в храм, хотя многие из них были неверующими, а некоторые принадлежали к неправославной конфессии. 
- Какова статистика верующих в Российской армии? Сколько среди них православных, мусульман и прочих?
- Официально опубликованной статистики по Вооруженным силам не существует. Однако представители Министерства обороны называют общее количество верующих военнослужащих до 75%. Эта цифра примерно соответствует общей статистике верующих в обществе. 
Среди верующих православными считают себя от 70 до 80%, остальные - мусульмане, протестанты и представители других религий. Причисляющих себя к православным воцерковленным - не более 5%.
С учетом этого можно сказать, что уровень религиозности в армии в целом не столь высок, но тенденция к его повышению просматривается.
- Чем принципиально отличается работа простого священника и военного?
- Военный священник получает денежное довольствие наравне с военнослужащими, это и может стать проблемой. Обеспечивать семью на предлагаемое денежное содержание не просто. Других же доходов особо не предвидится, поскольку духовных треб, которые каким-то образом пополняли бы церковную казну и семейный бюджет военного священника, в воинских частях не так много.
По этой причине следует ожидать на этих должностях немало рукоположенных офицеров запаса, которые имеют опыт военной службы и военную пенсию.
- Итак, главная цель возвращения священников в армию - обеспечение свободы совести - в своей реализации имеет немало подводных камней. Но есть ведь и очевидные плюсы этого новшества?
- Конечно. У нас, судя по всему, на первом месте стоит задача по использованию потенциала церкви в нравственном и патриотическом воспитании военнослужащих.
К этому подталкивает общий невысокий морально-психологический и патриотический настрой военно-служащих, многочисленные суицидальные случаи, пьянство и дедовщина. Думаю, что работы у военных священников будет с избытком.

 

Беседовала 
Елена СУСЛОВА

 

Сергей Сорокин24 февраля 2012, 23:49

 
 
 
 

На самом деле, это важнейшая тема. С Анатолием Пчелинцевым я познакомился уже 23 года назад, когда занимались альтернативной службой, а он был действующий майор. На мой взгляд, проблема-то разрешается другим способом. Совсем не надо никаких священников в казармах и военных городках, все религиозные дела военные могут делать в свободное от службы время. Но для этого им надо освободить солдат в их свободное время, им надо дать возможность свободно пойти в ближайшую церковь, а не строить церковь на территории части. Вот в тюрьме приходится строить часовни внутри, т.к. там народ не свободен, а в армии - свободен.

 



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий