Поиск на сайте

 

 

Популярный актер Игорь Петренко рассказал «Открытой», что очень требователен в работе и совершенно неприхотлив в жизни

 

На прошлой неделе в Ставрополь привезли спектакль «Ленинградский романс», поставленный по пьесе Александра Арбузова «Мой бедный Марат». Это нежная и трогательная история любви трех молодых людей, которая произошла в блокадном Ленинграде. Главную роль в спектакле исполняет любимец российских женщин, актер, входящий в список 100 самых красивых людей России, Игорь Петренко. Актер приехал к нам с супругой – актрисой Екатериной Климовой, – которая также занята в «Ленинградском романсе». 
Добродушное лицо, приятная улыбка – таким зрители привыкли видеть Игоря на экране. Ведь герои Петренко в основном положительные, за исключением, пожалуй, Печорина из одноименного телесериала. Снимали этот фильм в Пятигорске, Петренко два месяца жил на КМВ, и о нашем крае у него остались самые теплые воспоминания.
С Игорем мы встретились на ступеньках краевого театра драмы, где он запросто общался с поклонникам и раздавал автографы. Я познакомилась с Петренко семь лет назад на фестивале «Кинотавр», когда на всю страну прогремел фильм «Водитель для Веры», где он исполнил главную роль, и тогда я взяла одно из первых интервью у тогда еще малоизвестного актера. Было очень приятно, что Игорь узнал меня и с радостью согласился на эксклюзивное интервью.

 

– Игорь, когда мы с вами встречались пару лет назад на «Кинотавре», вы сказали, что если у вас не будет конкурсной картины, на этот фестиваль больше не приедете. И слово держите.
– Я очень люблю «Кинотавр». У меня многое связано с этим фестивалем. Но считаю, что ездить туда надо только в том случае, если картина принимает участие в конкурсе. Отдохнуть там не получается: ты постоянно находишься под прицелом объективов папарацци, не можешь расслабиться, уединиться. Поэтому если будет с чем приехать, то приеду. А эти бесконечные ночные тусовки я совсем не люблю. 
К тому же на фестивале все стоит весьма недешево, и за те деньги, которые я потрачу в Сочи, можно прекрасно отдохнуть где-нибудь за границей. К примеру, прошлым летом мы с семьей выезжали в Одессу, сняли там домик прямо на берегу моря и великолепно отдохнули.
– На днях на экраны страны вышел фантастический боевик «Запрещенная реальность», снятый по роману Василия Головачева «Смерш-2». В фильме вы исполнили главную роль суперагента Матвея Соболева. Картина с огромным бюджетом, но многим зрителям она не очень понравилась. Вам-то самому фильм нравится?
– Я картину, к сожалению, не посмотрел. Но могу сказать, что для меня этот фильм был очень необычным по работе и оставил только светлые воспоминания. Поэтому, даже если картина провалится в прокате, я не расстроюсь, мне-то она нравится. 
С людьми,  которые работали на съемочной площадке, у нас сложилась отличная команда. А вообще «Запрещенная реальность» была спортивным праздником для меня. Все каскадерские трюки я исполнял сам. И в ледяную воду нырял, и с огромной высоты прыгал. Чувствовал себя супергероем, который спасает мир. 
– В «Запрещенной реальности» вы вновь снимались с Владимиром Вдовиченковым, с которым до этого работали в «Тарасе Бульбе». Случайно так получилось?
– Да, это было просто совпадение. Но кроме того, что мы с Володей играем  вместе, мы еще и отличные друзья по жизни. 
– Вы прекрасно воплотили на экране один из самых сложных образов в российской литературе - Григория Печорина. Сложно он вам давался?
– Непросто. Пришлось провести много бессонных ночей с сигаретой, размышляя над этим непростым персонажем. Я обязательно ищу какие-то точки соприкосновения героя с самим собой, чтобы как-то для себя оправдывать то, что в кадре делает мой персонаж.
Но это необязательно должен быть мой прототип. Сыграть можно любой характер, другое дело, что я все равно буду пропускать этот образ через себя, через свои чувства и эмоции.
Очень важно взаимопонимание с режиссером. Важно то, насколько он сумел объяснить и донести до актера, как он видит этого героя. Из синтеза этих понятий и рождается образ: если удается найти точки соприкосновения с характером, с режиссером, то персонаж получается живой.
– Вы знаете, в Ставропольском театре драмы тоже недавно поставили «Героя нашего времени»...
– Да что вы! Это произведение очень сложное, там мало динамики, зато много рассуждений, философствований героя. Как со сцены все это подавать, не представляю!  Театральная постановка «Героя нашего времени» – это очень и очень непростая работа. И я желаю ставропольским актерам удачи. Я бы сам с удовольствием посмотрел этот спектакль, если бы была возможность.
– Вы сейчас заняты в каких-то постановках, кроме «Ленинградского романса»?
– Нет. Я, наверное, больше киношный актер. К театру отношусь как-то настороженно, честно признаться, не очень люблю играть на театральных подмостках. Мне много предлагают сценариев спектаклей, но я отказываюсь. Хотя понимаю, что это мой заработок. А я в средствах ограничен - живу на съемной квартире с тремя детьми.
Вообще, я очень щепетильный человек в оценке ролей, которые мне предлагают. Мне очень важен материал, важны партнеры по сцене, важно режиссерское решение, которое обязательно должно совпадать с моим пониманием образа, моим внутренним настроем. Если меня что-то не устраивает, я сразу отказываюсь. Может быть, поэтому меня мало зовут сниматься. 
Театр для меня храм, куда я прихожу очищаться. А что касается постановки «Ленинградский романс»», то ее я безумно люблю. Хотя уже давно ушел из жизни первый режиссер-постановщик этого спектакля Анатолий Эфрос, мы, актеры, пытаемся сохранить его дух. Каждый раз, когда играю в этой постановке, открываю для себя что-то новое.
– Вам самому какие ближе фильмы? Блокбастеры смотрите?
– Конечно, смотрю. Иногда хочется просто зрелища, за которое не жалко заплатить деньги. Руководствуясь подобным желанием, люди ходят в цирк, на шоу, на комедии, на мюзиклы. Потому что это красиво, это завораживает, это здорово. И зрелищные ленты нужны. 
Безусловно, параллельно с ними нужны и фильмы, которые не будут подавлять своим визуальным рядом, спецэффектами и над которыми нужно размышлять. Кино должно быть разным. И у каждого есть своя публика. 
Я еще не слышал, чтобы какой-то фильм нравился абсолютно всем. Кому-то не хватает по жизни зрелищ, кому-то – эмоций, кто-то хочет видеть в картине одно, кто-то – другое. Причем в разные моменты жизни может не хватать разного.
– Вот вы на экране в основном играете положительных героев...
– В нашей стране не берут актера на какую-то роль только потому, что она укладывается в его амплуа, как на Западе. У нас кто за меньший гонорар согласится играть, тот и утвержден: если совпало – хорошо, не совпало – ну, ничего страшного. 
 Вот у меня был единственный случай, когда режиссер фильма «Звезда» Николай Лебедев отстаивал именно мою кандидатуру на роль лейтенанта Травкина. И не зря отстаивал, потом я получил Государственную премию за эту роль. 
– В «Тарасе Бульбе» вы сыграли предателя Андрия. Как работалось с очень сложным режиссером Бортко?
– Вот, кстати, Андрий – это уже более романтический герой и потому новый для меня образ. Работа над фильмом была непростой, было очень много споров и разногласий с режиссером. Я прекрасно понимаю, что Владимир Владимирович – мастер, и для меня честь работать с этим человеком. Но при этом я имею право на свое видение.
– Вы очень ярко сыграли в «Водителе для Веры». Бывает, что к актеру намертво прилипает какая-то маска и его приглашают на одни и те же роли…
– Я не чувствую такой проблемы. Я могу отказаться от роли, которую считаю для себя повтором. Не потому, что боюсь срастись со своей маской, а потому что мне неинтересно копаться в проблемах персонажа, которого я уже хорошо знаю. Кроме того, я прекрасно понимаю, что есть роли, на которые меня не пригласят.
– А как вы считаете, актеру характерная внешность может мешать при выборе роли?
– Думаю, да. По крайней мере, в «Звезде» меня не хотели снимать как раз из-за того, что внешность была слишком положительная. Полагали, что эта драматическая роль не для меня.
 После «Звезды» эта же история повторилась и с фильмом «Кармен». Режиссера картины Александра Хвана уговаривала взять меня на роль практически вся съемочная группа. На съемках «Водителя для Веры» тоже возникли проблемы, мне даже немножко светлили брови, чтобы упростить образ. 
– Недавно вы попробовали себя еще и в качестве ведущего программы «Всемирная энциклопедия предательств» на канале ТВЦ...
– Отличная программа. Наш проект не похож на другие, потому что у нас нет строго определенного стиля повествования в кадре. И за это наверняка критики, которые привыкли к академизму в телевизионной документалистике, будут нас ругать.
Стиль «Энциклопедии» эклектичен. Есть драматические куски, где я переживаю за героя, о котором рассказываю. Есть комедийные сценки, есть даже хулиганские! Сразу становится ясно, что я не просто ведущий. Временами я рассказываю некую историю так, как рассказал бы ее кому-то из своих близких. 
В каких-то эпизодах я один из участников истории, в других – ведущий, а где-то – актер. Многие решения образов рождались прямо на съемочной площадке. Так что работа была очень интересной и познавательной для меня.

 

Беседовала
Элла ДАВЫДОВА



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий