Поиск на сайте

 

За две тысячи рублей руководство буденновского предприятия потребовало от своего работника скрыть производственную травму

 

В предыдущем номере «Открытая» («Прикрылся «кураторами», №22, от 6 июня с.г.) опубликовала письмо жительницы Буденновского района Светланы Пономаревой, рассказавшей о несправедливом, в высшей степени циничном разбирательстве причин смерти ее сына Александра на предприятии «Юг-Продукт» различными структурами, в чьи обязанности входит рассмотрение несчастных случаев на производстве.

Проверяющие, пишет Светлана, пришли к выводу, что причина гибели сына в том, что он работал в отсутствие старшего смены, не поставил об этом в известность руководство предприятия, а мельницу пытался починить, не имея на то никаких прав. Только вот свидетели говорят о другом, а потому, убеждена автор письма, комиссия, расследовавшая смерть ее сына, пыталась вывернуть наизнанку истинные обстоятельства трагедии, обвинив в причинах смерти самого погибшего.

Но, как оказалось, на том трагическом случае точку в производственной анархии на «Юг-Продукте» ставить рано.

Еще предыдущий номер не вышел в печать, как в редакцию обратились сразу двое бывших сотрудников «Юг-Продукта». Вот что рассказала нам одна из них - Ирина Узунова, проработавшая на предприятии до 25 апреля этого года:

- В августе прошлого года во время работы мне упал на ногу упаковочный рулон целлофана. Боль была невыносимая. Первым делом я хотела вызвать «скорую», но тут вспомнила, что в таком случае меня полностью лишат премии за месяц, а это приличная сумма – две трети от зарплаты.

Превозмогая боль, пришлось отработать свою смену, два дня по 12 часов, и только потом на выходных пошла в больницу. Оказалось, что у меня сломан палец. Уйти на «больничный» отказалась - уволили бы без разговоров, а мне семью кормить надо. Пришлось врачу сказать, что травму получила не на производстве, а дома.

С загипсованной ногой вышла на работу, но тут у меня подскочила температура, в ноге появилась острая боль, и я опять направилась к врачу. На этот раз уже честно призналась, что палец сломала на рабочем месте. О том прознали на предприятии. Однако в отделе кадров от меня потребовали написать заявление о том, что обращаться в правоохранительные органы по поводу травмы я не буду. А посоветовал это сделать государственный инспектор по охране труда в крае (имя его нам известно), с которым сотрудница отдела кадров консультировалась по телефону в моем присутствии.

Но история Ирины на этом не закончились. В феврале этого года по инициативе руководства число рабочих в смене сократили с пяти до трех человек. Бегать приходилось как заводным, все в мыле, к концу дня свои движения контролировать едва удавалось. Так в один из дней рабочий, выбивающий из печи противень с баранками, нечаянно ударил им Ирину по голове. Женщина потеряла сознание. Никто из начальства врача не вызвал. Придя в себя, Ирина позвонила своей маме с просьбой приехать за ней на работу (о вызове «скорой», понятно, не могло быть и речи, премиальных лишили бы точно). На такси мама отвезла Ирину в поликлинику.

Но каково было ее удивление, когда перед кабинетом врача она увидела исполнительного директора предприятия Л. Кайванову, а с ней родственников гендиректора А. Габриеляна – его брата Арама и племянника Сергея. Кайванова с ходу принялась уговаривать маму (сама Ирина после травмы чувствовала себя отвратительно) повлиять на дочь с тем, чтобы случившееся обернуть бытовой травмой, или ее дочь потеряет место на предприятии. В общем, Ирина «сломалась» и сказала врачу, что упала дома с лестницы. За «правильное поведение» Сергей дал пострадавшей две тысячи рублей и пообещал, что если она будет держать язык за зубами, то есть придерживаться бытовой версии, получит еще денег.

В один из дней, еще не выписавшись из больницы, Ирина пошла на предприятие за зарплатой, но Л. Кайванова, в присутствии гендиректора А. Габриеляна, без объяснения причин потребовала, чтобы та немедленно уволилась. И тогда Ирина выложила врачу всё начистоту: «Да никакая это не бытовая травма, на производстве меня ударили!» Что после этого началось! Исполнительный директор Кайванова, возмущаясь несговорчивостью Ирины, стала попрекать ее полученными деньгами за молчание об истинных обстоятельствах случившегося.

На «больничном» непокорная Ирина пробыла два месяца, а после того как вышла на работу, попросила у начальства отпустить ее в отпуск, чтобы пройти назначенные врачом процедуры. Однако на производстве ей недвусмысленно пояснили: мол, об отпуске и не мечтай, в лучшем случае получишь денежную компенсацию. Ничего не оставалось как, выражаясь армейским языком, уйти в «самоволку» - после травмы требовалось срочное лечение, да и родные настояли не затягивать с восстановлением здоровья.

Но Габриелян и Кайванова словно того и ждали, и тут же ее уволили. А когда она получила трудовую книжку, то не поверила своим глазам: уволили ее дважды, 25 и 28 апреля, что подтверждают соответствующие записи со ссылкой на приказы. Более того, увольнение пришлось на нерабочие для Ирины дни. А зарплату так и не выплатили. Ирина полагает, что ее, по-видимому, таким образом «оштрафовали», так как это единственный способ вернуть те две тысячи рублей, которыми хотели откупиться.

Другую историю нам рассказал бывший работник «Юг-Продукта» Иван Хлопянов. Зимой прошлого года в кассе предприятия он получил зарплату, после чего, радостный, отправился в магазин, неподалеку от рынка в микрорайоне «Западный» Буденновска. Рассчитываясь с продавцом, Хлопянов дал ему тысячерублевую купюру, которую только что получил в заводской кассе. И тут радость его сменилась огорчением: продавец, проверив купюру, заявила, что банкнота фальшивая и тут же вызвала милицию.

Прибывшие на место стражи порядка строго допросили Хлопянова, забрали деньги с собой и уехали, оставив его в полной растерянности и с похудевшим кошельком. В кассе родного предприятия Хлопянову, понятно, сказали, что фальшивками зарплату не выдают. А милиция с тех пор, как изъяла деньги, потеряла к Хлопянову всякий интерес - из местного ГРОВД ни ответа ни привета. Денег ему, скорее всего, не видать.

Кстати, в Буденновском ГРОВД по этому поводу, похоже, не проводили никакой проверки. Иначе милиция должна была соблюсти обязательный в таких случаях «ритуал»: провести обыск в кассе «Юг-Продукта». Этого не было. Почему? Не хотели беспокоить важную персону - Габриеляна? А, может, деньги вовсе и не фальшивые? Так кто все-таки тормозит расследование далеко неординарных происшествий на предприятии?

Стоит напомнить, что в опубликованном в прошлом номере письме Светланы Пономаревой та привела слова Габриеляна: ничего, мол, я не боюсь, так как в Ставрополе меня «курируют» серьезные люди и, в крайнем случае, отделаюсь-де штрафом. А потому вновь задаемся вопросом: что ж это за «кураторы» и почему они обеспечивают правовую неприкасаемость Габриеляна, на предприятии которого грубейшим образом нарушается законодательство, и не только трудовое? И не пора ли правоохранительным органам, прокуратуре, инспекции по труду разобраться в ситуации и принять меры по каждому из рассказанных на страницах газеты происшествий?

Обе публикации в «Открытой» о производственном беспределе на ООО «Юг-Продукт» («Прикрылся «кураторами», №22, от 6 июня с.г. и «Покупали… молчание», №23 от 13 июня с.г.) редакция направляет министру труда и социальной защиты населения края Николаю Пальцеву. О результатах министерской проверки мы обязательно проинформируем читателей.

 

Галина ПЕРКУН



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий