Поиск на сайте

 

 

Поэтесса из Черкесска читала стихи, художник из Ставрополя показывал картины – и оба делились опытом непростого творческого поиска

 

На днях в Ставропольском госуниверситете состоялся очередной семинар научно-исследовательской лаборатории «Textus», существующей 16 лет и труды которой имеются во всех ведущих библиотеках мира. Открытия ученых положены в основу целого ряда изданий «Метапоэтика» - это работы, посвященные изучению прозы, поэзии, драматургии, исторических, кинематографических, музыкальных и живописных текстов в их широком понимании, размышления самих авторов о творческих муках, которые пришлось испытать.
Одним из почетных гостей семинара стала автор невероятно проницательных и мелодичных стихов на русском и ногайском языках, признанная переводчица ногайского эпоса, обаятельная женщина и просто душевный человек Фарида Сидахметова. Живет Фарида в Черкесске, но родилась и выросла в ауле Новкус-Артезиан Нефтекумского района Ставрополья. 
А повод для встречи в стенах университета оказался торжественным и радостным - выход в свет ее очередного сборника стихов на ногайском языке «Меним Дуныям» («Мой мир»).
«Вы уж простите за мое волнение, но мне кажется, что я на экзамене, который предстоит сдать не только вам, но еще... - Фарида взглядом сопроводила своих строгих учителей - Пушкина, Толстого, Лермонтова, Хетагурова, Кугультинова, Кулиева, Кешокова, Гамзатова... - портреты которых украшают музей национальных литератур, где и проходила встреча. - Я рада, что представить свой новый сборник мне посчастливилось на родной ставропольской земле, к тому же в стенах, где изучают, ценят и любят живое слово».
Фарида читала свои стихи - новые и давно уже изданные. Некоторые рождались на двух языках одновременно - и это редкий и счастливый случай, по признанию поэтессы. 
Живу я в городе.
Дом окнами на запад.
Здесь даже шум дождя об утренний асфальт,
И то не слышен с высоты.
Бетон и сталь.
Заставили забыть далекий терпкий запах
Родного очага, дымящего кураем.
Сквозь этот дым,способный ослепить,
Я вижу детство…
Наиболее известным эпическим памятником народов Северного Кавказа являются «Ногайские и кумыкские тексты», собранные и опубликованные преподавателем факультета восточных языков Санкт-Петербургского университета Мухаммедом Османовым еще в конце позапрошлого века. Большая часть книги отведена именно ногай-скому фольклору: пословицам, поговоркам, религиозным песням, песням ногайских казаков и эпическим дестанам (рассказам), преданиям о Шора-батыре, Токтамыш-хане, Аруьв Ахмеде, сыне Айсула, Эеснбулате.
Вместе с тем среди тюркских языков ногайский до сих пор остается малоизученным - письменные источники не стали объектом широких лингвистических исследований. Основные «кусочки» ногай-ского эпоса на арабском и латинице сегодня хранятся в Ленинской библиотеке Москвы, в том числе песни стариков, исполняемые под звуки домбры, собранные в научных экспедициях 60-80-х годов прошлого века.
Серьезно изучать родной ногайский язык Фарида начала в студенческие годы, до этого владела лишь разговорным. Тогда же первый ее научный руководитель, ставропольская поэтесса Раиса Котовская, предупредила: «Без тщательного знания русского на серьезный результат не надейся». Эти слова Фарида вспоминает с особой благодарностью к своему наставнику, а путь в профессии оказался проложен исключительно благодаря упорству и честолюбию.
Увлечение словом, особенно фольклором, было настолько сильным, что не подействовал даже строжайший запрет одной из бабушек, которая всю жизнь на хлеб зарабатывала плакальщицей, причитая на свадьбах и похоронах. Не случайно рецензентами Фариды при приеме в Союз писателей России выступили прославленные переводчики фольклора и классической поэзии Кавказа и Востока Яков Козловский и Наум Гребнев (последнему принадлежит перевод «Журавлей» Расула Гамзатова).  
По мнению ведущих лингвистов страны, Фариде Сидахметовой одной из немногих удалось удачно переложить на русский язык эпическую ногайскую поэму «Эдиге». 
«Переводить ногайский эпос мне не то чтобы доверили, а скорее обязали, -  вспоминает поэтесса. - Ну что могло быть в голове 25-летней девчонки - лирика, романтика, амур... А ведь суровые эпические произведения написаны от лица мужчин-воинов. Риск невероятный, сложно было подбирать слова, сохраняя колорит времени. Но отзывы ученых оказались восторженными, и меня это окрылило».
После «Эдиге» Фарида взялась за перевод эпической поэмы «Суюмбийке» и стихов-толгау (народная форма бессюжетного произведения) классика средневековой ногайской поэзии Шал-Кийиза Тиленши улы, вышедших в свет отдельной книгой «Скажут наши слова» в Дагестанском книжном издательстве.
«Это для собственных стихов требуются полет души и вдохновение, а работа переводчика - поистине каторжный труд, - делится поэтесса. - Современные авторы, которых  часто доводится переводить, могут попросить подкорректировать, уточнить, а у поэта XIV века не спросишь, понравилось ли ему. На переводчике лежит огромная  ответственность: а вдруг искажено слово, рифма, смещены акценты?..»
Другой именитый гость семинара - член Союза художников России, участник многих международных выставок современного искусства Евгений Кузнецов, личность во всех смыслах неординарная и симфоническая.
Не менее знаковая характеристика Евгения Георгиевича - он сын известного художника Георгия Ивановича Кузнецова, одного из первых мастеров на Ставрополье, получивших профессиональное образование в знаменитой Академии живописи, скульптуры и архитектуры имени Репина в Ленинграде. А еще - отец Георгия Кузнецова-младшего, пока студента Краснодарского художественного училища, но уже добившегося немалых успехов и признания в жанре инсталляции и которого, по словам гостя семинара, «родные напрасно отговаривали избрать путь художника».
Сам Евгений Георгиевич относит себя к  посттрадиционалистам, хотя изображения на полотне далеко не всегда имеют прямое сходство с оригиналом, не все картины поддаются расшифровке.
«Иногда отпускаю на волю мысли и чувства - и работаю, полностью отдавшись импровизации, а иногда нахожусь исключительно во власти рационального», - на широком экране художник показал несколько сотен слайдов своих картин - от самых ранних до последних, призывая вместе пройтись по пути тернистого профессионального становления.
И все же, не вдаваясь в хитросплетения направлений, теорий, методов, стилей, можно ли определенно сказать, кто такой Евгений Кузнецов? 
Главная особенность его картин, на мой взгляд, вот в чем: все они погружают в мир, где непременно найдется местечко, полное гармонии и любви.
Но не стоит думать, что это сплошь райские кущи, -  на полотнах есть и борьба, и противостояние, и сомнения, - только без натянутых нервов. Борьба внутренняя, свойственная человеку думающему, переживающему и сопереживающему. 
Космос Кузнецова не в букете взлохмаченных ирисов или сплетении рук, а скорее в куске яшмы - там, где спрессованы километры, века, миры. А внутри них уже вы всегда отыщете цветы, людей, птиц.

 

Олег ПАРФЕНОВ



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий