Поиск на сайте

 

В нашей семье хранятся солдатские треугольники Владимира Сыпина, который ушёл добровольцем на фронт в 18 лет и погиб под Веной

Володиного отца, Александра Петровича, уважали за спокойный и ровный характер, за доброту и безотказность в работе. А нелегкий труд машиниста паровозного депо закалил его характер.

Возвращаясь из рейсов, он любил сходить с сыновьями на рыбалку, которые с радостью несли нехитрый улов матери. Вечером все собирались за столом, хвалили пироги с рыбой, отец брал гитару и пел любимые песни.

Но мирная жизнь была нарушена войной. Начались налеты на железную дорогу, а грузы были срочные и важные, как всегда в военное время. Приходилось маневрировать: то остановить состав, то снова повести его на большой скорости, чтобы вывести из-под обстрела. Вот когда Александру пригодился 27-летний опыт работы на железной дороге.

Но наступило 19 декабря 1941 года, когда он не вернулся домой. Опытная рука машиниста не раз выводила состав из-под обстрела, но в этот раз фашистские стервятники вновь и вновь сыпали на паровоз бомбы и в упор расстреляли кабину машиниста.

На этом карандашном рисунке - Володя Сыпин, школьник предвоенных лет. В 1943-м он 18-летним мальчишкой уйдет на фронт и погибнет через два года, за считанные недели до Победы. Какими они были - мальчики 40-х? Перечитывая солдатские треугольники Володи, мы узнаем о мечтах, которым не суждено было сбыться, о мыслях, с которыми он шел в бой, защищая родину.


Страшное горе обрушилось на семью, мать слегла, а мальчики поклялись отомстить фашистам.

Старший сын Владимир получил аттестат зрелости в 1943 году и сразу ушел добровольцем на фронт. Он простился с матерью, братом Гошкой, с друзьями, с любимой девушкой, постоял у могилы отца, где на обелиске написано: «Погиб при исполнении служебных обязанностей». И стали приходить солдатские треугольники... Вот строки из этих писем:

«10 марта 1944 года. Мамочка! Дела на фронте идут хорошо, самое страшное прошло, так что есть надежда, что твой Володя приедет к тебе в одно прекрасное время...»

«14 марта 1944 года. Мама, пишу, а душа радуется: проклятым немцам приходит конец, скоро настанет то время, когда мы сможем поздравить друг друга с победой и вспомнить, что мы пережили в разлуке... Скажи Гоше, чтобы он тебя слушался. Он писал мне, что тебя расстраивать не будет, посмотрю, как он выполнит свое слово...

Мамочка, спасибо тебе за твою заботу, я это, конечно, не забуду. Останусь жив, тебе обеспечена спокойная старость. Я уже построил примерный план нашей будущей жизни. Продолжить образование, т.е. учиться в институте, наверное, не придется.

Ну ничего, хватит и 10 классов, была бы голова на плечах. Можно завербоваться куда-нибудь, эх, и заживем тогда спокойно! Будет у нас свое хозяйство, будем жить все вместе.

Буду жив, это все будет, я твердо уверен, ты тоже верь и живи этим... Пиши чаще, ведь каждое письмо для меня радость, весь день ходишь, как на пружинах...»

«20 февраля 1945 года. Мама, ты, наверное, уже беспокоишься, так спешу сообщить тебе, что жив и здоров, чего и вам желаю.

Нахожусь я там, где никогда и не думал находиться, а именно за границей. За эти дни я побывал везде помаленьку – и в Бессарабии, и в Румынии, и в Венгрии, и думаю, что поеду в Германию, к немцам «в гости».

«24 марта 1945 года. Как свободная минута, так и пишу вам. Вот и сейчас пишу прямо на ложе своего карабина. Об училище говорить рано, сейчас дойти до Берлина, разгромить фашистскую нечисть – вот наипервейшая задача, а там мне дорога будет везде открыта.

Очень много приходится ходить, так что письма приходится писать ночью. Немец отступает, и очень быстро; не успеваем за ним бежать, он разбит на отдельные группы, и вообще он нам теперь не страшен.

Я нахожусь сейчас при штабе, в охране. Идем по горам, лесам, места очень красивые. Вчера ночью получил от вас письмо, прочитал при свете месяца.

Сейчас, мама, надо закругляться, а то как бы немец не накрыл минометным огнем, кухню разбил, надо окопаться. Мамочка, пиши чаще, привет моим учителям».

Больше писем не было.

Володя погиб под Веной, перед самым концом войны. Вслед за старшим братом ушел на фронт младший брат – Гоша, которому исполнилось 16 лет.

Он тоже воевал, получил медаль «За боевые заслуги», был контужен, лежал в госпитале, а после окончания войны поступил в кавалерийское военное училище.

Когда мать, Мария Михайловна, получила известие о смерти старшего сына Володи, она надолго попала в больницу. Ведь она уже готовилась к встрече сыновей с войны, а вместо этого принесли похоронку.

Младший сын ее, Гоша, как его звали в детстве, а теперь уже Игорь Александрович, окончив училище, приехал в Ставрополь. Мария Михайловна вышла на пенсию, приехала к сыну.

Ухудшалось здоровье матери, но до последних дней она не верила в смерть своего старшего сына Володи, через лупу снова и снова перечитывала письма сына с фронта, где он писал: «Когда кончится война, я приеду к тебе и никогда с тобой не расстанусь, и от себя не отпущу. Жди, я вернусь к тебе».

И она ждала и верила, что ее Володя жив, просто задержался где-то.

 Младший сын ее был для солдат хорошим командиром, делился с ними армейским опытом и знаниями, стал чемпионом округа по конному спорту. После демобилизации он работал слесарем, жестянщиком, и до сих пор на многих зданиях города стоят вентиляционные устройства, сделанные его руками.

После смерти матери письма перешли к младшему сыну, он любил их перечитывать, вспоминал свое детство, семью, рассказывал случаи из фронтовой жизни о том суровом и тяжелом времени...

Теперь эти письма хранятся в нашей семье. Я никогда не видела брата своего мужа, Володю, от него остались только письма, перечитывая которые мы узнаем о яркой и прекрасной судьбе.

Людмила СЫПИНА,
член Союза журналистов
 


Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий