Поиск на сайте

 

 

Люди и новые технологии – вот на что делают ставку западные университеты, пытаясь обуздать собственную коммунальную расточительность

 
Беспредел и беззаконие, царящие в отечественном ЖКХ, являются серьезной головной болью как правительства России, так и ее граждан. Прямой обман потребителей, манипуляции с тарифами, монополистический сговор, создание «фирм-прокладок» и «фирм-однодневок» – похоже, сегодня нет такой коррупционно-криминальной схемы, где не «засветились» бы предприятия коммунального хозяйства. При том что расходы россиян на содержание жилья, оплату воды, тепла и электричества из года в год только растут, качество работы «коммунальщиков» по сей день оставляет желать лучшего.
Попытки правительства повлиять на ситуацию через повсеместную установку счетчиков и внедрение энергосберегающих технологий (запрет на лампы накаливания и т.п.) мало что изменили. И неудивительно, считают эксперты, ведь корень проблемы здесь не столько в мотовстве и безответственности россиян, сколько в недобросовестности и вороватости значительной части управляющих компаний и ресурсопоставляющих организаций.
Справедливости ради заметим, что жалобы на дороговизну и/или качество коммунальных услуг можно услышать, наверно, в любой стране мира. Разница лишь в том, что при наличии прозрачной, конкурентной системы ЖКХ у населения и бизнеса есть масса возможностей и минимизировать свои расходы, и повлиять на работу «коммунальщиков». Так, как это делают, например, западные университеты, обеспокоенные собственной расточительностью в потреблении электричества, воды или газа.
Подробности - далее в «Открытой».
 
Деньги к деньгам
 

В университетах Европы и США давно подсчитали, что «коммуналка» исследовательских лабораторий обходится им в 5-10 раз дороже, нежели содержание административных офисов, учебных классов или студенческих общежитий. А если речь идет об особо чистых помещениях, как, например, при производстве полупроводников, то эта разница может достигать 100 и более раз.

Научные приборы, требующие непрерывного воздушного/водяного охлаждения, мощные системы очистки и кондиционирования воздуха, суперкомпьютеры, работающие день и ночь, – все это, а также другие неотъемлемые атрибуты современной науки ложатся серьезным бременем на бюджет любого, даже самого богатого высшего учебного заведения.

Так, например, в Гарвард-ском университете (21 тыс. человек) лабораторные корпуса, составляющие примерно 21% от суммарного (2,4 млн. м2) «жилого» фонда Гарварда, ответственны за половину его расходов за электричество.

В свою очередь, другой престижный американский вуз, Калифорнийский технологический институт (2 тыс. студентов и аспирантов), где под лаборатории отведено 57% из общих 354 тыс. м2, является крупнейшим потребителем коммунальных ресурсов (десятая часть) города Пасадены (нас. 140 тыс.), на территории которого он расположен.

Меж тем до недавнего времени подобные астрономические коммунальные счета своих исследовательских центров администрации университетов во многом воспринимали как «неизбежное зло», как естественный побочный продукт научного поиска.

Сегодня, однако, все больше западных вузов не готовы больше с этим мириться и предпринимают целенаправленные, систематические усилия с целью покончить с подобным ресурсным расточительством. И движут ими здесь как чисто прагматические, финансовые соображения, так и идеалы экологического свойства (сохранение планеты, уменьшение выбросов СО2 и т.д.), особенно сильные в университетской среде.

Как результат, с одной стороны, вузы активно вкладываются в строительство новых, энергосберегающих лабораторных корпусов - вроде тех, где для освещения по максимуму используются естественный свет и солнечные батареи, «умные» оконные рамы самостоятельно открываются/закрываются, регулируя температуру в помещениях, а дождевая вода собирается в специальных резервуарах и идет затем на орошение лужаек и заполнение смывных бачков туалетов.

Благодаря подобному «зеленому» дизайну возможно примерно на треть снизить стоимость содержания здания, хотя, естественно, возведение последнего обойдется существенно дороже. Вместе с тем зачастую эффект даже от самых современных технологий оказывается незначительным, если из энергосберегающего «уравнения» исключается самый главный его компонент – люди.

 
Капля по капле
 

Так, Андреа Селла, профессор Университетского колледжа Лондона, был шокирован, узнав однажды, что его родной химический факультет потребляет в день 170 тонн воды - больше, чем семья из четырех человек за год.

Подняв вопрос перед руководством и заручившись их согласием, Андреа использовал затишье рождественских каникул, дабы выяснить, кто или что является главным «растратчиком» на факультете.

К удивлению дотошного ученого, обнаружилось, что больше всего воды расходовали не синтетические лаборатории, как можно было бы предположить, а не прикасающиеся к химическим реагентам коллеги-спектроскописты, а точнее, требующие постоянного водяного охлаждения вакуумные насосы.

Подключенные к водопроводной системе при открытых на полную кранах, они расходовали больше кубометра (тонны) воды в час. Как показали последующие измерения, простое прикручивание вентилей, снизившее напор воды, привело к сокращению суточного ее потребления со 170 до 90 м3.

А установленные затем специальные регуляторы скорости потока воды уменьшили это значение до 45 кубических метров в сутки, экономя тем самым факультету 40 тысяч фунтов стерлингов в год.

 
Помнить о людях
 

В свою очередь, в построенном всего 10 лет назад модерновом здании химического факультета Оксфордского университета энергосберегающие технологии были предусмотрены с самого начала. Такие, например, как вытяжные шкафы («вытяжки») переменной производительности (всего около 330).

Представляющие собой, по сути, стеклянные коробки-пылесосы, их главное предназначение - не дать вредным летучим химическим веществам загрязнить воздух лаборатории. С этой задачей лучше всего и с минимальными затратами «вытяжки» справляются в так называемом закрытом состоянии, когда их створки опущены вниз.

Меж тем студенты и сотрудники факультета зачастую забывают делать это, не осознавая, насколько дорого и энергозатратно оставлять вытяжной шкаф открытым, работающим на полную мощность. Именно по этой причине расходы типичной химической лаборатории на вентиляцию составляют обычно 25-60% ее «энергетического баланса».

Таким образом, энергосберегающий эффект от использования даже таких «навороченных» вытяжных шкафов был бы скорее всего минимальным, если бы не Ричард Джонс, менеджер, ответственный за эксплуатацию здания (завхоз).

Помимо ежегодной проверки «вытяжек» и фильтров, калибрования воздушных потоков и прочих обязательных работ, Джонс стал вести среди сотрудников и студентов активную «разъяснительную» работу в данном вопросе.

Специальные наклейки на рабочих местах напоминали о небходимости прикрывать «тягу», важность энергосбережения подчеркивалась на вводных занятиях с новичками, к ответственности за нерадивость своих сотрудников привлекались руководители научных групп.

Результат? За 10 лет, прошедших с момента открытия здания, годовое потребление энергии (электричества и газа) на факультете осталось практически на прежнем уровне (600 тыс. фунтов в год), несмотря на то, что количество работающих здесь ученых увеличилось на треть.

 
Учёт и контроль
 

Химикам Кембриджского университета повезло меньше. Домом для 1300 преподавателей, студентов и аспирантов здесь служит пятиэтажное здание постройки 1958 года, видевшее капитальный ремонт в середине 1990-х и непрекращающиеся переделки, плановые ремонты после этого.

Как результат, коммунальное хозяйство факультета запутано, плохо документировано и далеко от оптимального. Неудивительно, что при сравнимой с Оксфордом численности химический факультет Кембриджа платит за электричество и газ почти вдвое больше (1,1 млн. фунтов в год).

Выход из ситуации руководство химического факультета второго старейшего университета в Англии нашло в исчерпывающем энергетическом аудите (ревизии) своих коммунальных расходов и специальной программе модернизации, рассчитанной на 5 лет.

Предполагается, что, тщательно проанализировав структуру расходов на вентиляцию и обогрев помещений, обеспечение работы компьютерных серверов, низкотемпературных морозильных камер и прочей научной и коммунальной машинерии, факультет ликвидирует «проблемные» места, заменив постепенно устаревшие, жадные до энергии приборы.

Не так давно декан факультета профессор Джереми Сандерс подвел промежуточные, двухлетние итоги этой программы. По его словам, закупка и установка нового оборудования оказалась самой легкой частью их плана.

Основной задачей сегодня ему видится формирование «энергосберегающей» модели поведения у своих студентов и сотрудников. На всех уровнях, полагает Сандерс, от руководителей кафедр до студентов и лаборантов, у людей должно присутствовать понимание, что деньги, сэкономленные факультетом на выключенной ими лампочке или перекрытой воде, вернутся в конечном итоге к ним самим в виде ли дополнительных ставок, стипендий или исследовательских грантов.

 
Александр ЛЕОНТЬЕВ
 


Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий