Поиск на сайте

 

 

Участие советских граждан в движении Сопротивления стран Восточной Европы до сих пор является недостаточно изученной страницей Второй мировой войны.

 

Между тем вдали от родины сражались десятки тысяч наших соотечественников, в том числе те, чья жизнь и судьба были тесно связаны со Ставропольем

Историю Сопротивления писали советские люди

Название Resistance («Сопротивление») патриотическому движению во Франции дано было русскими эмигрантами Борисом Вильде и Андреем Левицким, научными сотрудниками Музея Человека. Они организовали типографию, которая в конце 1940 года выпустила первый номер листовки «Сопротивляться!».

В конце 1941-го Вильде и Левицкий были арестованы и вскоре расстреляны у стены форта Мон-Валерьен.

С нацистами на оккупированной территории Франции сражались тысячи советских солдат и офицеров, а также русских эмигрантов. К весне 1944 года во Франции действовало 35 партизанских отрядов («Чапаев», «Котовский», «Родина», «Донбасс», «Севастополь», «Свобода», «Деде», «Катрин» и другие), состоявших в основном из бывших советских военнопленных, которым удалось бежать из концлагерей.

Еще больше действовало смешанных соединений, куда кроме французов входили граждане десятков других стран. Первоначально такие партизаны, «маки» (от мaquis - «колючий кустарник»), состояли из тех, кто бежал в горы, чтобы избежать отправки на принудительные работы в Германию. Чтобы отличаться от других и в то же время не вызывать подозрений властей, маки носили баскские береты.

Это были небольшие разрозненные группы, плохо вооруженные. Но вскоре маки стали более организованными, а к их первоначальной цели сохранить собственную свободу добавилось активное участие в борьбе с нацизмом. Значительная часть маки подчинялась организации «Французские франтиреры и партизаны», созданной коммунистами.

Большинство партизан действовало в горных районах Бретани и южной Франции, особенно в Альпах и Лимузене, применяя партизанскую тактику в борьбе против милиции коллаборационистского вишистского режима и германских оккупационных войск, а также помогая бежать и укрываться заключенным концлагерей.

В конце 1943 года на территории Франции числилось более пятидесяти трудовых и концентрационных нацистских лагерей, в которых насчитывалось 60-70 тысяч граждан СССР. Треть из них составляли военнопленные солдаты и офицеры Красной армии, остальные - угнанные на работу через «биржи труда» с оккупированных территорий.

Своих товарищей по оружию - советских партизан, воевавших на территории Франции, маки называли макизарами. По воспоминаниям ветеранов Сопротивления, при проведении операций в интернациональных отрядах русским, как французы называли всех советских граждан,  необходимы были лишь распоряжения, касающиеся общей согласованности действий. Большинство их были военными, владели оружием и ориентировались в боевой обстановке, в каком-либо обучении или инструкциях не нуждались.

«Нельзя написать историю освобождения Франции от гитлеровских орд, не рассказав про советских людей, которые рядом с французами участвовали в этой борьбе. Они послужили примером и на многое открыли глаза французским участникам Сопротивления», - писал Гастон Лярош, в недавнем прошлом уполномоченный Национального фронта по руководству борьбой советских партизан во Франции.

Повторил подвиг Александра Матросова

В день 60-летия освобождения французского города Лангон именем Степана Коцура, уроженца станицы Отрадной, на границе Кубани и Ставрополья, была названа площадь между проспектами президента Сади Карно и генерала Леклерка.

На мемориальной доске были высечены слова: «Place Stehpan Kozour, tombe heroiquement pour Liberation de Langon, 24 aout 1944». (Площадь Степана Коцура, героически павшего при освобождении Лангона 24 августа 1944 года.)

Представлять Россию на торжественной церемонии президент поручил председателю Межрегиональной ассоциации русских ветеранов французского Сопротивления «Комбаттан волонтер» Олегу Николаевичу Озерову, бывшему командиру отряда Сопротивления «Maquis de Lorette» («Маки де Лорет»), в котором воевал Степан Коцур.

Военный оркестр исполнил гимны России и Франции и «Песню французских партизан», достигшую такой популярности, что по окончании войны ее предлагали даже сделать национальным гимном страны. Слова песни были написаны бывшей подданной Российской империи Анной Марли, урожденной  Бетулинской.

В военных действиях Степан Коцур участвовал с 22 июня 1941 года. При выходе из окружения в районе городка Умань попал в плен и был отправлен в Германию. В 1943-м его вывезли во Францию, в Бордо.

Незадолго до этого немцы стали массово свозить на территорию Франции советских военнопленных и гражданских лиц. Использовали их на каторжных работах в шахтах и на строительстве военных объектов Атлантического вала - системы долговременных и полевых укреплений вдоль европейского побережья Атлантики, от Норвегии и Дании до границы с Испанией. В районе Бордо находилось более трехсот советских военнопленных, которые строили немецкую базу по ремонту подводных лодок. Здесь Степан Коцур участвовал в диверсионной деятельности советской подпольной группы.

В марте 1944-го при помощи французских коммунистов в числе других пленных совершил побег, десять дней скрывался в болотах, добрался до окрестностей города Сен-Вивьев-де-Монсегюр, попав в партизанский отряд «Маки де Лорет».

«В августе наш отряд вел бои за Лангон, который занимала дивизия СС «Рейх», - вспоминал Олег Озеров. - Гитлеровцы хотели прорваться к Бордо, чтобы выйти к морскому порту, но мы не пускали их.

Во время ожесточенного боя в районе вокзала Степан получил приказ подавить немецкий пулемет, который своим огнем не давал партизанам подняться в атаку.

Степан стал пробираться к цели ползком, короткими перебежками. Подобравшись достаточно близко, он бросил гранату, и пулемет замолчал.

Партизаны поднялись в атаку, но тут пулемет неожиданно снова заработал. Тогда Коцур открыл огонь из автомата, а когда кончились патроны, бросился на пулемет и закрыл его собой».

Отряд продолжил наступление, выбив немцев у железнодорожного вокзала Лангона. Тело Степана Коцура подобрали местные жители. Лишь несколько дней спустя, когда бои временно стихли, партизаны вернулись в Лангон, чтобы похоронить боевого товарища.

Прощание прошло со всеми воинскими почестями. Гроб накрыли трехцветным французским флагом, на флагштоках стояли французские и советские боевые знамена, партизаны отсалютовали троекратным залпом.

В мае 2005 года на парижском кладбище Пер-Лашез в Париже был открыт памятник советским макизарам - отлитая в бронзе фигура участника Сопротивления в человеческий рост.

«Всех нас в те военные годы объединяла ненависть к фашизму и любовь к Родине», - сказал на открытии памятника Олег Озеров.

Советских партизан по городу несли на руках

В краеведческом музее в Ставрополе хранится фотоснимок военного времени, на котором запечатлен момент освобождения французского города Альби в августе 1944 года.  На переднем плане отчетливо виден человек в форме капитана французских партизан - во френче, перепоясанном портупеей, и берете с пятиконечной звездой.

Это командир батальона первого интернационального партизанского полка на юге Франции ставрополец Борис Захарович Коронный, которому в тот момент было всего 25. Его членский билет организации «маки» - за №00010.

За мужество и отвагу в боях с гитлеровцами Коронный был награжден высшим французским военным орденом «Военный крест с мечами и бронзовой звездой», двумя медалями «Отличник партизанской войны» и «За боевые заслуги».

Выпускник факультета русского языка и литературы Ставропольского педагогического института Борис Коронный на фронт попал с первых дней войны. Служил в 947-м армейском батальоне связи 10-й армии. В боях под Минском был тяжело ранен, оказался в плену. Сначала находился в лагере в Польше, откуда его вывезли в Эльзас-Лотарингию, неподалеку от французского города Бич.

Во время одной из бомбежек Коронный со своим товарищем Дмитрием Вербицким (позднее командир роты советских партизан) бросились к железнодорожному составу с углем. Этот поезд привез их на юг Франции. В тот же день местный крестьянин Жан вывел беглецов к партизанам.

После освобождения Альби, в котором Коронный командовал ротой, город становится штабом Сопротивления юга Франции. Здесь создается первый партизанский советский полк. Из лучших его бойцов формируется штурмовой батальон, командовать которым поручено было Борису Коронному.

Героическая борьба советского народа вызывала восхищение всего мира. Коронный рассказывал, как в День Победы в Ангулеме (департамент Шаренте) советских партизан, воевавших в рядах французского Сопротивления, поднимали на руки и несли по городу.

«Я не вмешиваюсь в политику, но скажите, месье Борис, почему мир сошел с ума? - много лет спустя после войны Борис Захарович передавал слова мадам Джульетты Карьере, у которой в Альби находился на постое. - Почему люди не наденут на маньяков смирительные рубашки? До каких пор будут бойни между людьми? Вы русский, и вы мне нравитесь, мне незачем это скрывать. А ведь о вас, русских, я бог знает чего наслышалась.

По-моему, люди везде одинаковы, созданы для труда, а не для того, чтобы стрелять друг в друга. Я правильно рассуждаю, месье Борис?»

После войны Борис Захарович вернулся в родной Ставрополь, но вскоре оказался под колпаком местного МГБ, отправившего героя в лагерь, где он провел два года. В конце 1940-х Сталина навестил лидер французских коммунистов Морис Торез, пожелавший встречи с Борисом Коронным, на что вождь ответил согласием.

Бориса Захаровича нашли быстро, отмыли от лагерной грязи, приодели, снабдили документами, дали денег и спецрейсом доставили в Москву. Таким и предстал Коронный перед Торезом. Все бы ничего, только лагерная стрижка выдавала место недавнего пребывания героя Франции. Торез обо всем догадался, но виду не подал.

Герой дожил до того времени, когда ему позволили выехать во Францию на встречу с боевыми товарищами.

«Ваши солдаты отдали жизнь за нашу свободу»

В Праге на мемориальной доске начертаны слова благодарности: «Наследница мая баррикадная Прага устремлена в вечность, во имя ее павшие, павшие в концлагерях, павшие на виселицах, расставят дозор для охраны будущего».

Эти слова посвящены и нашему земляку, уроженцу села Бешпагир Грачевского района, разведчику и партизану Александру Машкову, известному в Чехии под именем Саши Богданова.

Судьба Саши во многом похожа на судьбы сотен тысяч его ровесников. Вырос в селе, помогал родителям в тяжелом крестьянском труде. После окончания семилетки поступил в Пятигорский педагогический техникум.

В 1940 году был призван в ряды Красной армии. Служил на украинской границе с Польшей. С первых дней войны участвовал в боях в составе 201-го отдельного пулеметного батальона.

Часть, в которой служил Александр, оказалась в окружении, а сам он в плену. Трижды Машков пытался бежать из немецкого лагеря для военнопленных, и лишь четвертая попытка увенчалась успехом. На оккупированной территории Украины попал в партизанский отряд легендарного Дмитрия Николаевича Медведева, в составе которого воевал до середины 1944 года. Все члены отряда в целях конспирации меняли имена. Так Саша из Машкова стал Богдановым.

Участвовал во многих операциях отряда, пока Ровненская область не была освобождена от оккупантов. Отряд Медведева расформировали, и Александр вернулся в действующую армию.

В начале 1945 года разведывательный отдел первого Украинского фронта сформировал группу для действия в тылу противника на территории Чехословакии под командованием Б.П. Харитонова, в которую вошли люди, имевшие большой опыт партизанской борьбы. В составе группы Александр был высажен в тыл противника в районе города Ческа Тржебова.

Десанту предстояло помочь местным подпольщикам произвести разведку по организации и численности войск противника, а также уничтожить склады боеприпасов и горючего. Уже скоро группа имела на счету ряд успешных боевых операций - пущенные под откос поезда, взорванные мосты, освобождение узников.

В конце апреля разведчики вместе с чешскими подпольщиками подготовили дерзкую по замыслу операцию - решили захватить на аэродроме в Хоцене самолет и доставить на Большую землю важную информацию, которую нельзя было передать по рации.

На операцию вышли  в ночь на 1 мая, группу вел Богданов. Разведчики бесшумно сняли часовых, но как ни старались быть осторожными, их заметили.

Поняв, что взлететь невозможно, Богданов приказал уничтожить подготовленный самолет и как старший группы остался прикрывать отход товарищей. Автоматная очередь пронзила его грудь, и каждое ранение было смертельным.

Друзья похоронили Сашу в лесу у селения Срубы, неподалеку от города Хоцень. На его могиле сооружен памятник с надписью: «Русскому лейтенанту - партизану Саше Богданову». За мужество, проявленное в боях, Александр был награжден орденом «Чехословацкий партизан».

Настоящее имя Богданова удалось установить только спустя пятнадцать лет после войны. Тогда же о смерти сына узнали его родители. Посетили Чехословакию, нашли там новых друзей, с которыми завязалась переписка.

«Я сам испытал ужасы фашистских застенков, сражался с захватчиками, - писал Антонин Бекеш из города Хоцень. - У меня три сына: Владимир, Олгда и Милош. Я воспитываю их патриотами нашей родины и вашей страны. Рассказываю о минувшей борьбе с фашизмом, о Советской армии, дорогом нам Александре».

Вот строки из письма Марии Бартгельдовой, жительницы города Пардубице:

«Много могил советских людей рассеяно по нашей земле. Ваши солдаты и командиры отдали свою жизнь за нашу свободу.

Наша самая дорогая любовь и глубокое уважение - к погибшим за наше счастье, их родным, ко всем гражданам советской страны. Неразрывна священная дружба народов Советского Союза  и Чехословакии, она скреплена кровью сынов и дочерей, отцов и матерей».

Чешские партизаны принимают присягу на могиле Александра Богданова (Машкова) в с. Срубы.

Маршала Тито спасли наши лётчики

Советские граждане составляли вторую по численности после итальянцев группу иностранных бойцов Народно-освободительной армии Югославии - свыше шести тысяч человек.

В партизанских формированиях Югославии советские люди появились в конце 1942 года. Это были солдаты и офицеры Красной армии - военнопленные, которые бежали к партизанам. Позднее в партизанских отрядах появились гражданские лица, насильно депортированные с территории Советского Союза. Они бежали к партизанам из мест принудительного труда на оккупированной территории Югославии, Австрии, Греции, Албании, Италии.

«Русские роты» действовали в полном соответствии с приказами югославского командования: штурмовали города и вражеские опорные пункты, устраивали засады на дорогах, нападали на транспортные колонны, уничтожали мосты и эшелоны.

Осталось множество свидетельств о мужестве бойцов советских подразделений. Так, согласно отчету штаба 9-го словенского корпуса, 2-й «русский батальон» Базовицкой бригады трижды спасал весь корпус в сложных ситуациях. Штаб 6-го славонского корпуса отметил наградами всю «русскую роту», которая своими контратаками способствовала выходу из окружения подразделений Осиекской бригады, попавшей в засаду.

За свободу Югославии сражался и наш земляк Анатолий Алексеевич Болотов, родом из Пятигорска, командир «русской роты» 8-й ударной украинской бригады.

В 1943 году лейтенант Болотов попал в плен и был отправлен в Югославию. К партизанам бежал из Бродского лагеря. В бою за Клашницу 15 сентября 1944 года был тяжело ранен, лишился ноги.

Югославский народ не забыл подвигов советского офицера. В 1945 году в торжественной обстановке маршал Иосип Броз Тито вручил Анатолию Болотову четыре ордена: два «За храбрость» и два «Партизанская Звезда» III степени. Спустя двадцать лет Болотов получил еще два ордена, которыми был удостоен в годы войны, - «За храбрость» и орден Югославии «За заслуги перед народом».

Такого числа высших боевых наград союзной армии  не имел никто из иностранных офицеров.

Бориса Калинкина война застала в должности командира звена пятигорского авиаотряда. На его счету сотни вылетов на перевалы Марухский, Клухорский, Аданге, куда он доставлял боеприпасы, медикаменты, продукты, а потом забирал раненых. Позднее Калинкин поддерживал обеспечение партизан Крыма.

Весной 1944 года советский транспортный самолет взлетел с одного из южных аэродромов в Италии, взяв курс на Югославию. Верховный штаб народно-освободительной армии во главе с Иосипом Броз Тито оказался в тяжелейшем положении.

В городе Дрвар, где размещалось командование армии, был высажен немецкий воздушный десант с целью захвата или убийства Тито (операция «Ход конем»). Операция провалилась, но немецкое командование не отказалось от идеи ликвидировать Верховный штаб.

Экипажу предстояло вывезти его в безопасное место, на остров Вис в Адриатическом море. За штурвалом находился гвардии майор Александр Шорников, место второго пилота занял пятигорчанин капитан Борис Калинкин, штурман Павел Якимов.

«Во время полета нас тревожила одна мысль - сумеем ли мы точно определить эту маленькую посадочную площадку, затерянную среди гор, - вспоминал Борис Тихонович Калинкин. - Мы знали сигналы, которые нам должны были подать с земли, но все же десятки раз проверяли, правильно ли ведем самолет по курсу, до боли в глазах всматривались в темноту, чтобы увидеть сигналы.

Вот показался свет от костра. Да, именно здесь, за этим обрывом, небольшая площадка, которую мы ищем. Пожалуй, ни один самолет нашего типа не садился в таких сложных условиях… Нам нужно было спланировать над горой и остановить машину там, где разложили последний костер, ни на метр дальше».

Эвакуация штаба потребовала двух рейсов. Чтобы сбить противника с толку, постоянно приходилось менять курс, маневрировать, уходя от разрывов зенитных снарядов, но задание было выполнено.

Маршал Тито лично поблагодарил экипаж за мужество и отвагу, поздравив с присвоением всем троим высшего звания - Народных героев Югославии. За успешное выполнение задания члены экипажа были удостоены звания Героя Советского Союза.

Судьба оказалась немилосердна к герою - летом 1945 года он погиб в автомобильной катастрофе под Берлином.

14 апреля 1967 года, в день рождения летчика, его имя навечно было внесено в списки летного состава пятигорского аэропорта. По ходатайству аэропорта исполком Пятигорского горсовета переименовал улицу Ревкомовскую в улицу Бориса Калинкина.

Алексей КРУГОВ,
Олег ПАРФЁНОВ
 


Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий