Поиск на сайте

 

 

Памятник архитектуры – дом купца Алафузова – мэрия Ставрополя довела до дикого запустения. И на этих руинах
живут люди   

 

История этого особняка насчитывает почти полтора века. В 1880 году по заказу одного из богатейших людей города Ивана Алафузова на Воронцовской улице  архитектор Георгий Прокопец построил двухэтажный дом с мезонином (нынче проспект Октябрьской Революции, 21). В дореволюционные годы здесь была частная картинная галерея, затем публичная библиотека.
Если смотреть на дом Алафузова со стороны бульвара, душа радуется: аккуратно выкрашенные стены, новенькие резные балкончики. Поневоле зауважаешь чиновников мэрии: ай, молодцы, как заботятся об архитектурном облике города! Но достаточно заглянуть за угол – и вы обомлеете: домишко-то, оказывается, развалюха, за потемкинским фасадом скрывается жуткое запустение. 
Последний капремонт здание видело в 1911-м, когда сюда переезжала библиотека. После революции, когда большевики, желая вытравить всякую память о буржуазном прошлом города, исторический особняк «нарезали» под квартиры рабклассу. Пролетарии должны были радоваться уже самому факту обладания собственным жильем, да еще в таком классном месте, – и ремонт им не полагался.
Нынче же купеческий особняк прогнил почти до основания: дверные и оконные проемы перекошены, так что даже не открываются, кирпичная кладка и штукатурка отваливаются кусками, от сырости просел цоколь, развалились парапеты и карнизы. Еще жутче становится, когда зайдешь внутрь здания: в потолках и стенах трещины в палец толщиной, деревянные стены второго этажа и мезонина сожрали гниль и жучок-древоточец.
Темень на лестницах, на чердаке, на кухне, некоторые комнаты вообще не имеют окон. Зимой хлипенькие деревянные стены промерзают настолько, что внутри выпадает конденсат и расцветает плесень. Налетит порыв ветра – и вся эта конструкция, кряхтя и постанывая, колышется, грозя обвалиться тебе на голову. Стропила на чердаке изогнулись настолько, что через образовавшиеся прорехи в крыше можно изучать звездное небо. Деревянные доски в полах прогнили насквозь, обнажая зияющую пустоту. 
Думаете, можно в таком доме жить?! Администрация Ставрополя уверена: очень даже можно. Прописано здесь десять человек. И долгие годы эти несчастные люди обивали пороги разных ведомств, требуя предоставить им нормальное жилье.
Поначалу даже были подвижки. Еще в октябре 2005 года решением тогдашнего мэра Дмитрия Кузьмина дом был признан непригодным для проживания: его предстояло снести, а всем ютящимся здесь жильцам предоставить новенькие квартиры за счет бюджета.
Правда, скрипучая чиновничья машина оборачивалась до ужаса медленно. Новая весточка прилетела жителям лишь спустя два года – начальник жилищного управления мэрии Олег Максименко обнадеживал их: мол, вот-вот расселение начнется, ждите...
Минуло еще два года. И вдруг люди узнали, что росчерком пера губернатора Валерия Гаевского пресловутый дом №21 вычеркнут из перечня зданий, подлежащих расселению.
Нет, он не перестал вдруг быть аварийным и непригодным для проживания. Просто какой-то чиновник краевого правительства вдруг вспомнил: оказывается, здание давным-давно включено в Федеральный реестр памятников истории и культуры. То есть сносить его нельзя.
Возмущенные жильцы принялись писать письма во все известные им инстанции, а чиновники – эти заявления «футболить» друг другу. Например, краевой комитет по ЖКХ ответил жителям: пускай, мол, вашей проблемой занимается мэрия Ставрополя, ведь это она обязана следить за жилищными условиями своих граждан. Мэрия ловко парировала: дескать, пускай Минкультуры края реконструирует здание-памятник – вот тогда никого и расселять не придется.
Минкультуры тоже включилось в игру «кошки-мышки»: на реконструкцию нет денег, да и вообще, тронешь деревянный особняк – он и развалится. Короче, после многомесячной изнурительной переписки чиновники выдали людям «рецепт»: ремонтируйте-ка свой дом за свои кровные. Или покупайте себе новые квартиры.
Но ни на ремонт, ни уж тем более на покупку нового жилья денег у людей нет. Живут в обшарпанном особнячке пенсионеры, инвалиды, молодая мамочка с крохой. В общем люди социально незащищенные, над которыми чиновники считают возможным измываться, как вздумается.
Самому пожилому из жильцов – Федору Володину – уже девятый десяток. Он прошел всю войну, и вот теперь, на склоне лет, вынужден снова воевать за свое человеческое достоинство – только уже не с оккупантами, а с бюрократической армадой.
В поисках справедливости жители дошли, наконец, до Ленинской прокуратуры Ставрополя. Надзорники оказались единственными из государевых людей, кто вступился за жильцов: прокуратура обратилось в суд с иском к мэрии, требуя вне очереди предоставить шести семьям нормальные, человеческие квартиры.
Октябрьский суд, впрочем, исковые требования удовлетворил лишь частично, обязав мэрию выделить не шесть, а пять квартир. Прокуратура требовала двух отдельных квартир для большой семьи Удовиченко, включающей шесть человек, но Фемида почему-то рассудила: хватит им всем и одной комнатушки.
Так что надзорному органу пришлось обжаловать судебное решение в кассационной инстанции, рассмотрение дела еще не окончено. Но главное, что вопрос с расселением дома уже принципиально решен.

 

Сергей ЕВСЕЕВ

 
Р.S.

Когда статья готовилась к печати, стало известно, что администрация Ставрополя также обжалует решение Октябрьского райсуда. Чиновники считают, что жители пресловутой развалюхи не имеют права получать новое жилье за бюджетный счет - это, мол, может привести к их «незаконному обогащению». Нет, ну каков цинизм!



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий