Поиск на сайте

 

Трое судей Промышленного района объединились против психически нездорового парня, отказывая ему в праве на отцовское наследство. При том, что право это подтверждено апелляционной коллегией краевого суда

 

Уважаемая редакция, обращается к вам представитель Алексея Анисочкина – душевнобольного парня, о котором «Открытая» впервые рассказала летом 2011 года («Обжалованию подлежит», №34, 2011 г.).
Напомню: мачеха Марина Родина, о существовании которой Алексей узнал после смерти отца, убедила его подписать отказ от наследства. Судебная психиатрическая экспертиза показала, что Анисочкин в момент подписания отказа не понимал, что делает, однако суд, куда он обратился за помощью, постановил считать это заявление законным, то есть, по сути, превратил сироту в бомжа.
После публикации в «Открытой» краевая судебная коллегия признала отказ Анисочкина от наследства недействительным. Однако антигероев статьи, мачеху Марину Родину и ее юриста Илью Зацепилина, сей факт не смутил, и они подали на авторов письма, пожилых соседок Алексея, и редакцию «Открытой» в суд.
Судья Промышленного райсуда Ирина Бреславцева грудью встала на защиту «чести и достоинства» дельцов, пытавшихся обвести вокруг пальца беспомощного парня, и постановила взыскать с «обидчиков» (пяти бабушек и редакции) более 500 тысяч рублей!
Естественно, краевая коллегия незаконное решение Бреславцевой отменила и вынесла новое – об отказе в удовлетворении всех исковых требований по иску Родиной и Зацепилина. Как мы узнали из «Открытой» газеты, это не помешало «юристу» Илье Викторовичу незаконно снять со счетов редакции кругленькую сумму.
Сделать это ему удалось опять же благодаря судье Бреславцевой, которая через месяц после решения апелляционной инстанции выдала исполнительные листы на взыскание с редактора «Открытой» 150 тысяч рублей!
С этим неправомерным документом Зацепилин и заявился в банк, где ему без проверки, оперативно перевели на счет деньги редакции. Сейчас с этим делом разбираются в правоохранительных органах.
Любопытно в этой ситуации поведение судьи Бреславцевой. При рассмотрении иска Родиной-Зацепилина к редакции и бабушкам она проявила невиданную щедрость, вкатив им полумиллионный штраф за «моральный ущерб». А опростоволосившись после кассации, отменившей ее решение, вдруг принялась бережливо считать копейки.
Когда измученные судебной волокитой пенсионерки обратились к ней за возмещением судебных расходов и представили квитанции об оплате услуг адвоката на 25 тысяч рублей, Бреславцева, проигнорировав документы, по внутреннему убеждению постановила, что старушки обойдутся шестью тысячами. А редакции, напечатавшей публикацию, вопреки всем правовым нормам, и вовсе отказала в праве на возмещение судебных издержек.
Однако вернемся к Алексею. Несмотря на выигранный суд, он по-прежнему находится в подвешенном состоянии.
Ситуация абсурдная: в 2010 году на основании «отказа» от наследства судья Промышленного суда Наталья Долгополова объявила Анисочкина утратившим право собственности на половину отцовской квартиры и признала его договор о приватизации недействительным.
Как мы сказали, кассационная коллегия признала отказ недействительным, и Алексей обратился в суд с просьбой пересмотреть долгополовское решение. Однако Долгополова в пересмотре собственного постановления Анисочкину отказала на том основании, что он-де пропустил положенный законом срок – три месяца после кассации.
Между тем на все заседания по заявлению исправно ходили только мы вдвоем с Алексеем. Оппоненты сюда и носа не казали. Судья раз за разом переносила заседания, а виноватым в том, что процесс затянулся на три с лишним месяца, оказался Анисочкин.
Мало того, когда мне в руки попал протокол заседания (на которое наконец-то пожаловали Зацепилин и представитель Родиной Глигор), я был поражен. Из официального документа вычистили все «неудобные» моменты (у меня есть аудиозапись заседания, которая это подтверждает). В нем даже не упоминается, что в деле возникли новые обстоятельства, а ведь это железное основание для пересмотра решения! Но, видно, если судья пожелает, и железо легким движением руки превращается в пыль.
В результате Алексей до сих пор считается утратившим право на половину отцовской «двушки» (хотя суд и признал его отказ от наследства незаконным) и до сих пор не может оформить долю собственности на квартиру. Тем временем мачеха грозит не оставить пасынку ни гвоздика – мол, его место на кладбище, рядом с отцом, и пытается продать заполученное имущество, в том числе то, которое по закону ей не принадлежит.
В соответствии с Гражданским кодексом Анисочкин имеет право на 3/4 отцовской квартиры (мачеха тоже внакладе не осталась – ей достались 3/4 частного домовладения Анисочкиных, которое она третий год сдает внаем квартирантам).
Но это только по Кодексу. К нему судьи Промышленного суда Ставрополя относятся, по-видимому, без особого трепета, что продемонстрировал недавно еще один районный судья Александр Бондаренко, у которого Алексей Анисочкин пытался защитить свои гражданские права.
 В феврале 2013 года Бондаренко отказал парню в признании права на долю квартиры – и в порядке наследования, и в порядке приватизации. Это значит, что вроде бы часть «двушки» Алексею принадлежит, но оформить ее он не имеет права! (То есть Родина знает, о чем говорит, когда грозится отобрать у пасынка «последний гвоздик»?!)
Почему судья так суров к инвалиду? Единственное «обоснование» – Алексей-де пропустил шестимесячный срок принятия наследства. Однако парень жил в оспариваемой квартире после смерти отца, мало того – благоустраивал ее, то есть фактически принял наследство.
И снова судья по внутреннему убеждению отбраковывает все доказательства в пользу истца. Не принимаются в расчет частичная оплата коммуналки Алексеем, наличие у него регистрации по данному адресу, небольшой ремонт, который парень сделал после смерти отца, – поставил новые входные двери, газовую колонку, санузел, сменил водопроводные трубы. На голубом глазу игнорируется даже тот факт, что сами судьи присылали повестки и постановления Анисочкину именно на этот адрес!
А что говорят соседи? Кажется, сам бог велел спросить, кто обитает на одной с ними лестничной площадке. Но у Бондаренко на этот счет свои соображения – на ходатайство о приглашении свидетелей он ничтоже сумняшеся выносит отказ.
Между тем не только соседи – сама Родина в прошлых судебных процессах не раз утверждала, что пасынок жил в квартире: жаловалась, что Алексей вовремя не платит за коммуналку.
Несмотря на это, 14 февраля 2013 года Бондаренко огласил судебное решение, из которого следовало, что в квартире Анисочкин не жил, наследство вовремя не принял, так что на отцовское имущество может не рассчитывать.
Больше двух недель мы каждый день приходили в суд за полным решением, чтобы успеть подать на него апелляцию. И каждый раз слышали: «Решение не готово, приходите завтра». (Это при том, что по закону судья должен изготовить его в пятидневный срок.) Решение было готово только 4 марта. Но 28 февраля Алексей попал в больницу с переломом ноги, и в результате с апелляцией мы опоздали на один(!) рабочий день.
Заявление Анисочкина Бондаренко рассматривал в его отсутствие и, естественно, отказал на «основании» пропуска срока подачи. В заявлении о восстановлении срока тоже отказал, несмотря на справки из больницы.
И вот еще какой поразительный и красноречивый момент: согласно выписке, «юрист» Зацепилин получил полностью оформленное решение суда, за которым мы бегали больше двух недель... 14 февраля – в день его оглашения! И Бондаренко, отказывая в принятии нашей апелляции, нам на этот факт беззастенчиво указывал: мол, Илья Викторович решение получил вовремя, а вы чего зевали?
Тягаться в изворотливости с Зацепилиным наивному Анисочкину, конечно, не по силам. Обобравший редакцию предприниматель оформил право на два десятка видов экономической деятельности, основной из которых – сдача внаем жилья, а среди прочего – торговля сельхозсырьем, табаком и лесоматериалами, перевозка грузов, деятельность баров, гостиниц, ресторанов и, наконец, услуги в области права.
Мы решили проверить, платит ли Зацепилин налоги с юридического источника доходов. Подали в прокуратуру соответствующее заявление и документы, среди которых соглашение Родиной и Зацепилина от 30 сентября 2011 года об оказании юридических услуг по иску к «Открытой» и старушкам. Из надзорного органа их передали в ИФНС по Ленинскому району.
И что вы думаете? Илья Викторович, который должен был сдать декларацию и уплатить налог с дохода по этому делу полтора года назад, только тут «опамятовался» – составил заявление о расторжении соглашения и представил инспектору.
Бороться с такими хватами нелегко, особенно когда трое судей стеной стоят на стороне обнаглевшей пары против обделенного парня, но мы настроены решительно. Тем более что впереди нас ждет краевая судебная апелляционная инстанция, которая в нашем деле всегда выносила справедливые и разумные решения. Надеемся, и в этот раз она защитит наследственные права Алексея.

 

Максим ИВЕНСКИЙ

 

Антон Павлович13 апреля 2013, 15:24

Промышленный суд г. Ставрополя вообще поражает своими решениями. Интересно когда уже судьями будут назначать профессиональных, ответственных и совестливых людей?

 

Добавить комментарий



Поделитесь в соц сетях