Поиск на сайте

 

 

Почему несистемная оппозиция в России терпит политические неудачи?

 

В преддверии грядущего «большого избирательного цикла» (выборов парламента и президента) оживились разномастные политики. Минюст России оказался завален заявлениями от общественных движений, желающих зарегистрироваться в качестве полноценных партий. В их числе весьма экзотичные, например, «Монархическая партия «Самодержавная Россия» или исповедующая мистицизм партия «Курсом правды и единения» (КПЕ).
Однако наиболее громким оказалось создание новой право-либеральной «Партии народной свободы «За Россию без произвола и коррупции» (ПАРНАС). Она появилась как коалиция четырех движений несистемной оппозиции – незарегистрированной партии «Народ за демократию и справедливость» (Михаил Касьянов), ликвидированной Республиканской партии России (Владимир Рыжков), движения «Солидарность» (Борис Немцов) и отколовшегося от него «Демократического выбора» (Владимир Милов).
Самым важным фактом стало то, что ради создания коалиции объединили усилия лидеры несистемной оппозиции, которые еще вчера яростно ругались. Из ярких либеральных политиков участвовать в ПАРНАСе отказался только Гарри Каспаров, лидер «Объединенного гражданского фронта».
Главными акциями новой коалиции стали протестные митинги в крупных городах против политики кремлевского «тандема», а также издание доклада «Путин. Коррупция» астрономическим тиражом в 400 тысяч экземпляров. Всего за несколько месяцев было создано больше 60 региональных отделений ПАРНАСа, в том числе и на Ставрополье (его возглавил экс-мэр Буденновска Николай Ляшенко).
В конце мая движение подало документы в Минюст для регистрации в качестве полноценной партии, однако демократам было отказано: дескать, приписали себе слишком много «мертвых душ». Чем займется коалиция теперь, «Открытой» рассказывает один из ее лидеров, член бюро федерального политсовета движения «Солидарность» Денис БИЛУНОВ.

 

– Денис, будете обжаловать отказ Минюста?
– Да. На днях конференция партии, на которой были представители всех регионов, приняла такое решение. Мы сразу были готовы к отказу Минюста. Очевидно, что в легальное политическое поле ПАРНАС никогда бы не был допущен. Об этом говорит и опыт других партий, куда более вегетарианских (например, «Партии дела», представляющей интересы аграрного бизнеса), которым также было отказано в регистрации.
– Их-то почему Кремль боится?
– Кремль вполне устраивает устоявшаяся политическая система с семью официальными партиями. А любой «новичок», даже самый лояльный, вдруг может выкинуть фортель и выйти из-под контроля, как было, например, с рогозинской «Родиной».
Собственно, ПАРНАС изначально был техническим проектом, необходимым, чтобы заставить людей подняться с дивана. Ведь многие россияне еще живут иллюзиями относительно возможного «либерализма» нашей политической системы – даже в федеральном политсовете ПАРНАСа некоторые члены до последнего верили, что нас зарегистрируют. Но нам важно было показать невозможность действовать законными методами, после чего логичен переход уже к «уличным» формам протеста.
– Зато регистрацию получило «Правое дело», с недавних пор даже заимевшее нового лидера, который обещает взять второе место на выборах в Госдуму.
– «Правое дело» – не оппозиция. Думаю, Прохоров в качестве лидера партии просто выбран «Единой Россией» в качестве спарринг-партнера на думских выборах. Ему есть, что припомнить, например, инициативу внедрения в России 60-часовой рабочей недели. Выстраивается вполне логичная по предвыборным меркам конструкция: Прохоров – злой олигарх, а единороссы – защитники трудового народа. Понятно, что обещания «Правого дела» взять более 20% мест в новой думе утопические, максимум, что они получат, – 5-7%, то есть будут довольствоваться парой «приставных» кресел.
– Верховные дипломаты Евросоюза и США уже заявили, что озабочены отказом Минюста в регистрации ПАРНАСа: мол, Россия идет вразрез со взятыми на себя демократическими обязательствами.
– Вряд ли реакция Запада будут иметь какой-то ощутимый результат для нашей партии. Например, ликвидированная в 2006 году Республиканская партия Владимира Рыжкова прошла все инстанции, вплоть до Европейского суда по правам человека, который признал, что их ликвидация была необоснованна. Но назад-то уже ничего не «откатать», партию не вернешь…
– Вы сказали, что ПАРНАС – это чисто технический проект. Значит ли это, что у вас нет общей идеологии?
– Абсолютно не значит! Напротив, это объединение идейно близких людей, которые разделяют общие ценности – западные, либерально-демократические. Мы убеждены, что Россия должна стремиться к европейским стандартам социальной защищенности, прав человека, экологии, образования, судебной системы, а в средне- или долгосрочной перспективе – вступить в Евросоюз.
– Но мы-то в совершенно другом направлении движемся!
– Действительно, последние лет десять Россия идет к созданию восточной сатрапии, построенной, упрощенно говоря, на принципах феодализма. Один из таких принципов – кастовый. Представителям «высшей касты» – чиновникам, судьям, прокурорам – можно попирать права представителей «низшей касты» – обычных людей.
Вот вспомните последний скандал – когда губернатор Иркутской области Дмитрий Мезенцев опаздывал на самолет, и ради него рейс задержали на час. Он, правда, потом извинился, но разве это что-то меняет?!
Этой «псевдоэлите» разрешено все, вплоть, кстати, до убийства. Сколько известно случаев, когда чиновники на служебных иномарках давили или калечили людей, а потом уходили от ответственности. Более того, виновниками ДТП зачастую признавали их жертв.
– Отдаление России от европейских ценностей необратимо?
– Нет, на общем негативном фоне вижу и некоторый позитив. Например, набирает силу одна из форм общественного контроля над номенклатурой – Интернет. Сегодня даже для самого закоснелого чиновника будет неприятно, когда его «разложит» блоггер-тысячник. И «раскладывают» ведь, и реакция есть.
Причем даже самая жесткая, негативная реакция – это уже показатель того, что чиновники опасаются публичности. В этом плане показательна история псковского губернатора Андрея Турчака, которая разошлась по всей русскоязычной блогосфере. Блоггер Олег Кашин грубо обозвал Турчака, губернатор потребовал от того извинений. Конечно, дело не в том, что надо непременно приложить крепким словом, но показательно, что губернатор отреагировал.
И причем все больше случаев, когда реакцией на критику в прессе и Интернете становятся не просто слова, а реальные действия – проворовавшихся или хамоватых чиновников правда снимают. Пока что мелких, самых безобидных. Но ранг постепенно повышается.
– А критику Запада Кремль всерьез воспринимает?
– Ну конечно! Это только на словах МИД отреагировал на заявление Госдепа США по поводу отказа в регистрации нашей партии: мол, сами разберемся. На самом деле подобные заявления и действия Запада для наших чиновников крайне болезненны.
Вспомните, например, «список Магнитского». США и Евросоюз вполне уже готовы ввести визовые и экономические санкции против российских чиновников, которые «запятнали» себя связью с пытками и смертью Сергея Магнитского. В списке уже 60 фамилий, и в их числе, например, глава Следственного комитета РФ Александр Бастрыкин и председатель Мосгорсуда Ольга Егорова.
Поверьте, это будет очень серьезный удар для российских чиновников. Появление такого списка – действенная мера против конкретных людей, которые слишком верят в свою безнаказанность. Кстати, к разработке и принятию этого списка немало усилий приложили и лидеры «Солидарности» и ПАРНАСа: ездили в Америку и Европу, убеждали конгрессменов и евродепутатов.
– Но вы и вправду думаете, будто американская критика способна реально изменить ситуацию в стране?!
– Отчасти да. Хотя чиновники, конечно, больше боятся растущего внутреннего недовольства. И его рост связан с пороками выстроенной в стране системы управления.
Главная претензия и нашей партии, и оппозиции в целом к политической системе Путина – ее неэффективность. В привычных условиях «вертикаль власти» еще хоть как-то может работать, а вот когда происходят некие внештатные ситуация (типа социального конфликта в Пикалево, прошлогодних летних пожаров или аварии на шахте «Распадская» в Кузбассе), местные чиновники уже не справляются, туда приходится срочно лететь Путину и все разруливать в «ручном режиме».
– Это всё из-за коррупции?
– Во многом да. Причем это особенно заметно на низовом уровне. Допустим, какой-нибудь начальник РОВД или ЖЭУ ведет свои дела так, что живет не хуже солидного бизнесмена, не прилагая к этому никаких усилий. При этом он полностью разучился работать «руками», что чаще всего и нужно во внештатных ситуациях.
– Ну а ПАРНАС сможет что-то изменить в российской действительности? Не довлеет над вами груз прежних ошибок и неудач?
– Нет, не довлеет. Мы решили начать с чистого листа: наши лидеры не оглядываются на прежние конфликты, которые существовали в стане несистемной оппозиции. А добились мы уже многого, что бы ни говорили наши политические противники.
Например, «Солидарность» ярко показала себя на выборах мэра Сочи и в Мосгордуму. Мы издали несколько экспертных докладов: «Путин и «Газпром», «Путин и кризис», «Сочи и Олимпиада», «Лужков. Итоги», «Путин. Коррупция». Это очень мощные по эмоциональному воздействию брошюры, которые действительно открывают людям глаза на происходящее в стране, избавляя их от опасной иллюзии благостности.
– ПАРНАС – партия традиционного типа?
– Смотря, что понимать под «традициями». Например, «Солидарность» развивалась как коалиция региональных организаций, участники которых в состоянии действовать самостоятельно, без директив и поддержки из центра. Централизованные структуры, созданные на деньги лидеров и для лидеров, не смогут добиться многого. Нужна сетевая межрегиональная организация, участники которой заинтересованы не столько в общем лидере, сколько в общем бренде. Это, если хотите, своего рода политическая «франшиза». И я надеюсь на понимание этого людей, пришедших в ПАРНАС.
– Но разве сетевая организация будет эффективна? Разве вы заведомо не «отпугиваете» часть людей, которые, вступая в ПАРНАС, надеются именно на поддержку сверху?
– Поверьте, сетевая организация даже более эффективна, чем централизованная. У нас есть масса положительных примеров работы с автономными протестными организациями в регионах, которые просто включаются в орбиту ПАРНАСа. Например, в Калининграде наше региональное отделение появилось на волне протеста против повышения транспортного налога, в Иркутске – против загрязнения Байкала...
Скажем, когда на рядовой митинг в Хакасии, направленный против строительства вредного кремниевого завода, прилетел один из наших сопредседателей Борис Немцов, это сразу придало событию федеральный масштаб.
– Ну а как вам последние предложения Медведева по децентрализации власти: мол, пора «раскручивать» затянутые Путиным гайки?
– Я нисколько не питаю иллюзий относительно инициатив президента. Все эти разговоры про модернизацию и децентрализацию – не более чем пустая болтовня, за которой нет никаких реальных действий.
Решение насущных проблем в регионах остается в руках неравнодушных активистов. Причем ситуация изменится, только когда гражданское общество сумеет вести с властью диалог с позиции не просителя, а силы. И для этого нужны организации, объединяющие людей по всей России. Надеюсь, что «Солидарность» и ПАРНАС приближают нас к решению этой задачи.

 

Беседовал
Антон ЧАБЛИН



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий