Поиск на сайте

 

Совсем не рождественская история о том, как «проклятые деньги» рушат даже кровные узы

В свои шестьдесят восемь лет Александр Измайлов успел много чего повидать и пережить и не считал себя наивным и романтичным мечтателем. И тем не менее, были прочные ценности, в которые он верил – семья, отец, мать, родные, близкие, которые всегда тебя поддержат и перед которыми ты всегда должен быть честным и ответственным, на этих ценностях держался его мир и это помогало ему идти по жизни.

Все это, казавшееся прочным и незыблемым, вдруг зашаталось, когда он узнал, что его мама Любовь Алексеевна Измайлова умерла несколько дней назад и даже похоронена, а он ничего об этом не знает.

89-летняя Любовь Алексеевна скончалась 13 июня этого года и вскорости перед Александром Анатольевичем закружился хоровод открывающихся ему вещей, как бы уродливых обломков того прочного мира, в котором он жил до этого.

Он узнал, что 20 июня Таисия Алексеевна Бойко, сестра матери Измайлова, его родная тетя, получила на руки документы… на право владения домом покойной Любови Алексеевны.

Между тем, у ушедшей из жизни, как мы уже знаем, был сын. Он прожил в этом доме без малого 60 лет. Дом своими руками построил его отец в далеком 1959 году, а он, тогда второклассник, по мере силенок помогал отцу: «Помню, как мы намазывали мелом шнур, натягивали его на колышках и били упругой бечевой по земле, чтобы провести четкую линию для разметки будущего фундамента».

Отец умер в 1996 году. Александр Анатольевич - законный наследник, который по чьей-то злой воле вдруг оказался лишним.

О смерти матери он узнал от посторонних людей, а не от своей тети Таисии Алексеевны, которая проводила похороны. Самая близкая его родственница, которую он помнит с детства. Она постоянно бывала в их доме и в последнее время приглядывала за мамой.

Испокон века считалось святой человеческой обязанностью известить всех близких покойного, чтобы они могли проводить в последний путь - кто отца, кто мать, кто брата. Это нравственная аксиома.

А тут такое…

Когда Александр Анатольевич примчался из Москвы в Ставрополь и позвонил тете, она в ответ на его просьбу показать, где похоронена мама Любовь Алексеевна, бросила телефонную трубку. Вела она себя странно и явно нервничала.

***

Другой удар Измайлов испытал,  когда узнал, что незадолго до своей кончины - 1 июня 2018 года - Любовь Алексеевна якобы подписала договор о пожизненном содержании с этой самой тетей Таисией Алексеевной Бойко.

Договор этот - такая форма отношений, когда кто-то ухаживает за престарелым человеком, обеспечивает его продуктами и всем необходимым, а после его смерти становится собственником его имущества.

- Зачем? Какая необходимость? Она ни в чем не нуждалась, я обеспечивал ее всем. И почему это случилось так стремительно и, главное, втайне от меня? Во время нашего последнего разговора по телефону она ни словом не обмолвилась о том, что такие мысли бродят у нее в голове.

После того, как умер отец, Измайлов сказал: «Мама, теперь ты будешь на полном моем обеспечении..» И денег не жалел. Любовь Алексеевна иногда даже не знала, что с ними делать и откладывала на банковский счет. Только сертификатов Сбербанка на предъявителя, по словам Александра Анатольевича, приобрела на миллион рублей.

В 2012 году Любовь Алексеевна заверила у нотариуса завещание, в котором завещала и дом, и все свое имущество сыну. Но Измайлова мучит не то, что у него, по сути, уводят родительский дом, а то, что мама в принципе могла так поступить.

По воспоминаниям знакомых, Любовь Алексеевна гордилась своим сыном, который окончил среднюю школу с золотой медалью, а потом получил «красный» диплом Московского государственного университета и добровольно пошел служить в воздушно-десантные войска.

В девяностые годы он занялся бизнесом, был энергичен, смел, инициативен, несколько раз подвергался нападению бандитов, выдержал все испытания и стал успешным предпринимателем.

Одно огорчало Любовь Алексеевну: пошатнувшееся здоровье сына. Постоянное нервное напряжение дало о себе знать: в 2004 году он перенес инсульт. Выкарабкался, вернулся в бизнес.

Второй удар настиг его в конце 2012 года. Последствия оказались более тяжелыми. Врачи назначили ему вторую группу инвалидности. Он отошел от дел. Три года назад обстоятельства вынудили его переехать в Москву. Он очень хотел перевезти в столицу маму. «Куплю тебе квартиру, все будет хорошо…»

Но она отказалась. «Саша, куда мне? Здесь родня, соседи. Здесь тихо, воздух чистый, не то, что в Москве. И ты ведь не на Луне: если что – раз, и прилетел…» Он часто приезжал, звонил, помогал деньгами.

***

Ничего удивительного в том, что, когда Измайлов узнал, что мама подписала такой важный документ, не только не посоветовавшись с ним, но и втайне от него, он был в шоке. Он ни на секунду не мог поверить, что мама могла подписать этот договор. И вступил в борьбу с теми, кто создал эту ситуацию. Не за дом начал борьбу, а за память о доброй, любящей матери.

Клубок начал медленно распутываться.

После настойчивых усилий ставропольского адвоката Татьяны Удаловой Измайлову удалось познакомиться с текстом договора.

Тут-то и обнаружилось, что сама Любовь Алексеевна, как он и предполагал, никакой договор не подписывала. Вместо нее составленный нотариусом Соболевой трудночитаемый текст подписал некий гражданин Казюра, который выступил как рукоприкладчик.

Законом допускается такой способ удостоверения чьей-то воли, если человек дееспособен, но по каким-то причинам не может держать ручку в руках.

Но в нашем случае нужды в подобной услуге не было. Как выяснилось, 9 июня этого года, через неделю после якобы подписания договора, Любовь Алексеевна получила свою пенсию у почтальона и собственноручно расписалась в ведомости.

Это ключевой момент во всей этой истории. Любовь Алексеевна вполне справлялась с шариковой ручкой и никакой необходимости в услугах неведомого гражданина Казюры не было.

Такая необходимость могла возникнуть только в одном случае: если Любовь Алексеевна не собиралась подписывать подобный документ, ничего о нем не знала и все это было сделано от ее имени и без ее ведома.

Но это уже другая история и она требует особого разговора.

С этого момента мы вступаем на зыбкую почву пусть и обоснованных, но пока что предположений и умозаключений.

Сам Измайлов убежден, что никакого договора его мама не подписывала и ничего о нем не знала и в глаза не видела этого самого Казюру. Документ, по его мнению, был состряпан в другом месте, а хлопоты, связанные с появлением этого документа, подпадают под соответствующую статью Уголовного кодекса.

Так это или нет, покажет дальнейшее расследование. Как известно, Александр Анатольевич еще в июле обращался в правоохранительные органы с просьбой возбудить уголовное дело о мошенничестве.

Ему отказали, как это нередко у нас бывает, без изучения вопроса, без опроса свидетелей. Видимо, посчитали жалобу основанной на предположениях и догадках. Но в связи с новыми открывшимися фактами возникает совершенно другая ситуация.

Опираясь на уже имеющиеся факты, есть основания предполагать, что было совершено покушение на присвоение чужой собственности,  выведенного с помощью составления фиктивного договора о пожизненном содержании домовладения из подлежащей наследованию массы.

***

Можно предполагать, что мошенники нашли новый способ изъятия частной собственности у граждан, особенно пожилого возраста, и при этом лишать законных наследников возможности защитить свои права.

Договор о пожизненном содержании, как ни прискорбно, предоставляет циничным хитроумцам уникальную возможность отменять все предыдущие решения гражданина, попавшего в их руки.

У ставропольских правоохранителей есть отличная возможность внести свой вклад в разрушение этой схемы.

Именно следователи в рамках уголовного дела должны, например, выяснить, кто он такой этот «гражданин Казюра»? Как он познакомился с Любовью Алексеевной? Кто привел его к постели тяжелобольной женщины?

Вряд ли сам Казюра с большой охотой ответит на эти и другие вопросы. Если ему есть что скрывать, сомнительно, что он согласится отвечать под присягой на эти вопросы в рамках гражданского суда. Кстати, его даже найти до сих пор не удалось. Полную ясность могут внести лишь следственные действия в рамках уголовного дела.

Подобные вопросы, касающиеся деталей «подписания договора» должны быть заданы и адвокату Соболевой, и Измайловой Таисии Алексеевне.

А теперь взглянем на историю с другой стороны.  По договору тетя Измайлова  обязалась  ежемесячно выплачивать его маме сумму,  равную  двум прожиточным  минимумам в Ставропольском крае, как говорится, на содержание. На сегодня это  около  четырнадцати тысяч рублей.

Последняя пенсия, которую получила Любовь Алексеевна, составляла 25 тысяч рублей и вдвое превышала пенсию ее 83-летней  младшей сестры. То есть это еще вопрос, кого кому предстояло содержать.

Кроме того, Таисия Алексеевна уже успела сдать в аренду пока что еще спорное домовладение (в Ставрополе квартиранты за такой дом платят от пятнадцати  до тридцати и больше тысяч рублей в месяц).

Семейная история, приобретшая с подозрительным участием нотариуса благообразные очертания акта сострадания и помощи  пожилому человеку, очень  напоминает банальную корыстно-финансовую  операцию.

Я верю, что истина восторжествует. В конце концов, это основная задача государства.

Виктор ГОРДЕЕВ
Ставрополь
 


Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий