Поиск на сайте

 

 

 

 

Зелёные уголки Ставрополя, доставшиеся в наследство от купцов позапрошлого столетия, являют собой жалкое зрелище

Ручные волонтёры

 
В краевом центре на минувших выходных высаживали деревья. Студенты, школьники, кадеты, бюджетники усердно трудились на окраинах города, особенно в микрорайонах «Олимпийский» и «Перспективный», где всякий кустик на вес золота. Деревца обещают высадить вдоль Белого дома, где предусмотрительно спилили сухостой.
Сити-менеджер Андрей Джатдоев поручил привести в надлежащий вид газоны, прибордюрные участки дорог, дворовые территории и парковки. Как сообщили в администрации, эти работы должны стать «генеральной репетицией» общегородского субботника, намеченного на 26 апреля.
Дело, конечно, благородное. Но почему у нас так бывает, что одной рукой мы созидаем, а другой разоряем? Речь идет о зеленых уголках, так называемых лесных дачах, где и высаживать ничего не надо - просто убрать мусор, поставить скамейки, обустроить дорожки - и пусть люди гуляют, отдыхают, радуются. Денег на это надо немного, зато сколько пользы. Но не до этого как-то.
А жаль, ведь на улице весна, самое время открыть дачный сезон. В конце концов, не у всех горожан есть личные уединенные дачки и машины, чтобы ездить туда расслабляться. Общественная, общегородская дача - это уголок для малоимущих граждан, вот о них бы и позаботиться, как, к слову, в свое время заботились купцы.
...В последней трети XIX века Ставрополь считался городом весьма зажиточным, основательным, с большой претензией на социальную составляющую. Богатые купцы деньги вкладывали не только в личный рост и увеселения, но еще в благоустройство родного города.
В свое время граф Воронцов разбил в Ставрополе парк (ныне Центральный), в разных концах города появились частные дачи и сады купцов Павлова, Ртищева, Бибердова, Меснянкина, Груби, Волобуева, Плотникова, Алафузова. В каждой среди тенистых аллей с беседками и фонтанами непременно был пруд, вечерами играла музыка, публика наслаждалась природой, кормила уточек и лебедей, неторопливо вела беседы.
Такой вот заботы о горожанах не хватает нынешним олигархам, которые состоянием своим обогнали и перегнали богатеев былой эпохи. И деньги-то шальные достаются им, не от большого ума или природных талантов, а вложиться в зеленый уголок, поддержать его, облагородить - не до этого в общем.
А дежурные призывы мэрии «не свинячить» давно не действуют. От местной власти люди ждут, что она найдет лесным дачам хозяев, опекунов. Но ждут, видно, напрасно.
 
А защитников не видать…
 
Умиротворению в Ставрополе конец пришел с началом революции. Купеческий класс в большинстве своем пустили в расход, но  вот зеленые уголки не тронули - советская власть рачительно использовала их для пролетарского досуга. Только содержать их в былом великолепии не хватало ни денег, ни ума.
Так, славные уголки губернского Ставрополя стали постепенно хиреть. Хиреют и до сих пор, хотя время вроде как рыночное, но взять дачи на «попечение» желающих нет. Власть заботу не проявляет.
Одни лишь волонтеры, из тех же студентов и школьников, порой забредают на ту или иную дачу, больше напоминающую мусорную свалку и притон для алкашей и наркоманов, но и их энтузиазм не вечен. Все просто: если бы их благородный порыв поддержала мэрия и дачи после генеральной чистки расцвели как прежде, волонтеры, не сомневаюсь, и ночами  готовы были бы очищать город от грязи и запустения.
Но планы чиновников дальше своего носа не идут: попросить помочь собрать мусор могут, а чтобы потом вдохнуть в зеленые уголки жизнь… Да им это надо!
Названия Павлова дача или Бибердова дача на карте города присутствуют и сейчас, но ничего общего не имеют с теми пейзажами, что видели здесь наши предки всего-то сотню лет назад.
Например, в районе нынешнего Комсомольского пруда (появился на месте Архиерейского пруда) располагались дачи Антона Груби и Ивана Алафузова, князя Давлет-Гирея Бибердова. О судьбе последней, между прочим природно-заповедной территории и памятнике истории регионального значения, «Открытая» писала с десяток раз.
Каптажи над родниками заброшены, засыпан мусором пруд, исчезли каменный фонтан, романтические беседки, клумбы, чугунные фонари, концертный павильон, снесен особняк князя Бибердова, а унылый лесной пейзаж разнообразят поваленные деревья, одинокие пеньки да мусорные кучи.
Единственный защитник этого лесного участка на огромный город - это 78-летняя пенсионерка Ольга Качурина, возглавляющая общественную организацию «Патриоты Ставрополя». А мэрия делает вид, что упорно судится с некой дамочкой Аспидовой, которая давно и упорно претендует на часть дачи, чтобы построить себе тут домик, жить не тужить.
Если выйти из ворот 2-й городской больницы, территорией которой и является сегодня Бибердова дача, перейти через железную дорогу, мы окажемся еще в одном леске. Поначалу он принадлежал генерал-губернатору Емануэлю, затем крупному промышленнику Алафузову, а потом уж - купцу Ртищеву, имя которого и носит сегодня.
Это тоже памятник садово-паркового искусства, участок девственного Черного леса, через который протекает река Ташла. Богатый купец  создал каскад прудов, проложил дорожки, построил лестницы к террасным зеленым лужайкам для пикников, каптировал родники, а вход в выходные и праздничные дни открывал всем желающим.
Для увеселения установили «гигантские качели» и оборудовали «романтический грот» - своеобразную эстрадную сцену, где даже под дождем мог выступать струнно-духовой оркестр.
Сегодня пруд на Ртищевой даче обмелел, завален мусором, который обильно ссыпают сюда жители соседних дач и домов. Даже странно, что в наше время глобального просвещения можно оставаться такими дикарями уровня пещерных эпох.
Что, впрочем, не мешает использовать полянки на обрывистом берегу Ташлы для посиделок у костров.
 
Эх, наследнички!..
 
Но самое удручающее впечатление производит Павлова дача в балке ручья Карабин, впадающего в Мамайку. Благоустраивал эту публичную рощу коллежский регистратор акцизной палаты Лавр Павлов. Были здесь когда-то лесопарк с аллеями, усадьба, фруктовый сад... После смерти чиновник завещал дачу в неотчуждаемую собственность города.
Но его наследие чиновникам оказалось не нужно: ныне от инфраструктуры прошлого не осталось и следа, сравняли с землей и могилу самого Павлова. О былом великолепии этого уголка природы напоминает лишь каменная облицовка прудов и несколько полуразрушенных лестниц, по которым взбираться небезопасно.
Вся немалая территория обильно усеяна мусором - такое впечатление, будто жители окрестных домов соревнуются, кто больше сюда свезет отходов. Ручейки, пробивающиеся между кочками, отравлены окурками и шприцами, деревца опоясаны битыми бутылками и кострищами. Небольшой прудик замусорен, заилен, берега поросли сорняками.
Алафузовский прогулочный сад площадью более трех гектаров располагался у южной оконечности Ярмарочной площади, по периметру которой находились мельницы. В советское время сад уничтожили, построив рядом завод радиоэлектроламп.
Навеки утрачена Меснянкина дача площадью почти 2,5 гектара, где был фруктовый сад и облагороженный дикорастущий лес. Она находилась на месте слияния двух рек - Карабинки и Мамайки. Принадлежала она известнейшей в городе фамилии Меснянкиных, купцов и промышленников. Но сейчас вы дачу не найдете и на карте: ее место заняло садоводческое товарищество «Ясная поляна».
Такие вот наследники мы...
 
Егор ВЕСЕЛОВСКИЙ


Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий