Поиск на сайте

 

Врач Юлия Денисенко из Ставрополя три года после развода с мужем и отцом её ребёнка борется за своё материнское право жить с дочкой, которую у неё отняли ставропольские правоприменители

Возвращаясь к напечатанному


«Вытру  слёзы,  саблю  достану  и  пойду  защищать  свою  девочку»
Отрывки  из отчаянного письма Юлии Денисенко в редакцию

Главы из публикации фиксируют  страшное (см. №37 от 17.09.2018 г.)

1. Отец материл и «успокаивал» ребенка сильнодействующими препаратами.

2. Меня пугала «сексуальная озабоченность» супруга.

3. Не разлучайте с мамами детей, не разрушайте их психику.

4. Господа судьи, у вас дети есть? А любимые внуки?

5. Отец «обучал» девочку совсем не по детским книжкам.

6. Ангажированный служитель Фемиды страшнее пистолета.

7. Стороне процесса предложено отправлять ходатайства... в ООН.

8. Судья мстил женщине за собственную безотцовщину?

9. Верховный суд не согласился с судом Ставрополья.

10. Как выглядид психологический террор против матери и ребенка.

11. Ребенок затравлен и запуган - это очевидно с первого взгляда.

12. Не хочу, не могу и не стану ждать трагедии.

***

...Бывший муж не очень-то хотел ребенка, поэтому, когда через четыре года совместной жизни у нас появилась дочь, он странно начал себя вести и со мной, и с малышкой.

Сегодня я уже не помню, с чего конкретно началась ссора, муж что-то требовал от меня, а я не соглашалась, тогда с озверевшим лицом он выхватил из кроватки 8-месячную дочку и стал изо всех сил трясти ее перед моим лицом, продолжая кричать и повторять свои требования.

***

...С одного из своих ночных дежурств я ему позвонила узнать, как чувствует себя малышка, он сказал в привычно раздраженном тоне, что дал ей феназепам (сильнодействующий снотворный препарат), чтобы она ему не мешала.

***

...У супруга стали сильно проявляться  «странности», говорить о них неловко, но придется, чтобы понятно было, откуда появились  мои переживания. Муж, смакуя свои сексуальные фантазии, стал рассказывать мне о свингер-вечеринках, добивался, чтобы я также одобрительно оценивала эти развратные сборища (свингер-вечеринки (англ. Swing) - групповой секс с участием двух или более устойчивых пар с обменом партнерами. - Ред.).

Все эти разговоры о совместных оргиях сексуально озабоченных людей напрягали меня, вызывали отвращение, противоречили моим представлениям о нормальной семейной жизни и о жизни вообще, поэтому кончались скандалами, и заставили меня задуматься о разводе.

***

...В июне 2015 года Промышленным райсудом Ставрополя было вынесено определение о том, что моя дочь, которая до этого времени жила со мной, на время судов по окончательному разводу и разделу имущества должна жить с отцом.

Я была в шоке. На каком основании у меня отбирали ребенка? Малышка всегда жила со мной, квартира у нас своя, я не пьющая, не веду разгульный образ жизни, работаю.

Бывший супруг сразу же увез ребенка из города и не давал мне с ним общаться.

...Я подала апелляционную жалобу, и в августе 2015 года суд апелляционной инстанции отменил решение суда первой инстанции - и вернул мне дочку.

В течение двух месяцев, до конца ноября 2015 года, мы снова жили с моей девочкой в покое, мире, любви. А она с детской непосредственностью рассказывала мне, что, когда жила у папы, он все время говорил ей, что «мама плохая» и что он «посадит маму в клетку».

***

...К примеру, начинаю читать ей детские книжки, а она вдруг меня останавливает и начинает делиться тем, что ей «объясняет» папа и показывает на «игрушках» (мужской фаллос). Я в шоке, поскольку крохотной девочке вбивают в головку то, с чем знакомят подростков на специальных занятиях по половому воспитанию.

Чтобы читатели не решили, что я выдумываю, могу сказать: это свидетельство четырехлетней дочки (которая в это время ест арбуз и непринужденно рассказывает о папиных «уроках») я записала на видео - оно находится в материалах судебного дела.

В деле есть еще одно странное видео, которое я взяла с нашего общего с бывшим мужем компьютера. На нем видно, как он устанавливает видеокамеру… в ванной комнате в доме своих родителей.

На каждом кадре - раздетые женщины во время водно-гигиенических процедур - мои троюродные сестры и наша с ним одногруппница, которые были здесь в гостях.

В материалах дела лежат скриншоты с телефона с матерными словами  в адрес дочки бывшего мужа, которого она привела в состояние бешенства плачем…

***

...Я недооценила «силы», о которых вел речь мой бывший супруг. Потому что президиум краевого суда отменил решение суда апелляционной инстанции, оставив в силе решение Промышленного райсуда, по которому ребенок на время дальнейших судебных разбирательств остается жить с отцом.

***

...Я продолжала обжаловать противоправные судебные акты, дошла до Верховного суда, который еще в феврале 2018 года отменил все решения, вынесенные судами Ставропольского края.

Решением Верховного суда с меня сняты ограничения по родительским правам, отменено определение места жительства ребенка с отцом.

В связи с многочисленными нарушениями норм материального и процессуального права Верховный суд РФ отправил мое дело на новое рассмотрение.

***

...Судья Промышленного райсуда Оксана Коваленко, к которой после Верховного суда наше дело попало на рассмотрение, назначила новую судебную психолого-психиатрическую экспертизу на предмет детско-родительских отношений в институте имени Сербского. И определила новый график общения с дочкой - два раза в неделю.

...В связи с ухудшающимся психологическим состоянием ребенка и неадекватным поведением отца я обратилась с просьбой в суд: принять обеспечительные меры для защиты жизни и здоровья ребенка - на время проведения очередной психолого- психиатрической экспертизы дочке безопаснее было бы находиться в детском реабилитационном центре.

Но судья Оксана Коваленко отказала нам в этом ходатайстве, заявив, что обжалованию оно не подлежит.

Как это не подлежит?! Обеспечительные меры налагаются судами на неодушевленные предметы, если есть угроза нарушения интересов одной из сторон процесса. А здесь я кричу об опасности оставления ребенка у отца и привожу тому неопровержимые доказательства, а судья-женщина решает: пусть все будет как будет, пока длится экспертиза.

***

...В течение последних шести месяцев я регулярно, каждый вторник и четверг, пытаюсь исполнить решение суда, утвердившего мой график общения с девочкой, но все напрасно. Бывший супруг и его новая жена, проживающие в принадлежащей мне квартире, установили перед входом в нее решетку.

Приоткрывая на мой звонок входную дверь, из-за решетки бывший супруг приказывает выглянуть дочке, которая кричит, что не хочет меня видеть, и тут же прячется, а папа с довольным видом хлопает дверью.

***

...Слезы выплаканы, нервы в напряжении, силы на физическом пределе, но я до последнего вздоха буду бороться за свою девочку, которой грозит опасность, - я это чувствую всем своим материнским сердцем, не говоря уже о том, что  об этом свидетельствуют факты, которые просто напрочь отвергают судьи Ставропольского краевого суда.

Юлия ДЕНИСЕНКО

P.S.

Итак, несмотря на задокументированные факты чудовищных обстоятельств психологического насилия над ребенком, судья Коваленко отказывает маме девочки в принятии обеспечительных мер, да еще и попросту ее обманывает, заявив, что данное определение обжалованию не подлежит.

Более того, появление на суде главреда «Открытой» газеты в качестве общественного представителя Юли Денисенко сразу же побуждает Коваленко объявить все последующие заседания закрытыми якобы в интересах ребенка. Но истинный мотив вылез в прямом обращениико мне: «Чтоб никаких публикаций!..»

«Гуманистическая» мотивация судьи была не просто бесконечно лицемерной, но, на мой взгляд, она многократно усиливала все опасности, грозящие маленькой девочке. Ведь «закрытым» процессом отсекались наглухо от общества по-настоящему страшные моменты, о которых кричать надо во весь голос, спасая беспомощное существо - маленького истерзанного ребенка. Именно об открытом слушании этого дела я и просила гражданскую коллегию краевого суда (Л.И. Кононову, М.Л. Дробину, В.Н. Турлаева), которая 30 октября 2018 года рассматривала частную жалобу Ю. Денисенко на определение судьи Коваленко. Коллегия вняла просьбе об открытости заседания и с большим вниманием, не перебивая, выслушала мое выступление, текст которого приводится рядом (стр.9-я) - думаю, приведенные факты убедят и не оставят равнодушными и наших читателей.

Забегая вперед, скажу: именно эта апелляционная коллегия установила: судья Коваленко противоправно отказала маме девочки в обжаловании обеспечительных мер, то есть чинила ей препятствия в доступе к правосудию.



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий