Поиск на сайте

 

 

Детское футбольное поле в Ставрополе оказалось в эпицентре совсем недетского конфликта с мордобитием и митинговщиной

 

Окрас скандальный
Основным участником этого конфликта, как ни странно, оказалась краевая спортшкола олимпийского резерва по футболу. Чтобы читатель понял, каким образом миролюбивые спортсмены докатились до жизни такой, проведем небольшой экскурс в историю. Школа появилась в динамовском клубе еще в начале 80-х на базе так называемой группы подготовки, основной задачей которой было готовить игроков-резервистов для команды мастеров. За годы существования из стен ДЮСШ вышли почти пять тысяч ребят, среди которых многие нынче играют или тренируют команды первой и премьер-лиги.
В числе звездных выпускников школы Дмитрий Кириченко и Сергей Самодин (оба – чемпионы страны и обладатели Кубка России), Артур Тлисов и Сергей Козко (оба – чемпионы страны) и другие именитые футболисты.
Но, конечно, самая яркая школьная звезда – это игрок национальной сборной Роман Павлюченко, которого нынче знает уже и вся Европа как нападающего лондонского Tottanham Hotspur (Роман учился в ставропольской школе c 1996 по 1999 годы).
Однако пять лет назад для СДЮШОР наступили черные времена. «Динамо» тогда позорно откатилось в категорию любительских команд (кстати, впервые за свою 60-летнюю историю). И полунищий клуб был вынужден отказаться от содержания собственной ДЮСШ, в которой тогда обучались около двухсот ребят в возрасте от 7 до 17 лет. Остались не у дел спортзал и тренировочный корт, а главное – высококлассные тренеры.
Не дал пропасть прославленной динамовской школе краевой спорткомитет, который взял ее на бюджетное довольствие. Тогдашний министр спорта Николай Могилинец распорядился, чтобы спортшколе передали помещения медицинского изолятора в Ставропольском училище олимпийского резерва (СУОР). Тогда же министр сменил в школе директора – на место Вячеслава Токарева, возглавлявшего ДЮСШ почти два десятка лет, был назначен мастер спорта СССР Федор Гаглоев.
Биографию Гаглоева стоит рассказать особо. В начале 90-х он был полузащитником «Динамо», затем сменил множество команд, однако тренерскую стезю тоже решил начать с «Динамо». Правда, стартовал с провала: под его руководством в 1999-м наша команда вылетела из первого дивизиона. Гаглоева с тренерского поста, конечно, убрали, однако перед уходом молодой тренер публично обвинил в неудаче команды и в своем увольнении неких «серых кардиналов, преследующих свои узкие интересы». 
Памятуя об этой скандальной истории, футбольная общественность края настороженно приняла замену заслуженного Токарева на амбициозного Гаглоева (впрочем, сам Вячеслав Михайлович без работы долго не сидел – его назначили государственным тренером Союза футбольных федераций ЮФО, а сейчас он возглавляет возрожденную динамовскую спортшколу). Очень скоро эта настороженность обрела и конкретные очертания в виде имущественных и кадровых конфликтов, в которые стремительно погрузилась школа.

 

Эмоции и бумаги
Пять лет назад в России стартовала федеральная инвестиционная программа «Подарим детям стадион», поддержанная президентом Путиным. В рамках этой программы в десятках городов страны были открыты игровые поля и стадионы. 
А в июне 2007-го полноразмерное поле появилось и в Ставрополе, на территории училища олимпийского резерва. Его покрытие сделано по последнему слову техники: оно максимально приближено к травяному и обладает повышенной износостойкостью.
На торжественное открытие из Москвы прилетел тогдашний президент Российского футбольного союза Виталий Мутко, который высказал надежду, что благодаря новому полю ставропольский футбол поднимется на новые высоты. Тогда Мутко даже и не предполагал, какие страсти разгорятся вокруг элитного спортсооружения, которое внесет в ряды местных футболистов вовсе не единение, а раздрай. 
На тот момент в олимпийском училище царил управленческий бардак – со скандалами сменялись директора, бурлил в протестах тренерский состав… Полноценной секции футбола в СУОР не было, и потому училищу было не до футбольного поля. Его заняла для своих тренировок спортшкола (та самая, которую возглавлял Федор Гаглоев).
Однако мирное сосуществование двух спортивных учреждений продолжалось недолго. Министр Могилинец неожиданно заточил зуб на своего недавнего протеже Гаглоева – и в январе 2008-го уволил его якобы за прогул. Суд первой инстанции директора на работе восстановил, однако мстительный Могилинец тут же уволил его снова – на сей раз уже по другой статье. И снова суды были на стороне опального директора.
Люди, болеющие душой за ставропольский футбол, тогда живописали ужасы, якобы творящиеся вокруг СДЮШОР: мол, были и изъятия документов (после чего главбух школы слегла в больницу с сердцем), и тренерские забастовки… В основном это оказывались пересказы скандального письма, которое тренеры и родители ребят из спортшколы направили в федеральную газету «Спорт-экспресс». Смысл этой петиции сводился к тому, что руководство СУОР парализует работу спортшколы и пытается забрать у нее футбольное поле.
Сам Федор Гаглоев не раз публично озвучивал такую версию (передал ее и при встрече со мной). Якобы изначально спорное поле строилось для спортшколы, но поскольку у нее не было собственной земли, то в Москве приняли соломоново решение: оформить все правовые документы на СУОР, которое затем должно передать спортсооружение в оперативное управление ДЮСШ. 
В подтверждение своей правоты у Гаглоева есть два письма от столичных футбольных функционеров к краевым властям с требованием передать поле спортшколе. А помимо этих бумаг есть еще горячие эмоции самого Федора Ивановича (человека весьма экспрессивного). 
Мне он очень живо рассказывал, как целых два года обивал высокие пороги в Москве и если бы, мол, не его пробивные способности, то Ставрополье вообще не видело бы футбольного спортсооружения такого уровня. Правда, уже потом, при подготовке материала, Федор Иванович попросил его фамилию в статье не упоминать (что, согласитесь, странновато для защитника прав детей).
– Так кому же принадлежит поле? – спрашиваю замдиректора олимпийского училища по спорту Геннадия Иванова. 
– Конечно, училищу! – Геннадий Петрович искренне обижается. – Вы даже представить не можете, сколько лично я времени положил на то, чтобы это поле выбить в Москве! Со стройплощадки не вылезал, работы на всех этапах контролировал, все бумаги через мои руки проходили…  
Позиция олимпийского училища, однако, подкреплена не только эмоциями, но и документами. Иванов показывает мне толстенную папку, причем это не информационные письма (которыми оперируют в спортшколе), а официальные бумаги – договоры, распоряжения, постановления. Везде фигурирует олимпийское училище, про ДЮСШ ни слова. Что же, и впрямь, аргумент очень весомый! 
– А какое отношение к полю имеет Гаглоев? – спрашиваю у Иванова. 
– Да никакого! Он вообще возник как технический исполнитель: в Российском футбольном союзе у Федора Ивановича крепкие связи, и ему поручили перевезти покрытие для нашего поля из Москвы в Ставрополь. Вот он и вообразил, что футбольное поле принадлежит ему.

 

Серпентарий вместо спорта
– Ситуация такова: вот уже три года наше спортсооружение занято чужим спортивным учреждением, формально с училищем никак не связанным (я имею в виду ДЮСШ), – рассуждает директор училища Сергей Кубышев. –  Ни копейки с них мы за это не берем, зато сами несем расходы по содержанию поля: платим налог на имущество, оплачиваем вечернее освещение и другие коммунальные расходы. 
– Но почему вы сразу, еще четыре года назад, не предъявили законных прав на свое спортсооружение?
– Тогда в училище был другой директор, и я не могу отвечать за все его решения, – понуро говорит Сергей Витальевич. – Да и вообще, некогда было заниматься футбольным полем, у нас были проблемы намного серьезнее. Вы ведь сами знаете, у нас тогда настоящая война с застройщиками шла: территорию училища обрезали со всех сторон и возвели на наших землях элитное жилье. 
Право, странно. Сметная стоимость поля составляет почти 26 миллионов рублей, из которых немалую часть оплатил краевой бюджет. Только, выходит, краевые власти тратили деньги налогоплательщиков, заведомо зная, что училище воспользоваться новым спортсооружением сразу не сможет. Или это была некая игра со стороны краевого Минспорта. Только в чьи ворота? 
Скандальная ситуация обрела новый поворот год назад, когда в олимпийском училище решили восстановить секцию футбола, набрали по всему краю 60 ребят (две группы)... Только вот вход на новенькое поле для них был заказан (по словам Кубышева, руководство спортшколы даже сменило на воротах замки), и детям из училища пришлось заниматься на «резинке» (поле с резиновым покрытием, которое тоже находится на территории СУОР).

 

Врукопашную при детях
Очевидно, что долго так продолжаться не могло. В начале февраля руководство училища прислало в школу новый вариант учебного расписания: две трети тренировочного времени остается за ДЮСШ, треть – за СУОР. Вроде все логично. Хотя в училище и меньше футболистов, однако тренировки им нужны более интенсивные, нежели школьникам. 
Однако в спортшколе «чужой» вариант расписания полностью отмели: себе они хотели оставить все дневное время, чтобы ребята из училища занимались лишь после семи часов вечера. 
Но этот вариант неприемлем для СУОР: здесь вечерние тренировки идут с 16 до 18 часов, когда спортсмен находится в наилучшей физической форме и потому может показать рекордные результаты. 
Короче, и училище, и школа продолжали жить по разным расписаниям, что в итоге закончилось острым конфликтом. Правда, версии произошедшего у разных сторон снова отличаются. 
По словам тренера спортшколы Сергея Чернова, 4 февраля произошел следующий инцидент. Строго по расписанию он вывел на занятия своих малышей, дети начали играть. Вдруг из дверей училища высыпало десятка три единоборцев лет по 16-17, одетых в кимоно. 
По словам Чернова, под присмотром тренеров СУОР подростки рассредоточились по полю и стали задирать детишек из спортшколы: толкали их, забирали мяч, били по ногам…  В ситуацию вмешались родители, и только благодаря им никто из юных футболистов не пострадал. Чернов написал заявления в милицию и прокуратуру (копии есть в редакции), вроде бы они уже приняты к рассмотрению.
Еще одну историю уже наперебой рассказывали мне родители и тренеры СДЮШОР. Якобы произошла она через пару дней после вышеописанного эпизода (точной даты никто не помнит). Очередная тренировка школы по её расписанию (и хоть по расписанию СУОР в это время должны были заниматься воспитанники училища, на поле якобы не оказалось ни души). Едва тренер спортшколы Геннадий Тараненко начал занятия, как из дверей училища выскочили трое сотрудников и на глазах детей якобы начали избивать Тараненко. Двое держали, третий бил. В итоге, мол, у тренера сломана лицевая кость, у него сотрясение мозга, лежит в больнице. Вроде уже и уголовное дело заведено. 
Интересуюсь осторожно у своих собеседников: «Кто-нибудь лично видел саму драку?» Нет, никто не видел, все знают эту историю лишь в пересказах. Не удалось увидеть мне и то самое заявление в милицию по факту избиения тренера Тараненко. Его копии в школе почему-то не оказалось. 
Совсем другую версию изложил директор училища Сергей Кубышев. По его словам, тренеры СДЮШОР постоянно настраивают своих воспитанников против сотрудников училища. Отсюда, мол, и постоянные стычки. А что касается драки между тренерами, то инцидент в пересказе Кубышева выглядит так. 
Оказывается, это сам директор спортшколы Федор Гаглоев вместе с «избитым» тренером Тараненко набросились на сотрудника училища. Когда тот спокойно стоял у кромки поля, они налетели на него со сзади, да так, что снесли с петель металлическую дверцу. Заявления в милицию, правда, писать почему-то не стали. 
В общем, решительно непонятно, кто и кого избил. Хотя в обе версии произошедшего верится с трудом: ну просто не может такого быть, чтобы педагоги при детях выясняли отношения кулаками… Или все-таки моральная планка в ставропольском спорте уже пала настолько низко?!

 

Армия трясогузки
Да бог с ними, с рассказами. Главное, что эта история приобрела уже политическое звучание. Недавно родители ребят из ДЮСШ вышли пикетировать краевой Белый дом. Человек пятьдесят было, не меньше. Собрали подписи под коллективным письмом к полпреду Хлопонину с требованием вернуть им поле.
Встретились с ними зампред правительства края Василий Балдицын и руководитель краевого спорткомитета Виктор Осипов и стали втолковывать: законный собственник – училище, и нет никакого юридического основания отдавать игровое поле спортшколе. Ведь с равным успехом она может претендовать на любое другое спортсооружение (да хоть на стадион «Динамо»!) или чью-нибудь частную квартиру. 
И подобные опасения, кстати, обоснованы. Как уже писала «Открытая», весной ряд краевых спортшкол, находящихся в Ставрополе, будут переданы в муниципальное ведение. И в их числе ДЮСШ по футболу. Однако, чтобы передача состоялась, нужно определить, какая собственность имеется у спортшколы. А собственности-то, выходит, никакой, ведь все помещения и тренировочное поле – по документам принадлежат олимпийскому училищу.
Федор Гаглоев в разговоре заверил меня, что футбольное поле и помещения они не отдадут ни при каких обстоятельствах. Причем ради сохранения своего статус-кво готовы идти на самые крайние меры: митинги, пикеты, перекрытия улиц…
– А почему бы не решить этот вопрос в суде? Все-таки мы живем в правовом государстве.
– Вы ведь сами знаете, какие у нас суды, на них надежды никакой, – констатирует Гаглоев обреченно.
– Руководство школы во главе с Федором Гаглоевым пытается нас представить какими-то монстрами, которые хотят выставить детей на улицу. Ничего подобного! – эмоционально комментирует Сергей Кубышев. – Но помещения нашего медицинского изолятора у школы все же забрать придется.
Сам Кубышев из Уфы, где возглавлял одну из республиканских спортшкол. Рассказывает, что его как раз и рекрутировали в Ставрополь, чтобы он возродил олимпийское училище. А это невозможно, если у СУОР не будет современного центра спортивной медицины. Уже закуплено новое диагностическое оборудование, выписаны новые кадры. Но для медцентра необходим полноценный изолятор – тот самый, который сейчас занимает футбольная школа Гаглоева. 
СУОР уже подало иск в арбитражный суд края к спортшколе, требуя ее выселения из «незаконно занимаемых» помещений. Тянется процесс  несколько месяцев. 
Исход его обеим сторонам, похоже, уже известен. Недаром родители ребят из ДЮСШ на днях пытались прорваться на прием к мэру Ставрополя Николаю Пальцеву. Мэр сказался занятым, и активистов принял его помощник. Выслушал и обещал, что муниципалитет непременно подыщет для школы новое помещение.

 

Записки из блиндажа
Хотя самый реалистичный сценарий в этой ситуации - снова присоединить краевую ДЮСШ  к возрожденной динамовской спортшколе, которая имеет и тренировочную базу, и медицинский центр, и классный тренерский состав. Только вот для этого руководству ДЮСШ нужно будет переступить через личные амбиции. 
– Конечно, мы не позволим, чтобы дети остались на улице, – убеждает меня председатель краевого спорткомитета Виктор Осипов. – Но сегодня вопрос упирается лишь в несговорчивость директора Гаглоева. Только когда на его месте будет сидеть другой человек, мы сможем миром решить все проблемы.  
Хотя, думается мне, вопрос не только в личности «неудобного» директора. В этой истории со спортшколой, словно в призме, преувеличенно отразились острейшие проблемы нашего сегодняшнего спорта. 
Спортивных чиновников от окраин до Кремля поразила пагубная страсть корыстолюбия: за  любыми (на первый взгляд самыми альтруистичными) их начинаниями кроются личные амбиции. Гонка чиновников за рекордами превращается в погоню за бабками, в сравнении с которыми интересы самих спортсменов для них мелковаты. Сводят старые счеты, делят имущество и финансовые потоки, а вместе с ними и людей, воспринимая их как своих вассалов, крепостных. 
Вы только подумайте, разве могут ребята из ДЮСШ или олимпийского училища показывать блестящие результаты, если каждодневно видят дрязги и ссоры взрослых дядей – своих тренеров и директоров?! Из-за личных конфликтов чиновников от спорта прервалась нить преемственности между школой и училищем, существовавшая десятилетия. Захотят ли родители ребят из спортшколы, сегодня выходящие на митинги против «самодуров» из СУОР, завтра отдать ребенка на обучение в столь ненавистное им училище?! А если и отдадут, понравится ли им, что их ребенок будет вынужден заниматься по неудобному расписанию, навязанному неким дядей со стороны?! 
Плоды подобных конфликтов мы пожинаем в виде позорного выступления национальной сборной на Ванкуверской Олимпиаде. Столь низких результатов в медальном зачете наша страна не показывала уже много лет.
Но что самое печальное, мы уже не являемся фаворитами даже в тех видах спорта, которые традиционно считались стопроцентно «нашими» – например, в фигурном катании. Очень правильно по этому поводу высказался Евгений Плющенко (который не получил золотую медаль именно из-за нерасторопности наших бюрократов, побоявшихся оспаривать заведомо предвзятое судейство): «Нас просто привезли и сказали: бегите, прыгайте, играйте. Забыв о такой «мелочи», как нормальные условия для подготовки. Господа чиновники, не надо бросать спортсменов на произвол судьбы, более-менее вспоминая о них раз в четыре года!»

 

Антон ЧАБЛИН

 

Разбор полетов после ванкуверской Олимпиады: российские спортсмены-олимпийцы вынуждены тренироваться везде, кроме России.

 

Бобслей, санный спорт. Сборы проводятся в латвийской Сигулде и немецком Кенигзее, где наша команда не может совершать более 3 заездов в день – слишком много других желающих. Судя по всему, из-за столь плотного графика работы немецкой трассы перед Олимпиадой получила чудовищную травму Ирина Скворцова. Российская трасса стоимостью 45 миллионов долларов, отстроенная полтора года назад в Парамонове и торжественно открытая самим президентом, оказалась непригодной для подготовки спортсменов и проведения соревнований. Лед – не соответствует нормам, инфраструктура поселка не развита, а земля под спортивным объектом заложена в банке.
Прыжки с трамплина, двоеборье. Совсем недавно был реанимирован трамплин на Воробьевых горах. Но он – летний. Кроме австрийского Рамзау, податься спортсменам больше некуда.
Лыжные гонки. Лыжная сборная проводит сборы в России только летом – в Псковской области, где построены специальные лыжероллерная и кроссовая трассы. А зимой наши лыжники тренируются в Финляндии, Норвегии и Австрии.
Коньки. В прошлом сезоне средств в Союзе конькобежцев РФ не хватало даже на участие спортсменов в этапах Кубка мира, а о тренировках вообще речи не шло. Руководство предложило конькобежцам искать другие варианты подготовки: год назад Иван Скобрев (ныне наш олимпийский призер)  отправился в Италию к тренеру Маурицио Маркотти. 
Фигурное катание. Основные российские спортсмены предпочитают тренироваться вне России – как правило, в США. Как, например, перебравшиеся из Одинцова в штат Пенсильвания Домнина и Шабалин. К ним примыкает и Ксения Макарова, уже семь лет проживающая в США.
Сноуборд, фристайл. Необходимых трасс в стране нет. Спортсмены готовятся преимущественно в Швейцарии. Пайп (рампа для соревнований в дисциплине хаф-пайп) есть в Новопеределкине, но он построен без соблюдения технических стандартов, и спортсмены часто получают травмы.
Горные лыжи. Горнолыжники начали подготовку к Олимпиаде в Австрии. Потом – Швейцария, опять Австрия, опять Швейцария… В России сбор проходил в Подмосковье (общефизическая подготовка) и в Сочи, где нет всех необходимых тренажеров.



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий