Поиск на сайте

 

Экономическое развитие Северного Кавказа полно неразрешимых проблем

 

На днях в Кисловодске прошел форум крупнейших компаний Северного Кавказа. Масштаб проблем и задач, стоящих в повестке дня, впечатляет: если кредит – то на миллиарды рублей, если стройка – то на сотнях гектаров. А потому особенно странным на этом фоне выглядела организация форума: микрофоны фонили, проекторы не работали, компьютеры зависали... Впрочем, это не мешало полпреду Александру Хлопонину обещать: через пару лет кавминводский экономический форум будет круче крупнейшего в стране – сочинского.

 

Начало положено. И неплохое
Как и водится на мероприятиях с большими амбициями, слово предоставили главному действующему лицу – полпреду Александру Хлопонину, который подробно рассказал, чего удалось добиться за три года существования СКФО.
За это время валовой региональный продукт вырос вдвое, а регистрируемая безработица снизилась почти вдвое (по официальным данным, с 485 тысяч человек до 270 тысяч).
Реально работают двигатели инвестиционных проектов «Корпорация развития Северного Кавказа» и «Курорты Северного Кавказа», сверстана Стратегия развития округа, на подходе Госпрограмма-2025 (заменит три целевые программы, в том числе «Юг России»).
Этот последний документ будет состоять из нескольких разделов. Первый коснется крупных инвестиционных проектов. Второй связан с развитием туристического кластера. В активе «Курортов Северного Кавказа» уже набралось проектов на 15 млрд. рублей. А в ближайшей перспективе эту цифру планируют увеличить вчетверо.
Третий блок посвящен модернизации существующего производства. С ним, к слову, Хлопонин связывает надежды на возвращение русского населения в национальные республики, в основном инженеров, технологов, конструкторов.
Наконец, последний раздел программы свое внимание обратит на поддержку малого и среднего бизнеса, который пока что остается вне поля зрения полпредства. Причины этого объяснимы: крупные стройки – это своего рода ручная сборка, тут есть масса нюансов, требующая персонификации на уровне больших людей. Когда удастся реализовать хотя бы два-три больших проекта, вот тогда на их основе можно будет уже подумать о том, как стимулировать малый и средний бизнес.
К тому же все стимулирующие программы и инструменты универсальные и не требуют тонкой настройки, как в случае крупных инициатив и больших средств. Но это, заверил полпред, вовсе не значит, что малый бизнес брошен на произвол судьбы и власть им не занимается.
Такой же оптимистичный посыл прозвучал из уст вице-губернатора края Юрия Тыртышова, заверившего, что на Ставрополье существует два десятка различных инструментов поддержки малого и среднего предпринимательства (микрозаймы, венчурный фонд, субсидирование процентной ставки по кредитам, залоговый фонд и проч.).
И тут же чиновник обрел своего в среде бизнеса оппонента. Председатель совета директоров концерна «Эском» Анатолий Буйный заявил, что из двух десятков инструментов, созданных для поддержки регионального бизнеса, большинство попросту не работает – либо не обеспечено финансово, либо забюрократизировано до крайности.
Так, за последние два года концерн инвестировал в производство 2 млрд. рублей, но на уплату процентов по кредитам в бюджете наскребли лишь 300 млн., больше денег не нашлось. И примеры такого рода массовы.
 

Инвестор в заботе нуждается
Говорил Хлопонин и о проблемах, главная из которых – в головах управленцев, которые никак не могут перестроить свою психологию с примитивного освоения нищих бюджетов на модель развития территорий (к слову, более половины всех инвестиций на Северном Кавказе приходится на Ставрополье). Копейку получили, потратили, а думать на перспективу, искать инвесторов, разрабатывать пригодные к реализации проекты – на это способны лишь единицы.
Рассуждает полпред, конечно, правильно, вопрос в том, где взять этих менеджеров новой формации, желающих и умеющих работать в рыночных условиях?
А вот тут бы самое время задуматься о политике, от которой чиновник яростно открещивается. Речь идет о необходимости честных и открытых выборов.
А пока получается, что правящая партия толкает на должности глав поселений и районов, в советы и думы исключительно «своих», независимо от профессиональных качеств. Эти «свои», чувствуя поддержку и прикрытие, инициативы полпреда бойкотируют: мол, не он их в люди вывел и не ему с них спрашивать.
Так что пенять на бездействие муниципальных чиновников Хлопонину не стоит – экономика и политика, как известно, связаны воедино. А потому вместо создания стройной системы привлечения инвестора, мы его отпугиваем, отбивая всякую охоту связываться с государством.
Не работает так, как хотелось бы, институт государственных гарантий, и виной тому – бюрократия. Из запланированных на прошлый год 100 млрд. рублей на предоставление госгарантий инвесторам освоили лишь четверть.
При этом коммерческие банки не идут навстречу даже тем компаниям, которые активно пользуются инструментом государственных гарантий, а по сути, имеют рекомендацию российского правительства. Выражается это в первую очередь в том, что банки категорически не настроены снижать процентные ставки по кредитам.
Не менее важная проблема, по словам полпреда, состоит в профанации высшего образования и, как следствие, в квалификации кадров. Так, 80 филиалов московских вузов, прописавшихся в СКФО, либо существуют только на бумаге, либо в их активах нет ничего, кроме стола, пары стульев и компьютера. Дожили до того, что работодатели пишут в анкетах открытым текстом: «С дипломами СКФО не обращаться».
О том, что нынешнее высшее образование откровенно слабое и задач своих не выполняет, подтвердила и гендиректор холдинга «Березка» из Северной Осетии Лариса Бекузарова. По ее словам, молодые специалисты после окончания ветеринарных вузов даже не могут показать, где у коровы рубец.
«Я этих ребят не виню, мне их жалко», – поделилась Бекузарова. Но где взять достойные кадры, ума не приложит. Именно поэтому в крупнейшем сельскохозяйственном предприятии республики главному агроному уже 74 года, а замены нет.
Решение кадровой проблемы уже идет полным ходом. Ставка, как известно, делается на закрытие несостоятельных филиалов вузов, и одновременно наращивается мощь Северо-Кавказского федерального университета – укрепляется материальная база, научный потенциал.
 

Бюрократы правят бал
Нерадостную картину нарисовал присутствующим президент концерта «Энергомера» Владимир Поляков. Бизнесмен привел несколько примеров из работы чикагской компании Rubicon Technology, которая выпускает такую же продукцию, как и «Энергомера».
Так, на ставропольском заводе в отделе таможенного оформления работает 12 человек, а на предприятии в Чикаго такого отдела нет вообще – таможня находится в ведении транспортных компаний, и для завода вся ее специфическая деятельность обходится совершенно бесплатно, что-то вроде бонуса.
Образно Поляков поделился тем, как у нас и на Западе принимают чартерные самолеты, на которых летают по делам крупные бизнесмены.
В Европе, пока ты идешь от трапа самолета до автомобиля, тебе успевают оформить все бумаги. В Ставрополе «подлетают четыре фуражки: у вас, мол, декларация не так оформлена, вместо одной справки почему-то две!». При этом обращаются на русском, а когда иностранец не понимает, переспрашивают громче.
После такой «теплой» встречи инвестор крепко подумает, стоит ли вообще ему ехать к нам, чтобы вкладывать приличные суммы, а потом еще мучиться с нашими чиновниками, обивать пороги всевозможных ведомств.
Однако учиться ведению бизнеса можно не только у Запада, но и у некоторых российских регионов. Когда на заводе «Энергомера» в Белгородской области произошло отключение электричества, губернатор Евгений Савченко разыскал Полякова в Ставрополе, извинился и предложил обсудить, как администрация может помочь, в том числе компенсацией убытков компании. В то же время, рассказал Поляков, в Ставрополе таких отключений было три, а реакции никакой – ни от правительства, ни от энергетиков.
Вот и получается, что очередное свое предприятие Поляков решил создать не в России, а в Китае. Очень просто: на сдачу завода под ключ в Поднебесной компания запланировала ровно два года. Плюс к этому ожидает 50-процентного возмещения из бюджета инвестиционных вложений.
У нас за два года в лучшем случае можно лишь землю отвести под строительство, о компенсациях же и мечтать нечего.
Горячая полемика развернулась вокруг роли банков в вопросах индустриализации. Председатель правления Северо-Кавказского банка Сбербанка РФ Петр Колтыпин рассказал, что инвестпроекты, которые предлагают им на согласование в получении кредитов, в целом крайне слабенькие и плохо проработанные, поэтому большинство их приходится «заворачивать». А его заместитель Игорь Яцук презентовал проект Сбербанка «Новая индустриализация», предусматривающий создание 150 индустриальных парков на 25 млн. рабочих мест. В ближайшие два года банк на эти цели готов выделить около 175 млрд. рублей.
Позицию руководства Северо-Кавказского Сбербанка (к слову, структуры коммерческой) представители реальной экономики восприняли в штыки. Претензии их можно свести к двум пунктам: запредельные проценты по кредитам и жуткая волокита при оформлении ссуд.
Об этом, в частности, эмоционально говорила Лариса Бекузарова. Пока в банке подписывали бумаги, оформляя кредит на закупку холдингом оборудования для откорма телят, те уж превратились в полноценное молочное стадо.
Не потому ли российский инвестор бежит на Запад, с большой неохотой, вынужденно связываясь с родным государством?
 

Инновации – в дефиците
Гендиректор североосетинского кластера «Баспик» Сослан Кулов рассказал, что в советское время в республиках Северного Кавказа было около сотни заводов, выпускающих электронику, нынче же осталось не более двух десятков. «Баспик» производит комплектующие для приборов ночного видения, биочипов, интровизоров, волоконной оптики. Таких предприятий в мире всего восемь, одно из них в Северной Осетии.
По логике вещей, на продукцию завода должен быть стабильный госзаказ. Однако во время боевых действий в Южной Осетии российские войска вообще не имели нормальных прицелов и приборов ночного видения.
По словам главного редактора журнала «Эксперт-Юг» Владимира Козлова, среди крупных инвестпроектов СКФО из года в год одни и те же отрасли – «пищевка» и производство стройматериалов (с минимальной долей прибавочной стоимости).
Вкладывать деньги в прорывные сферы экономики, например в медицину или микроэлектронику, которые служат локомотивом экономического роста Азии и Европы, у нас не хотят. И дело тут не в инерционности мышления наших предпринимателей – просто в российских реалиях по-другому просто невозможно. Связаться с высокими технологиями – значит обречь себя на нищету, потеряв последнее.
Председатель совета директоров концерна «Эском» Анатолий Буйный был и вовсе категоричен. По его мнению, причина технологического застоя кроется в том, что в России нет государственной промышленной политики.
В советское время усилия территорий на общее благо страны суммировались меж-отраслевым балансом народного хозяйства, а сегодня каждый регион развивает индустрию по своему усмотрению – без координации и перспектив на взаимодействие.
 

А курорты угасают...
Отдельной темой форума стали курорты, возможности и перспективы их развития, с оглядкой на риски, которых, как оказалось, немало.
«Регион теряет облик курортного места!» – с ходу выдал директор российского офиса консалтинговой компании McKinsey &Co Ермолай Солженицын.
По данным исследований, которые провела его компания, Кавказские Минеральные Воды у большинства россиян вызывают ассоциацию с чем-то старым, советским, заброшенным, а основной источник получения новой информации о курортах – это «сарафанное радио», до грамотной, современной рекламы, как до небес. Для убедительности на широком экране продемонстрировали разруху в парках курортных городов, развалины лечебных ванн и галерей.
По рецепту Солженицына на Кавминводах предстоит создать террасированные бассейны с теплой водой, экскурсионно-развлекательный комплекс и теплый аквапарк, необходимо расширить сферу досуга.
Еще одна проблема – это отсутствие сертификации мест проживания. При том, что в регионе около 25 тысяч койко-мест, приезжий понятия не имеет, сервис какого уровня он получит.
В полемику с бизнесменом вступил вице-губернатор края Юрий Тыртышов, который заявил, что все изыскания McKinsey &Co для ставропольского правительства давно не секрет. В подтексте читалось так: от ваших исследований для курортного региона никакого проку, только, мол, деньги на мониторинг спустили в трубу.
И в этом, похоже, много правды. Все больные места известны, вопрос в том, как их лечить и где на это взять деньги.
Между тем стоит напомнить, что совместно с федеральными органами власти правительство края разрабатывает проект социально-экономического развития региона КМВ, который войдет в Госпрограмму по развитию СКФО до 2025 года. В целом проект предусматривает финансирование курортного региона на сумму 53 млрд. рублей.    
Одно из наиболее затратных направлений – это сохранение и рациональное использование природных лечебных ресурсов, а также обеспечение экологической безопасности, на что, по предложению края, понадобится 3 млрд. рублей (создание современной системы сортировки и переработки отходов, берегоукрепительные работы, ликвидация и ремонт аварийных скважин минеральной воды).
Поскольку регион испытывает огромный дефицит в питьевой воде, в проекте есть пункт развития водоснабжения и водоотведения. Предполагается построить четвертую нитку Кубанского водопровода и водопровода от головных Эшкаконских очистных сооружений до резервуаров «Баязет» в Кисловодске, освоить Малкинское месторождение подземных вод, завершить строительство второй очереди канализационного коллектора Кисловодск – Ессентуки – Пятигорск, расширить и реконструировать очистные сооружения в городах КМВ.
Отдельный пункт – завершение строительства трамвайной ветки в Пятигорске, обновление подвижного состава, реконструкция трамвайных путей и контактно-кабельных сетей, ремонт дорог и тротуаров.
Не забыли краевые чиновники об архитектурном облике курортов и местах отдыха. Речь в первую очередь идет о реконструкции питьевых галерей, парков, терренкуров и бальнео-технических коммуникаций, объектов историко-культурного наследия.
Вместе с тем, все эти предложения от утверждения пока далеки. Это лишь наши запросы, окончательное решение остается за федеральным центром.
И еще один момент: что получит край, если из федеральной казны деньги придут в полном объеме?
По прикидкам местных чиновников, емкость санаторно-курортного и туристического комплекса вырастет в два с лишним раза – до 56 тысяч мест. Доход от деятельности курортного и туристического комплекса увеличится на 33 млрд. и перевалит за отметку в 46 млрд. Наконец, численность отдыхающих увеличится на 788 тысяч человек и дорастет до 1,5 млн.
И вот по этому последнему пункту у экспертов к чиновникам есть немало серьезных вопросов.
 

Когда деньги во вред
Первый и основной вопрос звучит так: что станет с экологией КМВ, если туда высадится десант в 1,5 млн. человек? Да ладно бы 1,5 млн., вон краевой министр по курортам и туризму Валентина Ченцова грезит о 5 млн. в год!
Однако вопрос экологии в повестках экономических форумов не стоит, экспертов в области природоохраны туда не зовут – чтобы не мутили воду, не портили инвестиционный климат: мол, многотонные здания раздавят нарзанные жилы, транспортные потоки отравят остатки кислорода, и курорты превратятся в пыльную промзону.
Но и это не все. Как заверил вице-премьер краевого правительства Андрей Бурзак, профиль курорта нужно менять диаметрально. Иными словами, из бальнеологического курорта превратить Кавминводы в территорию развлечений и увеселений, сделав ставку на аквапарки, рестораны, горно-лыжные базы.
Такие мысли, надо сказать, на уровне края высказываются давно, активнее других их транслирует г-жа Ченцова – при молчаливом одобрении губернатора. Экспертная общественность, конечно, пытается этим сумасшедшим идеям возражать, но кто ее слышит вообще?
А между тем наш, кавминводский, клиент – это человек, которому уже за сорок, у которого барахлят печень, почки, сердце. Он едет к нам не для того, чтобы на дискотеке ночь напролет танцевать буги-вуги, а поправлять здоровье.
Но для этого ему нужны лечебная вода, свежий воздух, чистые терренкуры, процедуры и культурный досуг – экскурсии, музеи, театры, кино. Испокон веков курорты КМВ были оплотом кефирно-клистерной диеты, а не шашлычной кулинарии.
Глупо и откровенно преступно мощную бальнеологическую базу превращать в развлекательный центр. Чтобы понять это, даже не надо быть крупным специалистом в той или иной области. Нация стареет, стремительно растет число заболеваний сердечно-сосудистой и нервной систем, опорно-двигательного аппарата. Россия – страна пенсионеров, которых надо лечить. А если кому и захочется покататься на каруселях вниз головой, на это просто не хватит денег, ибо лечение – дело очень затратное.
Впрочем, отсутствие стратегии развития курортов (и КМВ, и всего СКФО) не мешает чиновникам дискутировать о том, как привлекать сюда отдыхающих. А привлекать действительно надо, хотя и не в тех астрономических объемах, о которых твердят краевые власти. Да и работать есть с кем: ежегодно на заграничные курорты, в первую очередь Турции и Египта, уезжает около 15 млн. россиян. И не потому, что они не любят свою родину – в других странах отдых при лучшем сервисе обходится куда дешевле. При должном обслуживании, гибких ценах и грамотной рекламной политике часть этой публики можно было бы легко переориентировать на курорты СКФО – подлечиться или покататься на лыжах.
Что получится из этого, судить рано. По крайней мере, первой ласточкой курортного возрождения в рамках всего Северного Кавказа должен стать Архыз, где канатную дорогу уже сдали в эксплуатацию, а строительство семи гостиниц идет полным ходом.

 

Думай о людях
Однако делать ставку исключительно на россиян было бы ошибочно – такое мнение высказал прибывший на форум генеральный почетный консул Италии в ЮФО и СКФО Пьерпаоло Лодиджиани. Он призвал не забывать об иностранцах, которые от наших курортов просто без ума.
Сам г-н Лодиджиани впервые побывал на Северном Кавказе лет двадцать назад, и с тех пор здесь постоянный гость. Итальянец рассказал случай, как он заблудился в Приэльбрусье, долго плутал, а когда увидел небольшую группу людей, то с удивлением обнаружил, что это не россияне, а немцы, которые, как оказалось, в этих краях постоянные гости.
«Но кого бы вы сюда ни завлекали, – наставлял посол российских чиновников, – нельзя забывать о местных жителях. Если государство не поможет им, в курорты не получится вдохнуть душу, и тогда они останутся пустыми».
О том, что с местным населением предстоит работать, убедились уже и в «Курортах Северного Кавказа». В Ингушетии, например, люди выступили против строительства гостиниц, что понятно: менять и даже ломать вековой уклад крайне болезненно. Да и кому бы понравилось, что сельскую идиллию с ее тихими пастбищами превращают в паломничество туристов, невероятно шустрых, все по-хозяйски вынюхивающих?
В общем, выход один – убеждать, уговаривать и не юлить, действовать честно и открыто. Северный Кавказ он, как Восток, – дело тонкое. Без дипломатии и доброй воли тут и камня не сдвинуть с места.
 

Егор ВЕСЕЛОВСКИЙ,
обозреватель «Открытой»

 

Антон19 ноября 2012, 18:13

 
 
 
 

В результате грандиозной операции по уничтожению экономической мощи России под кодовым названием "приватизация" жиды за гроши изъяли у русского народа гиганты индустрии. Они их сами себе продавали. "Уралмаш" с 34 тысячами рабочих продан за 3 миллиона 720 тысяч долларов. Челябинский металлургический завод с 35 тысячами рабочих продан за 3 миллиона 730 тысяч долларов. Ковровский механический завод, обеспечивавший оружием всю армию, милицию, спецслужбы, продан за 2 миллиона 700 тысяч долларов. Челябинский тракторный завод, где 54 300 рабочих мест, продан за 2 миллиона 200 тысяч долларов. Для сравнения: средняя пекарня в Европе стоит около двух миллионов долларов, средний колбасный завод швейцарского производства - 3,5 миллиона долларов, цех по разделке леса и выпуску вагонки - 4,5 миллиона долларов. От продажи всех предприятий, стоимость которых по минимальной цене превышает триллион долларов, российская казна получила ... 7 миллиардов 200 миллионов долларов. В среднем чуть больше тысячи американских долларов "уплачено" за каждый из 125 тысяч "приватизированных" объектов. Прибавьте сюда катастрофические потери от того, что "приватизированные" предприятия перестали давать продукцию, большинство из них встали, остальные чуть теплятся; прибавьте сюда 300 миллиардов долларов, которые за пять последних лет вывезены из России за границу, и от двух до четырех с половиной миллиардов долларов ежемесячно продолжают уходить из России по банковским счетам, - и станет очевидным, что ни одна война не наносила России таких страшных потерь, и никогда еще в истории России ни один враг так открыто и нагло, безбоязненно не хозяйничал в ней. По заключению комиссии Государственной Думы вся приватизация в России проведена под непосредственным руководством зарубежных спецслужб. Иностранные разведчики открыто занимали российские правительственные кабинеты. Только в 1992 году по приглашению председателя Госкомимущества Анатолия Чубайса в Россию прибыло более 200 иностранных консультантов, среди которых кадровый сотрудник Центрального разведывательного управления Соединенных Штатов Америки Бойл, кадровый военный разведчик Христофер, а также Шаробель, Аккерман, Фишер, Хиктон, Камински, Уилсон, Бокая, Уаймен, Брус и другие. Заместителем председателя экспертной комиссии Госкомимущества, которой поручалось "рассматривать все проекты Указов Президента России, постановлений правительства, распоряжений председателя и заместителей председателя ГКИ по поводу определения специфики приватизации, а в отдельных отраслях народного хозяйства создания холдинговых компаний и передачи управления пакетами акций предприятий в траст" был назначен кадровый сотрудник ЦРУ Хей, членами комиссии Аккерман, Андерсон, Де Гир, Гухуни, и только двое в высочайшей комиссии, решавшей стратегические российские вопросы, были гражданами России.

 

Добавить комментарий



Поделитесь в соц сетях