Поиск на сайте

 

 

Откуда на Ставрополье берутся гениальные учёные?

 
В прошлом номере «Зачетки» в статье «Где найти молодильный эликсир?» мы рассказали о центре коллективного пользования научным оборудованием, который появился в стенах Северо-Кавказского федерального университета (СКФУ). Ему всего полгода, то есть центр пока только на этапе становления.
О том, какие задачи перед ним поставлены, корреспондент «Зачетки» беседует с директором центра – это кандидат физико-математических наук, доцент Сергей ЛИСИЦЫН (на снимке).
 
– Сергей Викторович, сегодня ваш центр уже приобрел собственное имя в масштабах России?
– Думаю, да. Ведь перед тем, как приступить к его созданию, мы внимательно изучили опыт других вузов и академических центров, чтобы взять от них лучшее. Выбирая направления для работы, мы ориентировались на уже признанные научные школы, существующие в СКФУ.
Сегодня в составе нашего центра есть четыре лаборатории – как аналитические (которые занимаются исследованием и анализом физических свойств объектов различной природы), так и исследовательские (где синтезируют новые продукты).
Понятно, раз наши лаборатории только начинают работать в структуре центра, говорить о больших результатах еще рано. Но главное, что наша команда – это люди, заинтересованные в развитии науки.
Сегодня мы уже можем и пытаемся налаживать взаимовыгодные контакты с другими центрами, например с федеральными университетами (первостепенно это наш ближайший сосед ЮФУ).
– А есть у вас выигранные гранты?
– Недавно к нам в вуз приезжала делегация Фонда перспективных исследований, которая заслушивала наших ученых. Сейчас проект, который представил на соискание заведующий лабораторией «Химическая технология керамики» Павел Воронов, находится на внешней экспертизе фонда. И если его проект будет поддержан, то для нашего центра это будет означать выход на совершенно новый качественный уровень.
– То есть почивать на лаврах прежних достижений не будете?..
– А в современной науке это и невозможно, нужно всегда двигаться вперед. Тем более что сегодня изменились и сами геополитические условия: в условиях глобальных санкций Россия сразу ощутила, в каких критических направлениях мы серьезнее всего отстали, и их нужно активно развивать.
Одна из задач нашего центра – это обеспечить научную преемственность. Наше богатство – не дорогое оборудование, а именно наши научные руководители, которые заложили фундамент перспективных исследований. Вам не нужно говорить, сколько из стен СКФУ вышло ученых с мировым именем. Это Андрей Георгиевич Храмцов, Иван Алексеевич Евдокимов, Борис Михайлович Синельников, Людмила Дмитриевна Тимченко, Юрий Иванович Диканский и многие другие.
– Да, известных имен много. Но чьи конкретно разработки сегодня востребованы в вашей работе?
– В лаборатории «Физические методы исследования и анализа» мы изучаем свойства синтезированных в лабораториях нашего вуза тонких пленок нитрида алюминия. Вещество уникальное, которое все шире используется в промышленности: это производство и мобильных устройств, и детекторов, и светодиодов.
База для наших исследований – это научная школа, основанная кандидатом химических наук, доцентом Виталием Алексеевичем Таралой. Он, кстати, сегодня и заместитель директора по инновационному развитию Института электроэнергетики, электроники и нанотехнологий СКФУ.
А вот наши исследователи нанокерамики работают в кооперации с ведущими научными центрами всей России. В первую очередь, конечно, Российский химико-технологический университет (РХТУ им. Менделеева) и работающий там академик Евгений Лукин – корифей в этом направлении в масштабах страны.
– А востребованность ваших разработок со стороны крупного бизнеса вы видите?
– Конечно, видим. Один из примеров – тесное взаимодействие с мировым лидером по производству сапфиров ЗАО «Монокристалл». Начинаем налаживать связи с заводами из Невинномысска, это «Азот» и «Арнест»: они хотели бы проводить в нашем центре экологические измерения. Оборудование в вузе есть, думаю, уже в ближайшее время мы будем готовы создать в структуре центра новую лабораторию по проблемам экологии.
К разработкам лаборатории иммуноморфологии, иммунопатологии и иммунобиотехнологии, которую возглавляет Людмила Тимченко, имеют стабильный интерес производители косметики и лекарственных препаратов. Кстати, многие научные достижения лаборатории уже имеют свидетельства и патенты.
– Представьте такую ситуацию: в ваш центр с коммерческим заказом обращается крупный завод. И оборудование есть, а вот специалистов – нет. Что будете делать?
–  Мы созданы недавно, штат научных сотрудников только набран, поэтому сразу начали решать вопрос их стажировки. Идеальный вариант – это стажировка именно в тех фирмах, которые производят научное оборудование, чтобы сотрудников здесь учили самым передовым методикам.
У вуза уже заключен такой договор с крупнейшим в мире производителем оптики Carl Zeiss, который оснащал одну из наших лабораторий. Работаем мы с зеленоградской компанией «НТ МДТ», которая разработала научный комплекс «Лайф» (атомно-силовой микроскоп для биомедицинских исследований. – Ред.).
Надеюсь, в перспективе мы выйдем на такой уровень, чтобы уже сотрудники нашего центра обучали других.
– У вас почти тридцать научных сотрудников работают в центре. Легко было столько людей набрать?
– Некоторые сложности, конечно, были. Во-первых, это должны были быть люди, заинтересованные именно в развитии науки, а не в том, чтобы отбывать здесь некую повинность. Во-вторых,  руководством СКФУ изначально была поставлена высокая планка – чтобы наш центр стал своего рода «научным» лицом вуза.
– У вас, наверное, одни круглые отличники?
– Знаете, отличная учеба – это не всегда гарантия будущих блестящих успехов в науке. Вспомните хотя бы Эйнштейна, который даже в школе хороших результатов не показывал. Чтобы заниматься наукой, должен быть особый склад ума. И вот вопрос: каким образом отобрать этих лучших ребят?
В Ставрополе есть замечательное учреждение – Малая академия наук (МАН), которая в этом году отметила 25-летие. В стенах МАН школьники занимаются с настоящими учеными, которые и закладывают фундамент научного мышления. Я несколько раз участвовал в жюри научных конференций МАН, и каждый раз удивлялся, какие серьезные, глубокие работы делают здесь ребята.
Есть также система научных конференций, организатором ряда которых является СКФУ, проводятся практические семинары и школы под руководством ведущих ученых вуза. Да и подготовка к защите магистерских диссертаций – это уже вклад в науку. Молодые аспиранты и магистры есть и в коллективе нашего центра, многие продолжают здесь свои научные изыскания.
– Сергей Викторович, а вы согласны с тем, что последние годы российская наука пребывает в глубоком кризисе?
– Я бы не сказал, что это кризис, хотя проблемы есть. Главная – это разрыв между теми, кто является корифеем в науке, и молодыми сотрудниками, которые подросли за последние годы. Но этот разрыв сегодня ведь не только в науке, но и в других отраслях: промышленности, культуре...
А вот то, что молодежь сейчас стала приходить в фундаментальную и прикладную науку, – это всецело заслуга государства, которое наконец-то стало вкладывать в эту сферу серьезные средства. И разве создание центров коллективного пользования – это не показатель того, что проблемы начинают решаться?!
– А вы ощущаете разрыв между уровнем практической и теоретической подготовки приходящей к вам молодежи? Ведь еще с советского времени повелось, что вузы в России были сильны именно в образовании, а наука была на вторых ролях.
– Наука без образования существовать не может, и уж тем более внутри вуза они должны быть в симбиозе. Приведу простой пример. Сегодня перспективно заниматься нанотехнологиями в разных направлениях – медицине, электронике...
Но ведь нанотехнологии не появились на пустом месте: только после того, как наука зашла за эту грань «нано» в постижении свойств материи, появились соответствующие образовательные дисциплины. То есть появилась возможность учить специалистов, которые будут двигать нанотехнологии вперед. А в перспективе, возможно, создадут какое-то совершенно новое направление, о котором мы пока и не догадываемся.
– А вот на Западе, наоборот, подготовка ученых-прикладников порой поставлена «на поток». Как думаете, это правильно?
– Вы правы, западные вузы работают именно по такому принципу. Уже на первых курсах происходит селекция: одна группа студентов углубленно изучает теоретические аспекты какой-то дисциплины, а другие специализируются на прикладном применении научных познаний.
На мой взгляд, это приносит свои результаты и прорывы в науке, но такой научный «конвейер» в принципе не нужен. По моему личному мнению, советская школа подготовки научных кадров была лучшей в мире: она закладывала основы фундаментальной науки, ведь не зря выпускники ведущих российских вузов на Западе котируются очень высоко.
Не надо ориентироваться на Запад – мы должны развиваться по своим канонам, чтобы не растерять то лучшее, что имела наша страна, наша наука и наше образование…
 
Беседовал
Антон ЧАБЛИН
 
 
 
 


Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий