Поиск на сайте

 

 

Квартирных мошенников, лишивших  ставропольца законного наследства, осудили за их преступления. Но другой суд принял решение: квартиру наследникам не отдавать

 

Два года назад за адвокатской помощью ко мне обратился Юрий Пашин, который рассказал о своей беде. Вечером 30 января 2007 года ему позвонила сожительница его брата Сергея и рассказала, что в квартире брата в поселке Демино горит свет, громко звучит радио, но сам владелец на звонки в дверь не открывает, и вообще уже третий день его никто из соседей не видел. 
Юрий с женой немедленно поехали к брату. Вызвали милицию, вскрыли квартиру... и обнаружили труп Сергея. Судмедэкспертиза установила, что он умер от острого отравления смесью алкоголя и опийных наркотиков. Это было очень странно – Сергей хоть и злоупотреблял спиртным, но наркотиками никогда не баловался. Да и на теле его не было обнаружено следов уколов, хотя опиаты можно вводить только внутривенно. 
Стало понятно, что его отравили, подлив морфий в спиртное. А вскоре выяснился и мотив убийства – из его деминской квартиры пропали все документы на двухкомнатную квартиру в центре Ставрополя (на улице Мира), которая досталась Сергею в наследство от бабушки. Пашины пытались добиться возбуждения уголовного дела по убийству, но безрезультатно. Милиционер, составлявший протокол осмотра места происшествия, сделал это через пень колоду. 
Зато милиция возбудила дело по факту мошенничества – оказалось, что за несколько дней до смерти Сергея его квартира на улице Мира была продана некой Светлане Лейфман. Что было очень странно, ведь эта квартира передавалась в семье Пашиных по наследству – от бабушки к матери, от нее – одному из сыновей, в случае смерти Сергея жилье должно было перейти к его брату-близнецу Андрею, живущему в Москве. 
Узнав о гибели брата, тот немедленно вылетел в Ставрополь. Мы обратились к Лейфман с иском об истребовании имущества. Дело приняла к своему производству судья Промышленного райсуда Ольга Загорская. Она наложила на квартиру арест (чтобы ее не могли еще раз продать) и приостановила производство по делу до окончания расследования уголовного дела по факту мошенничества. 
В уголовном процессе Андрей Пашин был признан потерпевшим. Судебное разбирательство шло в Ленинском райсуде под председательством судьи Татьяны Толопиной. Длилось оно долго, поскольку судья досконально разбиралась в запутанной истории продажи квартиры.
Итак, вот как выглядела схема «черных риэлторов». Две предприимчивые барышни Светлана Бойко и Ольга Белоусова промышляли тем, что находили людей, злоупотребляющих спиртным, уговаривали их продать квартиры, а взамен переселяли их в развалюхи в селе и давали немного денег. 
И вот как-то раз встретили они Сергея Пашина, которого знали еще со школы. Отметили встречу, посидели, выпили. Пашин рассказал, что у него есть бабушкина квартира в Ставрополе, которую он сдает внаем, но сейчас квартирантов нет. 
Бойко и Белоусова сразу оживились, почуяв легкую наживу, стали уговаривать Сергея продать ставропольское жилье, тем более что у него уже была другая квартира в Демино. 
Но Пашин отказался наотрез. Тогда барышни уговорили его отдать им ключи от квартиры в Ставрополе под предлогом, что подыщут ему новых квартирантов. А вскоре еще раз наведались к нему домой в Демино и выкрали все документы на квартиру в Ставрополе и паспорт. 
Документы и ключи отдали еще одному участнику преступной цепочки – Григорию Подколзину, который организовывал все сделки с продажами квартир. Тот, в свою очередь, передал их в риэлторскую фирму «Гарант-Сервис». 
Чтобы оформить документы для продажи квартиры, нужны были деньги. Стали искать покупателя на квартиру Пашина, который дал бы задаток. Риэлтор «Гарант-Сервиса» Инна Разводова предложила купить жилье своей знакомой Елене Лейфман по цене значительно ниже рыночной. 
Потом «черные риэлторы» подыскали человека, который мог бы перед нотариусом сыграть роль собственника квартиры. Это был знакомый Подколзина, некий Сергей Пономарев. Его попытались «преобразить», чтобы внешне он хоть немного походил на Пашина. Стали тренироваться с подписью, чтобы была как в украденном паспорте, но подпись никак не выходила. Однако время поджимало, и в итоге мошенники решили, что и так сойдет. 
Потом, в судебном процессе, Пономарев рассказывал вот что. Пришли они с Подколзиным в кабинет нотариуса Елены Гонтарь оформлять доверенность на квартиру. Нотариус никаких вопросов задавать не стала и даже не перепроверила личность Пономарева, как ее обязывал закон. При этом Подколзина называла по-приятельски Гришей, а денег за оформление доверенности не взяла. 
Когда все документы были собраны, Светлана Лейфман поехала в Регистрационную палату, где подписала договор купли-продажи квартиры с Подколзиным, действовавшим по фальшивой доверенности. И уже на следующий день Лейфман-старшая стала «законным» собственником чужого жилья. А через неделю Сергей Пашин внезапно умер при странных обстоятельствах в своей деминской квартирке. 
Вся эта запутанная схема описана в приговоре судьи Толопиной. Организатора преступного сообщества Григория Подколзина она приговорила к семи годам лишения свободы, его подельниц Бойко и Белоусову – к пяти годам, а Сергея Пономарева – к пяти годам условно. 
Однако другая судья, Ольга Загорская, вынесения приговора почему-то ждать не стала. Как только рассмотрение уголовного дела в Ленинском райсуде стало близиться к завершению, она возобновила производство по гражданскому делу об истребовании имущества. 
А между тем вся практика судов говорит об одном: решением суда квартира должна быть истребована у приобретателя, то есть у Лейфман, и ее вправе оформить на себя законный наследник Андрей Пашин. 
Однако решение судьи Загорской привело всех участников дела в шок: Андрею Пашину в иске об истребовании квартиры было отказано, зато удовлетворен встречный иск Лейфман о признании ее добросовестным приобретателем. 
В кассационной жалобе на это решение Юрий Пашин написал: «Фактически суд выступил в роли еще одного мошенника, пособником уже осужденных. Иначе позицию суда расценить нельзя. Приговором Ленинского районного суда Ставрополя от 26 июня 2008 года установлено, что собственник квартиры, расположенной по адресу: Ставрополь, ул. Мира, 429, кв. 13, Пашин Сергей Александрович, никогда не имел намерения квартиру продавать (выделено нами – Авт.) кому бы то ни было... Лейфман не заплатила собственнику квартиры ни одной копейки». 
В жалобе Пашин также напоминал кассационной инстанции нормы Конституции РФ, гарантирующей неприкосновенность частной собственности (ст. 45), права наследования (ст. 35) и право потерпевших на доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (ст. 52). Но краевой суд имел на этот счет другое мнение – определением судебной коллегии по гражданским делам от 13 января 2009 года решение судьи Загорской было оставлено без изменения. 
Случилось так, что, когда было назначено рассмотрение кассационной жалобы, я, адвокат потерпевшей стороны, лежала в больнице после ДТП. Заседание отложили по нашей просьбе на три недели. Когда я, в гипсе по пояс, Юрий Пашин, Лейфман и ее адвокат явились на заседание судебной коллегии, рассмотрение нашей жалобы отложили еще на полмесяца – причем безо всякого объяснения и без ходатайства об этом сторон. 
Спустя неделю Юрий Пашин позвонил мне и сообщил, что подхватил грипп и не может пойти в суд. Я посоветовала отправить телеграмму с просьбой отложить заседание еще на две недели. 
Однако в этот раз, имея на руках ходатайство, краевой суд провел заседание, причем ни меня, ни братьев Пашиных об этом даже не уведомили. 
Мы немедленно подали надзорную жалобу, на которую получили определение судьи краевого суда Шаталовой: дескать, право подать иск и истребовать имущество есть только у Сергея Пашина (умершего от отравления), а его наследник таким правом не обладает. 
Тогда мы подали в Промышленный райсуд новый иск – о признании сделки недействительной. Хоть Лейфман и заключила договор с мошенником Подколзиным и отдала ему деньги, это не влечет прекращение права собственности у Сергея Пашина. Ведь только законный собственник может распоряжаться квартирой, и он ею распорядился на случай своей смерти – написал завещание в пользу брата.
Но наши доводы судья Журавлева во внимание не приняла и в иске нам отказала. Таким образом суд окончательно лишил Пашиных их семейного наследства. Мы со дня на день ожидаем мотивированного решения, которое, безусловно, будем обжаловать во всех инстанциях.
Пашины полагают, что судебные решения в пользу Лейфман были обеспечены мощной поддержкой тех, кто проходил по этому уголовному делу лишь свидетелями. Это нотариус Елена Гонтарь, дочь покупательницы Елена Лейфман, риэлторы «Гарант-сервиса». Ведь без их участия Подколзин не смог бы продать квартиру, а Светлана Лейфман – купить ее. 
В благодарность за то, что они так и остались свидетелями, не перейдя в разряд обвиняемых, они сделали Лейфман-старшую полноправным собственником чужой квартиры. 
Пока что перед законом эти «свидетели» «чисты». Но только до тех пор, пока никто не копнул эту историю глубже. Вот лишь некоторые факты для размышления. В судебном заседании на вопрос, откуда она знает подсудимого Подколзина, нотариус Гонтарь ответила, что раньше работала в Регистрационной палате и он частенько наведывался туда для оформления сделок. Судьи Загорская и Журавлева тоже работали до назначения на судейскую должность одна в нотариате, а другая в Регистрационной палате. 
Вот после этого и думайте сами, уважаемые читатели, почему суд стал последним звеном в длинной цепочке по лишению Пашиных их собственности.

 

Ирина СКОРИКОВА,
адвокат



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий