Поиск на сайте

Чему учиться? 

► Знаниям и умениям, в которых нуждаешься сам, но которым мало где учат. 

Кто будет учить? 

► Те, кто знает и умеет, - их выберет редакция, но участие также примут и ее сотрудники,
     у которых огромный опыт,
     профессиональные награды и ученые степени . 
 

Есть ли выбор? 

► Есть! У кого конкретно хотите вы набираться ума-разума? Найдем, уговорим, упросим!  

Чему научат журналисты?  

► Четко выражать и письменно излагать мысли, правильно говорить и грамотно писать
    (нормы и особенности русского языка), умение убеждать и дискутировать,
    этика поведения, защитные реакции общения в чуждой среде,
    психология - «послушай советы»:
    как искать выход из «безвыходного положения», депрессии и одиночества,
    обрети уверенность – поверь, что для этого у тебя все есть... 
 

В какой форме занятия: 

► лекции, беседы, диалоги, дискуссии, конкурсы, обмен опытом, занимательная практика… 

Возраст? 

► По группам –  без ограничений 

С какого времени? 

► С любого!  Приходи – и включайся в процесс на любой стадии.   

СПРАВКА  

Консультации, вопросы, запись  по тел. редакции 26-60-70 в рабочие дни с 10 до 14час
Можете оставить свой телефон на сайте – позвоним 
 

ПОСЛЕСЛОВИЕ:  

Людмила ЛЕОНТЬЕВА, главный редактор «Открытой» газеты:   

Человеку надо и много, и мало – с какой стороны на это взглянуть…  

 

 
                               

Пенсионер украсил своё жилище замечательными деревянными орнаментами и скульптурами 

Дом Петра Григорьевича Музолева сразу и не заметишь. Стоит в глубине двора, укрытый зелёной листвой, да и зимой в глаза не бросается. А дом-то этот не простой, в нём живёт красота! 


А был сарайчик 

Первый раз я попал в этот удивительный дом семь лет назад и был поражен увиденным. На окнах – наличники, узорчатые, изящные. Сразу чувствуешь, что сделавший их человек обладает не только мастерством, но и художественным вкусом. 

На стенах – барельефы в виде голов животных, не просто «портреты» зверей, а художественные образы. А когда переступил порог,  обомлел: все в резных узорах – потолок, стены, зеркала – и деревянные скульптурки, панно. Терем, одним словом! 

И в этот раз впечатления те же, только еще более сильные, потому что все это время Петр Григорьевич сложа руки не сидел, а продолжал украшать свое жилище. Творил! 

А поначалу на этом месте был небольшой сарайчик, который Музолев построил как времянку на участке, который ему выделили как ликвидатору чернобыльской аварии. 

Да, была в жизни Петра Григорьевича такая страничка. Два месяца он работал на месте чернобыльской катастрофы. Господь милостив, серьезного урона здоровью не получил, хотя и жалуется на боли в костях, суставах. 

Но кто на это не жалуется в 75 лет? А ведь многих, с кем пришлось там работать, уже и на свете нет. 

А родился наш герой в Крыму. С детства в нем проявился художественный талант, как и у старшего брата, который учился на художника, прекрасно рисовал. Петр тоже поступил в училище народного творчества имени Крупской, что Москве, но после армии продолжать учебу не стал. 

Несмотря на то, что систематического художественного образования не получил, всю жизнь работал художником-оформителем. Сначала на Кузбассе, куда поехал вслед за женой, получившей туда направление после кулинарного училища. 

Там на ГРЭС был художником и хорошо зарекомендовал себя, потому его начальник, переехавший на Ставрополье, и перетащил за собой, в Солнечнодольск на Ставропольскую ГРЭС. Здесь Петр Григорьевич и проработал до пенсии. 

Была у него квартира в одной из поселковых многоэтажек. Но на земле жить нравилось больше. Думал серьезный дом построить, но не получилось по разным причинам. А вот этот временный сарайчик постепенно стал доводить до ума, пристраивал к нему комнату за комнатой. 

Сегодня в этом теремке уже их восемь. Маленькие, но уютные, как резные шкатулочки. 

Древо жизни 

На Ставропольской ГРЭС Музолев возглавлял отдел технической эстетики. Работы было полно. Он мог и маслом писать, и чеканку делать, но больше всего нравилось работать с деревом. 

- Мне нравится ощущение объема. Ни живопись, ни чеканка такого впечатления не дают, а вот дерево – да. Я вырезал и ордена на различные стенды, и эмблемы нашей ГРЭС, и, конечно, барельефы вождей, - вспоминает Петр Григорьевич. - Эмблему нашей Ставропольской ГРЭС в каких только вариантах не делал! 

Помню, для Горбачева сувенир изготовил, из красного дерева, в специальной бархатной коробочке. Ему преподнесли, когда он на нашей ГРЭС был с визитом. 

А сколько по заграницам разошлось моих эмблемок, когда наши делегации ездили в дружественные страны! 

Петр Григорьевич показывает на стенах голову быка, оленей с рогами. Бык – это одна из первых его работ. Он делал такую голову из красного дерева для холла ведомственной гостиницы, только больше, а потом и себе стамесочкой вытесал. 

Образ  срисовал с пластиковой пробки для  бутылки. Конечно, творчески переработал. 

- У меня практически нет работ, которые бы я сам полностью придумал, - рассказывает мастер. - Обычно в книге увижу интересный рисунок, а сейчас дочери в Интернете находят, мне потом распечатки приносят. 

Я начинаю перерисовывать, ну, и по ходу перерабатываю, под свой стиль, какую-то свою изюминку добавляю. Чистых копий у меня и нет. 

Вот, например, олени на стенах. Одна голова сильно похожа на реальную, как охотничий трофей, к тому же и рога натуральные. Ее мастер вырезал из склеенных досок, так как найти хорошую древесину, нужной толщины, в наших степных краях нелегко. 

А вот вторую голову, несмотря на такие же натуральные рога, решил уже стилизовать под маску. Здесь у художника больше свободы для творчества. 

Показал мне Петр Григорьевич новые работы. Это, например, фигурки добродушных дедков: один с посохом, другой – с хмельной чашей. Еще дедушка с бабушкой в обнимку. 

Чем-то все они на гномиков похожи, но при всем при этом явно русского происхождения. Глаза большие, добрые и носы картошкой. 

- А почему такие  носы-то? Чуть не на пол-лица? – спрашиваю Петра Григорьевича. 

- А кто его знает? Тоже где-то срисовал основу, а потом творчески переработал. Как говорят художники, я так вижу, объяснить толком не могу, почему. 

Понимаю. У знаменитого Михаила Шемякина большинство героев тоже носатые. Только те носы длинные заостренные, оттого лица злые, коварные выходят. А в доме Музолева все дышит теплом и добротой. 

- Я почему дерево люблю? Не только за объемность. Оно же теплое, живое, несет в себе положительную энергетику, - говорит Петр Григорьевич. - Особенно в липе много этой доброй энергии, это лучший материал для резчика. 

Конечно, красное дерево - это высший пилотаж. Я когда на ГРЭСе работал, ездил в Карачаево-Черкесию, в Зеленчукскую, в Курджиново, там на мебельных фабриках красное дерево было, из него шпон делали, а я отходы за бесценок скупал. 

Все, что у меня в доме из красного дерева есть, это там было куплено. Тех фабрик давно уже нет, потому и дерева красного тоже не стало. Сейчас обхожусь в лучшем случае буком, орехом, а чаще всего – сосной. 

Дзержинский живее Ленина 

Прошу Петра Григорьевича вспомнить какие-нибудь интересные истории вокруг его ремесла. Но мастер немногословен. 

- Да, я тебе тот раз все рассказал. Как начальникам нашим дома оформлял, помнишь, даже видео показывал. Но все это по необходимости делал. Творчество, конечно, но я по обязанности не люблю ничего делать. Поэтому из меня бизнесмен никакой, хотя, конечно, можно было бы этим ремеслом и зарабатывать. Я лучше человеку подарю свою работу, так оно приятней. 

Петр Григорьевич долго раскачивался, потом все-таки вспомнил. 

- Я в свое время в райком двери чуть ли не ногой открывал, потому что всем секретарям в кабинеты барельефы Ленина делал. 

Ну, думаю, так и имя свое обессмерчу, Ленин-то живее всех живых, на века! А где теперь Ильич? Дзержинский оказался более живучим. 

Я тоже много его барельефов милицейским начальникам сделал. Федору Богословскому, тогдашнему начальнику РОВД, в частности.  Так он, когда его в другой район перевели, мне нового Феликса Эдмундовича заказал. 

С тех пор мы с Федором приятели. Кстати, Дзержинские мои долго в кабинетах силовиков висели, может, где и сейчас остались? 

Ну а сейчас творчество Петра Григорьевича на идеологическом фронте не востребовано. Оно могло бы пригодиться нынешним бизнесменам, которые на берегах Новотроицкого водохранилища строят базы отдыха, кафе. 

Но они предпочитают дереву, что попроще – пластик и металл, евроремонт, короче. Может, и функционально, но бездушно. А в дивный терем Петра Григорьевича они и не заглядывают. Ему, собственно, заказы и не нужны, а вот для тех, кто просто любит красоту, его дом всегда открыт. 

Сергей ИВАЩЕНКО 
Фото автора 
пос. Солнечнодольск,  
Изобильненский городской округ 

Добавить комментарий



Поделитесь в соц сетях