Поиск на сайте

 

 

Родственники задержанных по «делу Железнякова» провели в Ессентуках пикет

 

«Открытая» уже сообщала  ранее («Огонь по жертвам»,  №28 от 18 июля 2012 г.), что в расследовании уголовного дела в отношении бывшего полицейского Предгорного  ОВД Анатолия Железнякова, расстрелявшего посетителей ночного кафе в Ессентуках, возник неожиданный поворот. Трое ребят, Георгий Афанасов, Павел Позов и Виктор Харибов, получившие по несколько пулевых  ранений  от пьяного опера, неожиданно превратились в обвиняемых. Две недели назад Ессентукский городской суд избрал им меру пресечения.

Возмущенные родственники арестованных мальчишек, очевидцы событий той ночи и их вчерашние одноклассники провели на минувшей неделе в Ессентуках протестный пикет за честное следствие.
На пикет собралось около 150 человек. На рукописных плакатах – вопросы к следствию:
- Из чьего пистолета стрелял Железняков?
- Железняков  - офицер полиции.  Где результаты служебной проверки?
- Что делала полиция Ессентуков, приехавшая на вызов?
- Почему следователи  не опрашивали раненых почти месяц?
- Почему  не сделали сразу экспертизу?
Чем же вызван такой неожиданный поворот в расследовании резонансного дела?  10 месяцев  назад все  следственные органы твердили обратное – пострадавшие от выстрелов Железнякова были известны, а вот в результате чего он получил свои «тяжкие телесные повреждения», следствие информацией не обладало. Какие такие новые факты и обстоятельства выявлены следствием, которые позволили следователю прийти к выводу о необходимости избрания меры пресечения для пострадавших подростков – заключение под стражу?
Пикетчики демонстрировали всем желающим поразительные по стилистике и содержанию документы, представленные следователем краевого  управления Следкома Н.В. Бекетовым в суд, в обоснование своей просьбы об избрании меры пресечения подозреваемым в совершении тяжкого преступления – избиении  вооруженного опера Железнякова несовершеннолетними.
«...Реализуя совместный преступный умысел, Афанасов Г.Н., действуя умышленно, осознавая факт присутствия в кальянном зале гостиницы «Русь» группы граждан, предвидя возможность воздействия на данных лиц в результате совершения хулиганских действий, желая наступления общественно опасных последствий своих действий с целью нарушения общественного порядка, выражая явное неуважение к обществу, продиктованное желанием противопоставить себя окружающим, нарушая общепризнанные правила поведения в общественном месте и демонстрируя пренебрежительное отношение к общественным нормам морали и нравственности, грубо нарушая общественный порядок, подошел к танцующим в кальянном зале ранее не знакомым ему Железнякову А.В. и Рейхерт К.Г. и, желая противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное отношение к ним, столкнул их между собой головами, сказав при этом «Поцелуйтесь».
- Оказывается, прийти вместе в кафе – это уже вступить в совместный «сговор» на совершение хулиганства, столкнуть лбами танцующую парочку – это «желание наступления общественно опасных последствий», а если еще при этом сказать «Поцелуйтесь», то это пренебрежительное отношение к общественным нормам морали и нравственности! – говорит Николай Афанасов, отец несовершеннолетнего Георгия Афанасова.
- А кинувшийся после первого раненого к Железнякову Позов, оказывается,  «продолжал реализовывать преступный умысел по совершению хулиганства»! – добавила организатор пикета Алла Харибова, мать  несовершеннолетнего  Виктора  Харибова.
Откуда такие выводы у следователя, когда он не представляет в суд никаких документов в обеспечение их доказательств – доказательств того, что вчерашние школьники представляют опасность для общества, а не пьяный коп со стреляющим пистолетом? В деле - ни протоколов допроса подозреваемых и пострадавшего, ни результатов экспертизы - одни  постановления следователя.
- Предвзятость следователя чувствуется сразу. Как только о ребятах, так «преступный умысел», «сговор». А когда речь идет о Железнякове, то просто «причинил огнестрельную пулевую рану», «произвел движение руками вперед», «оборонялся от общественно опасного посягательства на свою жизнь», - рассуждает Вера Чопозова, жительница станицы Ессентукской.
- Никаких новых свидетелей по делу допрошено не было, каких-либо других неоспоримых доказательств не представлено. Что стало истинной причиной резкого поворота  курса следствия? - задается вопросом  Виталий Харибов, отец и представитель в суде своего  несовершеннолетнего сына.
- Да ребята просто пытались обезоружить вооруженного огнестрельным оружием бандита, - говорит Лазарь Спирлиев, одноклассник Виктора Харибова и очевидец событий той ночи.
Вопросы к следствию по «делу Железнякова»  наша газета уже задавала 10 месяцев назад, когда впервые рассказывала об этих событиях.   И эти вопросы очень похожи на те, которые сегодня задают пикетчики. Мы даже  предупреждали, что «нас может ждать вторая «Манежка»...  Разумно ли доводить до такого?» (№40 от 12 октября 2011 г. - «У нас может повториться «Манежка»).
Как говорит местный  правозащитник Павел Кюльбяков, дело тут вовсе не в национальной принадлежности жертв «бытовых конфликтов», о которой говорят в последнее время слишком часто,  много вопросов к следственным органам накопилось не только у потерпевших от рук Железнякова.
На организованный пикет приехали и родственники убитого в январе нынешнего года 35-летнего Юрия  Иванова из Новопавловска Кировского района. Уголовное дело по его убийству следователи   пытались закрыть уже несколько раз.
Приехала на пикет и пожилая пара курдов из Предгорного района – их сына    Сергея Мамои убили еще в 2009 году. Без отца осталось четверо детей.  Убийц до сих пор не нашли.
А летом прошлого года в центре Ессентуков среди бела дня автоматной очередью расстреляли  их младшего сына. Родители утверждают, что преступники – те же, из криминальной группировки Мусалаева. Но все они до сих пор на свободе.

 

Елена СУСЛОВА



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий