Поиск на сайте

 

Насколько терпимы к людям с непривычным обликом и образом жизни ставропольские студенты?

 

Один мой приятель из Георгиевска, Артем Матвеев, учится на экономиста в другом конце России, в Сургутском государственном университете.
Однажды на каникулах мы разговорились о студенческой жизни, и Артем рассказал, что на первом курсе его поселили в одну комнату с металлистом по имени Паша. Суровый неформал в кожаной «косухе» пришелся Артему не по душе, и парень попросил коменданта спасти его от неудобного соседа.
Металлиста переселили в другую комнату, мой приятель вздохнул с облегчением. Такая незначительная в общем-то история, но мне она почему-то запомнилась, и я решила узнать, а считают ли вообще мои сверстники себя толерантными людьми?
Как они относятся к однокурсникам другой веры или нации, к людям в инвалидной коляске, к неопрятным уличным бродягам, к «белым воронам» вроде длинноволосого хиппи или девушки-церковницы, живущей по строгим библейским законам?
На мои вопросы ответили студенты Северо-Кавказского федерального университета и Ставропольского медицинского университета.
Из 80 человек на вопрос «Считаете ли вы себя толерантным человеком?» 42 ответили утвердительно. При этом толерантность большинство описало как «отношение к «инакому» как к равному».
Именно этих ребят я расспросила о терпимости и взаимном уважении. Ответы студентов оказались неожиданными.
«Представьте, что вы живете с человеком, который исповедует другую религию и молится несколько раз в день в одной с вами комнате. Будут ли вас раздражать его молитвы?» – интересовалась я. Большинство ответили, что обращение к Богу на незнакомом языке их не смущает. Причем самыми терпимыми оказались будущие медики – наверное, потому что в их вузе получают образование ребята не только со всего СКФО, но из разных уголков света.
Студенты живут, учатся, отдыхают бок о бок с «чужаками» и, естественно, перестают видеть в них угрозу, принимая в «свои» ряды. Только один из ребят признал, что не смог бы жить в одной комнате с человеком другой веры.
Между тем среди молодых людей, называющих себя толерантными, были и те, кто ответил: «Постараюсь выселить его» или «Просила бы ее выйти молиться в другом месте».
На вопрос «Согласились ли вы вступить в брак с человеком, исповедующим другую религию?» почти все мои собеседники (38 из 42), ответили «нет». Однако при этом половина опрошенных продемонстрировали запредельный уровень «толерантности»: чтобы соединить судьбу с возлюбленными, они готовы... сами сменить веру!
В связи с недавним «антихиджабным» скандалом, разразившимся на Ставрополье, мне было интересно, как относится к девушкам в платках студенческая молодежь. Ребята оказались не в пример терпимее к непривычному девичьему облику, чем чиновники и педагоги.
«В вашем коллективе учится (работает) девушка, которая ходит в хиджабе. Как вы к этому отнесётесь?» – спросила я. 83% ребят выбрали ответы: «Положительно», «Нормально», «Равнодушно». И лишь семеро студентов высказались категорически против: «Это не мечеть, пусть ходит в светской одежде».
Студенты оказались на удивление строги к моральному облику своих приятелей. На вопрос «Ваш старый знакомый, семейный человек, завел любовницу. Вы оказались свидетелем тайных встреч. Ваша реакция?» каждый второй ответил: «Я не смогу с уважением относиться к нему после этого».
Зато 88% опрошенных ребят, по их уверениям, остались бы абсолютно равнодушными в, казалось бы, совсем дикой ситуации – если бы под их окнами вздумали резать барана!
«Вот это толерантность!» – удивится читатель. Но следующие данные убеждают нас в обратном.
Среди студентов, назвавших себя толерантными, не оказалось ни одного (!), кто согласился бы жить в комнате с человеком с ограниченными возможностями. Ни один не помог бы бездомному бродяге перейти дорогу. И ни один не отреагировал бы спокойно, увидев целующихся мужчин.
Мало того, 30 человек из 42 не потерпят даже такой мелочи, как ярко-синяя челка у подруги, хотя при этом не сомневаются, что к «инаким» они относятся как к равным.
Что кроется за столь противоречивыми ответами?
Мне думается, категорическое неприятие синих девичьих челок связано с тем, что их приверженки слишком редкие птицы в нашем городе и потому воспринимаются большинством как неприятное и «опасное» отклонение.
«Нетолерантность» к людям с инвалидностью на самом деле говорит лишь о боязни, смущении и растерянности. В нашем обществе инвалиды зачастую оказываются выключенными из активной жизни, и студенты просто не знают, как вести себя с такими людьми.
А, скажем, выпускники 39-й ставропольской школы, где «обычные» и «особенные» дети учатся в одних классах, вряд ли запаникуют, если, повзрослев, окажутся соседями по комнате в студенческом общежитии.
По этой же причине, думаю, опрошенных мной студентов не пугают и не раздражают «закрытые» мусульманки: они сидят с такими девочками за одними партами, вместе готовятся к семинарам, одалживают книги, общаются, делятся переживаниями...
Мне кажется, страх и неприязнь у людей вызывают не те, кто «не похож на тебя, не похож на меня», а те, о ком мы мало знаем, причем знаем понаслышке. В этом я убедилась на собственном примере.
В прошлом году мы с одногруппниками решили провести новогодний праздник в одном из детских домов Нефтекумского района. Придумывали игры для ребят разного возраста, и тут выяснилось, что никто из студентов не хочет брать на себя старшую группу.
Мои друзья всерьез побаивались, что воспитанники детского дома их побьют, оскорбят и посмеются над ними. Мне было дико это слышать: в моей родной георгиевской школе №5 учились воспитанники детдома и социального приюта, и я привыкла видеть в них обычных ребят.
Студентам хватило одной поездки, чтобы понять меня. «Страшные» подростки оказались открытыми, общительными, дружелюбными ребятами и так понравились моим друзьям, что визиты в детский дом стали постоянными.

 

Ася АСРЯН,
студентка 2-го курса СКФУ

Добавить комментарий



Поделитесь в соц сетях