Поиск на сайте

 

 

Две исповеди о том, как трудно выкарабкиваться из бездны наркозависимости... 

 
Василию 34 года. На вид обычный молодой мужчина - ладно сложенный, среднего роста, просто одетый. И в голову не придет, что за его плечами - годы наркотического кошмара, жизнь на краю пропасти… Шаг в сторону от бездны он уже сделал: Василий проходит реабилитацию в Буденновском филиале Спасо-Преображенского центра для наркозависимых. Как сложится жизнь дальше, зависит только от него.
 

 
Родился я в одном из городов Кавминвод, воспитывался в православной, воцерковленной семье (отец служит пономарем в храме). С «красным» дипломом окончил медучилище, работал медбратом в межрайонном наркологическом диспансере. Потом призвали в армию. 
Служил в «горячей» точке, во вторую Чеченскую был членом «похоронной команды» - пункта приема погибших. За сутки мы принимали до 20-30 убитых. Сознание не выдерживало ужаса войны. Тогда все и началось. 
Доступ к промедолу (синтетическому обезболивающему, по действию сходному с морфином) был свободным. Им кололись многие медработники, лишая необходимого лекарства тех, кто в нем действительно нуждался. Чтобы скрыть следы кражи, препарат в ампуле заменяли водой - память об этом мучает меня до сих пор...
Война, слава Богу, закончилась. А мое падение в бездну продолжалось. На гражданке устроился фельдшером в наркодиспансер: доступ к «дури» - почти свободный.
Сознавал ли тогда, что крепко подсел на наркотики? Нет, мне казалось, могу бросить их в любой момент. Я работал, занимался тяжелой атлетикой, был общительным, веселым, собранным. Никто - даже в семье - ничего не подозревал. По пути с работы выпьешь баночку пива, дома видят, что с тобой что-то не так, потом принюхаются - пивом пахнет. Ну, вроде ничего страшного...
В диспансере я познакомился с двумя пациентками, сидевшими на игле. С обеими вступил в близкие отношения. А потом одна попросила выпустить на часок на волю. Я хорошо понимал, что за дозой, но отпустил. Она пришла ровно через час, под кайфом. В благодарность принесла дозу с опием. Это было началом конца... 
В воскресный день нас застали в кабинете главврача - под ударной дозой, в непотребном виде. Меня уволили по собственному желанию. 
Снова устроился на медицинскую работу - фельдшером в вытрезвитель. Но и здесь карьера закончилась бесславно и безобразно: я нашел в обуви клиента наркотики и тут же ими воспользовался. В полном «улете» был застигнут начальством на рабочем месте. И опять - «по собственному желанию»!
По специальности меня больше не брали. Работал грузчиком, все деньги уходили на «дурь». В нашем городе в то время (начало двухтысячных) достать ее было не труднее, чем буханку хлеба. Дозу можно было даже заказать с доставкой на дом. «Точки», где продавалось зелье, «крышевались», и все сигналы в правоохранительные органы благополучно «замыливались».
У меня еще был шанс начать жизнь сначала. На хлебокомбинате познакомился с будущей супругой. Поженились, родились дети - сын и дочка. Но измениться я не смог. Супруга мои выходки терпеть не стала, ушла. А я катился под откос - стал таскать вещи из дома. Вынесу узел (одежду, постельное белье, бытовую технику), продам на рынке за бесценок и тут же спускаю на наркотики.
Родные были в отчаянии. Меня запирали, приковывали наручниками к батарее,  даже  били, но ни уговоры, ни слезы, ни сила не помогали. Помню, выкидываю узел из окна восьмого этажа, а потом выхожу через входную дверь налегке - вроде бы работу искать. Спускаюсь, ищу на земле узел и - снова за дозой.
В 2007-м я впервые попал в Спасо-Преображенский реабилитационный центр, но, увы, ненадолго - быстро сорвался. Опустился окончательно, потерял всякий человеческий облик. Никакой морали, никаких других чувств и желаний, кроме наркотической жажды, не осталось. Узнал, что такое ломка. Лучше этого не знать никому...
Многое я просто не хочу вспоминать. Слишком больно, слишком страшно. Если бы начинающий наркоман знал, к чему приводят «невинные» шалости, чем оборачивается иллюзия: мол, я в любой момент брошу, - на километр бы не подошел к шприцу.
Сейчас, когда я вновь прохожу реабилитацию в Спасо-Преображенском центре - с верой в душе, с надеждой на будущее, с любовью к своим детям, - у меня есть шанс. И я хочу его использовать. Да, жизнь без наркотиков - ежеминутная борьба, которая никогда не затихает, но мне есть для кого жить.
 

Укол смерти
 

Еще один рассказ о наркотиках от первого лица. Автор, совсем молодой человек, понимает, что он на пути к гибели, но продолжает наслаждаться смертельной  дорогой. Как и  многие собратья по несчастью, он до последнего верит, что может завязать в любой момент.

В школе я был любимцем учителей - хорошо учился, выигрывал олимпиады, читал умные книжки, занимался спортом. А после уроков, класса с 6-го, пил вино, портвейн, покуривал траву. Однажды напился так, что меня увезли в реанимацию с давлением трупа, но все-таки откачали. Поскольку я слыл за хорошего мальчика, педагоги и родители подумали, что меня, бедненького, напоили какие-то хулиганы.
После того случая я бросил пить, год держался, но потом решил, что расслабляться с помощью алкоголя можно, надо просто контролировать себя и не допиваться до бессознательного состояния. 
В то время (9-й класс) я учился в заочном физико-математическом лицее при Бауманке, физико-математической школе при МФТИ и мыслил себя в будущем великим компьютерщиком. Вот только грандиозные планы не помешали мне снова начать бухать по-черному. 
Наша семья переехала в Петербург. Я нашел друзей по интересам и пил практически каждый день. В школе блистал знаниями, учителя восхищались мной и моими способностями, а после уроков отправлялся гулять. Мы брали на все деньги водку, воровали в магазине закуску, напивались, избивали кого-нибудь на улице, а завтра – опять в школу. 
В конце учебного года я чуть не умер, захлебнувшись собственной блевотиной, и вновь задумался о своей жизни. Бросил пить, увлекся философией, буддизмом, после школы без труда поступил в один из самых престижных вузов Петербурга на программиста и решил делать карьеру. Но… вскоре опять начал жестко пить.
А год назад друг предложил мне таблеточку, сказав, что это отличный наркотик и ничего кайфовее он в жизни не испытывал. Я попробовал, и понеслось. Начал принимать таблетки, а с ними и «скорость» (жаргонное название наркотиков-стимуляторов, вызывающих сильнейшую психологическую зависимость. - Ред.). Я всегда стремился получать весь кайф до последнего и довольно скоро стал доходить до жутких состояний: губы и щеки сжеваны, глаза закатились, тело трясет, сознание в отключке... 
Уже тогда я понимал, что «медовый месяц» с таблеточками подходит к концу, надо будет думать о чем-то другом. И тут произошло нечто. Я безумно влюбился! И понял, что оказывается, на свете есть что-то, кроме наркотиков, заслуживающее внимание.
Как же я удивился этому. А потом вообще подумал, что любовь куда кайфовее и круче наркотиков. Но Она - любовь - взяла, да и обидела меня. И я вернулся к проверенным друзьям – таблеточкам и «скоростям». «Уделался» так, что целую неделю не мог прийти в себя. 
Это были самые ужасные дни в моей жизни. Сердце колотилось как бешеное, глаза почти не видели, но самое страшное творилось с головой. Я никак не мог понять, где реальность, а где вымысел, забывал, кто я, плакал в исступлении, бился головой об стену...
Прошло два месяца, я жил совершенно нормальной жизнью, отдыхал с друзьями на природе, занимался в тренажерном зале, нашел себе девушку. Все шло хорошо, пока я вдруг не подумал, что теперь, наученный жизнью, я могу изредка употреблять «дурь», не перегибая палку. Решил, что с наркотиками можно дружить - пробовать разные вещи и иногда «отдыхать» с ними. 
В общем, вообразил себя человеком, который настолько умен и рассудителен, что не превысит выверенной годами дозы, обязательно сделает перерыв между употреблениями, позаботится о восстановлении здоровья и тому подобный бред. Кстати, многие наркоманы в это верят. Самодовольные придурки, обманывающие сами себя...
И вот после трехмесячного перерыва я «отдохнул» с таблетками. Понял, что соскучился по ним, и через пару дней повторил опыт. Обязательные перерывы отложил «на потом»...
Да, к слову. Я для себя раз и навсегда решил, что колоться не буду, так как это уже последняя грань. Еще неделю назад был совершенно уверен, что никаких внутривенных инъекций с «дурью» в моей жизни не будет, хотя бы потому что я до смерти боюсь всех этих иголок, крови, вливаний.
И тут в один вечер мне позвонили и предложили эфедрон (психостимулятор, принимается внутрь или вводится внутривенно. - Ред.). Я уверенно сказал: «Хочу». И пошел, думая, что буду его пить, а они пусть на фиг колются, я же не какой-то наркоман поганый. Но у меня было такое жадное до кайфа настроение, что меня все-таки укололи. Никаких угрызений совести я, как ни странно, не испытал и часа через три укололся снова.
На следующий день поехал в клуб со своей девушкой. Про эфедрон ей ничего не сказал, но поклялся, что месяц вообще не буду употреблять наркотики, так как надо плотно заняться делами - учебой в двух вузах и работой. О новом опыте рассказал только другу и пообещал ему, что такого не повторится.
Это было два дня назад. А сегодня ночью я укололся три раза. Думаете, мне стыдно? Нисколько. У меня вообще ощущение, что ничего особенного не произошло. 
Я ничуть не изменился, сейчас оденусь и пойду на учебу. И не буду ни перед кем оправдываться - я поступил так, как хотел. И представьте, ни о чем не жалею. И вот еще: я на 100% уверен, что я не сторчусь, наоборот, все у меня в жизни будет хорошо.



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий