Поиск на сайте

 

 

Опубликованная в нашей газете ровно два года назад статья «Ленточка для прокурора» (№38 от 28.09. 2005 г.) стала настоящей сенсацией и откровением для ставропольского общества, впервые узнавшего о мрачных тайнах краевой прокуратуры, возглавляемой В. Калугиным. При нем это ведомство превратилось в орган неправедных уголовных репрессий, масштаб которых в крае был поистине сногсшибательным.
Но и до этого «Открытая» газета иллюстрировала прокурорско-милицейский беспредел многочисленными журналистскими расследованиями, вызывая ярость руководителей надзорного органа. Высокопоставленные мстители возбудили против редакции около десятка (!) гражданских и уголовных дел. Они благополучно рассыпались после того, как беспредельщиков в синей форме таковыми, по сути, назвали проверяющие из бригады Генпрокуратуры, пораженные тем, что открылось им в запущенном «хозяйстве» прокурора В. Калугина, а затем и сменившего его С. Голованева. Итоговые справки о беззаконной деятельности этих прокуроров, которых затем тихо убрали из надзорной системы, не то что широкой публике, даже жертвам неизвестны.
Тем более важной и ценной для самосознания ставропольского общества была та откровенная и искренняя публичность, с которой загнивавшую надзорную систему рискнул показать изнутри в «Ленточке для прокурора» бывший ее главный кадровик, экс-прокурор Ленинского района, почетный работник прокуратуры РФ Василий Тихонюк.
Сегодня он вновь возвращается к теме «небожителей», использовавших свои огромные должностные полномочия во вред государственным интересам, способствовавшим кризису веры населения в правоохранительные, надзорные и судебные структуры.

 

- Вспомним, Василий Анатольевич, как та беседа с вами, изложенная в «Ленточке для прокурора», породила беспрецедентный факт: Калугин самолично подписал исковое заявление к вам и к нашей редакции о защите чести и достоинства...
- Хорошо помню содержание того иска, вызвавшего изумление отсутствием всякой аргументации в опровержение изложенным в статье фактам о том, что творилось при нем, а началось еще при его предшественнике Адельханяне.
Полным ходом шел кадровый разгром прокуратуры - царила вакханалия унижения, травли, массовых увольнений наиболее опытных, самостоятельных, инициативных работников. Среди оставшихся нагнеталась атмосфера страха, слепого подчинения воле того, чьим главным наказом было требование широко применять уголовные репрессии.
Репрессии применялись особенно рьяно в отношении тех руководителей предприятий, к которым проявляли интерес «третьи лица». Попавших под этот «интерес» людей разоряли, бросали в СИЗО, чтоб были сговорчивыми и отказались от собственности, своих конституционных прав...
Но не все состоятельные граждане боялись грозного прокурора. Кому-то из местных олигархов Калугин самолично перерезал ленточку на открытии его нового производства, давая отчетливый знак благоволения надзорного органа к конкретному субъекту.
- В удовлетворении иска суд Калугину тогда отказал...
- Даже при том, что суды часто шли у прокуратуры на поводу, бездоказательный иск заведомо не имел судебной перспективы - это была агония человека, все еще полагавшего, что его генеральские погоны - вечный пропуск в сонм «небожителей», на которых уже не распространяются никакие законы, никакие правила человеческого общежития.
Вскоре проверка Генпрокуратурой его «художеств» подтвердила наши выводы стопроцентно. Только вот психология «небожительства» оказалась для ведомства заразной.
- И кто, так сказать, явился основоположником этой психологии и управленческого стиля?
- Первыми «небожителями» в органах прокуратуры в конце 90-х – начале 2000-х годов стала группа выходцев с КМВ во главе с Адельханяном. Ничем себя профессионально не проявивший, он неожиданно оказался на вершине власти, где создал атмосферу страха и беспрекословного повиновения.
Головокружительную карьеру этот скромный прокурорский чиновник сделал там, где умели обеспечивать комфортный и с большим размахом отдых высокопоставленным столичным персонам. Ведь Кисловодск в то время был главной всесоюзной тусовкой випов - много солнышка, чудесная природа, есть где расслабиться.
Кавминводских силовиков, отвечающих за отдых и развлечения больших людей, в профессиональной среде именовали «шашлычниками». Все они имели тесные связи с руководителями лучших гостиниц, санаториев, ресторанов, охотхозяйств. На этом фоне очевидно появился и круг неприкасаемых хозяйствующих субъектов.
Неприметный помощник прокурора Кисловодска Адельханян вдруг резко пошел в гору и вскоре занял должность прокурора города. А после того, как «породнился» с бывшим генпрокурором, для него в довесок к существующей должности прибавили еще одну - первого заместителя прокурора края.
- К слову, таких, как Адельханян, одновременно занимавших две должности – прокурора города и зампрокурора региона, в России были, кажется, единицы?
- Да. Точно, в Тольяти и Сочи - крупнейших центрах промышленности, автомобилестроения и отдыха. Кисловодск к таковым явно не относился.
- Но прокуратура всегда была авторитарным органом...
- Чтобы блюсти закон, не надо быть жестоким и беспощадным – тем более внутри самой структуры. Он же был беспощаден и с коллегами, и с людьми, попадавшими под пресс надзорного органа. Первое, чего добился Адельханян, так это то, что заставил себя бояться, выполнять любое желание.
Кто выполнять его прихоти органически не мог, тех зачисляли в «чужие». «Свои» были вне критики, «чужих» оскорбляли, унижали, размазывали по стенке на совещаниях, коллегиях.
Высокомерие, чванство, беспринципность, безжалостность - такие отношения вошли в обычную практику даже на учебных совещаниях прокурорских работников. Если кто-то задавал вопрос, касающийся повседневной работы, и он не нравился, человека в грубой манере обрывали, намеренно унижали.
Адельханян не только выстроил в прокуратуре отношения «свой - чужой», но и подмял под себя милицию.
- Каким же образом?
- Нанес мощный удар начальнику ГУВД генерал-лейтенанту Александру Волкодаву, умело воспользовавшись так называемым «делом Похилько». Гаишник Похилько занимался растаможкой автомашин и однажды влип. Именно с этой истории Волкодав намеревался объявить тотальную войну коррупции, разорвать устоявшиеся, отработанные связи милиции с организованной преступностью. Но у Похилько оказалась надежная «крыша» в верхах. И судьба Волкодава была предрешена: следственная бригада Генпрокуратуры ЮФО вменяла милицейскому генералу аж 17(!) статей Уголовного кодекса, настойчивого подталкивая Волкодава к судебной скамье.
(К слову сказать, в эту бригаду входил следователь Власов, чья карьера после этого стала стремительно расти - он стал прокурором Ленинского района, а в итоге, как уже говорилось, попался на взятке).
Однако тогдашний прокурор края Алексей Селюков, отказался подписать обвинительное заключение по начальнику ГУВД, чью вину он счел не доказанной.
Это вызвало недовольство в Генпрокуратуре ЮФО. Селюков был вынужден подать в отставку. После ухода в отставку Селюкова Волкодав был осужден и уволен с работы. Однако через три года доказал свою невиновность и был оправдан Верховным судом РФ.
Но эта история стала демонстрацией силы и влияния Адельханяна в крае. Все последующие руководители ГУВД были осмотрительны и предупредительны.
- Василий Анатольевич, вы не боитесь получить иск от Адельханяна за свои откровения, как получили от Калугина?
- Мне есть что сказать, у меня достаточно свидетельств того, какие наезды организовывал Адельханян на горрайпрокуроров.
Ряды авторитетных и опытных прокурорских работников стали быстро редеть, на их места расставлялись «свои» или зеленая молодежь, фактически лишенная возможности набираться опыта и знаний у ветеранов. А при сменившем Адельханяна Калугине этот процесс пошел еще быстрее.
- Помнится, именно Калугин дал согласие на возбуждение уголовного дела в отношении бывшего мэра Буденновска Николая Ляшенко, пошедшего поперек обласканного прокуратурой «лучшего милиционера» Геворкяна. Суд счел возбуждение уголовного дела незаконным.
- Инициирование незаконных уголовных дел при Калугине стало обычным явлением. Одно из наиболее показательных - в отношении бывшего директора колхоза «Русь» Георгиевского района Евгения Феодосиади. В «расстрельном» списке Калугина оказалось множество достойных и ни в чем не повинных людей, в том числе и Виктор Авксентьев, авторитетнейший ученый-социоэтнограф...
Следствием претворения в прокурорскую практику принципов главного надзорника края явилась статистика: более ста обвиняемых по делам, направленным прокуратурой в суд, были оправданы. Речь в данном случае идет уже не о праве на ошибку, а, по сути, о праве карать.
- Известно, что репрессии Калугина распространялись и на работников прокуратуры, которые ему чем-то не потрафили.
- Мстительность его была просто патологической, он не давал покоя своим коллегам даже после того, как от них избавлялся. Примеров множество. Например, изгнанного из прокуратуры Анатолия Кубякина, буденновского прокурора, Калугин доставал и тогда, когда тот уже работал инспектором по охране труда на Кавминводах. Звонил его новому начальству, как рассказывал сам Анатолий Евгеньевич, и грозил санкциями.
Но и этого ему было мало. Выдавили из органов прокуратуры и его сына Евгения, заместителя прокурора района. А когда Анатолий Кубякин умер, сотрудникам прокуратуры фактически не дали проститься со своим коллегой.
Так же бесчеловечно обошелся Калугин и с Тороповым, председателем Совета ветеранов краевой прокуратуры. Сам Совет при Калугине развалили, Юрия Николаевича перестали пускать в здание прокуратуры, а когда тот умер, прокуратура, которой ветеран отдал всю жизнь, от организации похорон уклонилась, пришли лишь несколько таких же ветеранов, узнавших о смерти коллеги друг от друга.
- Мало кто мог позволить себе противостоять «самому». Но ведь были и такие, кто не захотел прогибаться перед Калугиным и его окружением. В их числе и ваш сын Юрий Тихонюк, работавший прокурором Нефтекумского района - об этом «Открытая» тоже писала.
- Юрий поплатился своей должностью за отказ исполнить далекую от закона просьбу некоего гражданина, рекомендованного руководством прокуратуры края. «Прессовали» его что есть мочи, штамповали приказ за приказом о наказаниях, даже не заботясь формально их обосновывать.
Имеющий до этого одни лишь поощрения, прокурор получил девять приказов о наказании с намеренно оскорбительными формулировками. Так он покинул работу, которую любил и отдавался ей сполна, а вдогонку в отношении его возбудили уголовное дело. В итоге оно, разумеется, лопнуло, но нервы семье попортили изрядно.
- Как и в истории с прокурорской семьей Кубякиных, увольнению сына предшествовала травля и вас, Василий Анатольевич?
- Действительно, травля была оголтелой. Почти за тридцать лет службы я не получил ни одного взыскания. Но попал в разряд «чужих» и за три последних года работы в органах мне посвятили 17 приказов о наказании из разряда «ты виноват уж тем, что хочется мне кушать». (Кстати, нынешний заместитель генпрокурора РФ в ЮФО Иван Иванович Сыдорук в те времена тоже был признан несоответсвующим должности прокурора Московской области).
Но дело вовсе не во мне, не в моей личной обиде. Душа болела за другое: уходили настоящие профессионалы, люди, полные сил и желания честно работать.
Фактически на глазах происходила утрата традиций, коллективного опыта, разваливался работоспособный аппарат, а вместо него создавалась репрессивная машина из зачастую малоквалифицированных, не авторитетных, не созревших морально скороспелых «везунчиков».
Недоученные, самодовольные «третьеклассники» (юристы III класса. - Авт.), некоторые из которых оказались в аппарате, часто были не в ладу с законом, нормами морали и этики, но вершили судьбы людей. Основная мощь прокурорской энергии уходила в борьбу с инакомыслием.
Следственная отчетность, например, улучшалась двумя показателями: возбуждением дел по ст. 319 УК РФ (оскорбление сотрудников милиции), количество которых зашкаливало все мыслимые пределы, и дел по фактам сбыта фальсифицированной водки. С продавцами левой водки вообще комедийная картина выходила. В Пятигорске, например, на одну старушку чуть не десяток дел направили в суд одно за другим ради показателей... Победная статистика пухла как на дрожжах.
- При этом десятки давних заказных убийств на тех же КМВ оставались нераскрытыми.
- Нераскрытыми они остаются и поныне - убийства дерзкие, средь бела дня, в центре города, киллеры даже масок не надевали. Совершенно очевидно, в их основе был передел собственности, беспредельная коррупция.
Но поскольку законники погрязли в иных проблемах, бороться с организованной преступностью особо было некому. Ведь за короткий срок из прокуратуры выбыли полтора десятка горрайпрокуроров, почти все начальники отделов и управлений, десятки профессиональных следователей, множество опытных гособвинителей.
- Калугин был первым из «небожителей», по которому ударило справедливое возмездие. Причиной отставки стали разоблачающие его материалы проверки Генпрокуратуры.
- Да, он был первым, кто ушел «по-плохому». А попался на том, что потворствовал и помогал беспредельничать бывшему начальнику буденновской милиции Геворкяну, бахвалившемуся тем, что открывает ногой дверь в кабинет прокурора.
Основу таких «неуставных» отношений вскрыл следователь по особо важным делам главного управления Генеральной прокуратуры РФ в ЮФО: Калугин Валерий Владимирович... используя свои служебные полномочия вопреки интересам службы и действуя умышленно, из иной личной заинтересованности, выразившейся в желании угодить начальнику Буденновского ГРОВД Геворкяну и укрыть факт незаконного возбуждения уголовного дела следственным отделом при Буденновском ГРОВД в отношении депутата органа местного самоуправления Дьяченко.
- Того самого Дьяченко, директора СХП «Архиповское», который первым в Буденновском районе воспротивился «благотворительной» сдаче зерна в милицейский фонд, поступавшего затем на подпольный спиртзавод Геворкяна?
- Да. За эту неуступчивость прокурорско-милицейская криминальная братия разорила хозяйство Дьяченко, а его самого заковали в наручники, бросили в «обезьянник», довели до больничной койки... Это про него бывший послушный Калугину буденновский межрайпрокурор Горский в телефонном разговоре с Геворкяном бросил, может и в шутку, но уж очень характерно: «За ноги - и в Куму!»
- Но «отрезвления» в надзорном ведомстве не наступило и после того, как Калугин освободил свое кресло для Голованева.
- Голованев очень быстро оказался под влиянием птенцов гнезда Калугина, которые и продолжали все ту же репрессивную тактику и стратегию прокуратуры, чьи интересы все больше и больше замыкались на хлебных делах. Неправедно возбужденные дела и наезды часто получали поддержку у председателя краевого суда Коровинских, с которым прокурор Голованев крепко сдружился.
Возможно, тогда главный надзорник и услужил главному судье, приняв на важную должность в прокуратуру жену Коровинских, к данной работе совершенно неподготовленную. Она внесла полный разлад в работу прокуратуры за то время, пока ей дали порулить.
Голованеву удалось сделать то, что не смог Калугин. Прокурорской верхушке необходим был суд, с которым кулуарно можно было договориться. Кстати, именно суд нейтрализовал наиболее суровые выводы бригады Генпрокуратуры РФ в отношении опорочивших свою профессию высокопоставленных надзорников.
- Это как?
- Голованевская команда, часть которой он привез из Краснодара с бывшего места работы, проводила масштабную проверку работы игорных заведений. Курировал эту сферу начальник отдела по надзору за следствием и дознанием в органах милиции Сенгеров. Профессионально ничем себя не проявивший 28-летний единомышленник Голованева, с помощью его ближайшего окружения тряс игорные заведения, как груши.
После тотальной, с подробнейшими фактологическими выкладками, генпрокурорской проверки в отношении Сенгерова собирались возбудить уголовное дело. И что вы думаете? Генпрокурорская бригада работала целый месяц, накопала убийственные для Сенгерова факты, а за одно заседание суда необходимость возбуждения дела отпала. Работа для Следственного комитета и прокуратуры тут, наверное, есть, если верить результатам коллегии Генпрокуратуры РФ.
- Время все расставило по местам. Теперь уже ясно, для каких целей освобождали место прокурора Ленинского района, выдавив оттуда вас, специалиста с 32-летним стажем работы. Пришедшего на ваше место и попавшегося на взятке А. Власова вы тоже относите к кагорте небожителей?
- Да, поскольку психология небожителей присуща тем, кто, занимая высокие должности и посты, топчет, подминает под свои личные интересы людей, закон, мораль, нравственные принципы, и при этом уверовал в свою безнаказанность. Именно в такой атмосфере формировались личностные качества Власова.
Не отмеченный никакими профессиональными достижениями, он был обласкан начальниками, незаслуженными наградами и высокой должностью, позволявшей также безбоязненно и безоглядно ломать судьбы людей.
- Говорят, что Власов уже попадал в поле зрения Генпрокуратуры?
- Генпрокуратура в ЮФО пыталась однажды проверить источник внезапного благосостояния Власова, когда у того появилась первая дорогущая иномарка - «Мерседес». Попытка оказалась безуспешной – возможно, как и в случае с Сенгеровым, не без участия высоких покровителей. Власов осмелел, еще больше почувствовал себя неуязвимым. То, что он оказался коррупционером, лишь подтверждает его родство, близость системе «небожителей».
Крайне одиозной фигурой был прокурор Пятигорска Георгий Гехфенбаум, за которым скопилось много грехов и помощником которого оказался даже отцеубийца, о чем писала, кстати, и «Открытая» газета. Последний до своего разоблачения успел выступить в очередной раз на суде в качестве гособвинителя, пытаясь надолго засадить за решетку невиновного человека.
- Когда отцеубийца был изобличен и арестован, Гехфенбаум продолжал гнуть в суде обвинительную линию своего помощника-преступника, не пожелав проверить его ложные доводы, на которые настойчиво указывал уполномоченный по правам человека в крае Селюков. Если бы не эта защита, сидеть бы невиновному старику до самой смерти.
- Казалось бы, беспределу нет конца и края – такие, как Калугин, Голованев, Гехфенбаум, Коровинских и их многочисленная опричнина, будут долго издеваться над Законом, над людьми, терявшими веру в торжество истины, справедливости.
- Но времена меняются...
- Да, меняются. Система, созданная ими, дала трещину, которая будет только расширяться, и ее уже не склеишь.
Страна, а главное верхи, уже осознали, что так жить больше нельзя: повсеместная, масштабная коррупция в буквальном смысле разложила общество и начала безвозвратно разрушать основы государственности.
Результатом этого осознания стали мощные антикоррупционные мероприятия спецслужб, которые все-таки трудно принять за пиаровские, предвыборные, настолько значимые персоны на всех этажах власти и в массовом количестве попадают сегодня в их поле зрения.
При Генпрокуратуре, ее Следственном комитете создаются подразделения по борьбе с коррупцией, в том числе в собственных рядах. Недаром новый премьер Виктор Зубков назвал войну с коррупцией приоритетной для своего правительства.
- Учитывая, что Зубков до этого был директором Агентства финансового мониторинга, а потому о «заначках» наших чиновников и олигархов знает все, у спецслужб работы хватит на много лет вперед.
- Эту работу несомненно резко активизирует закон о противодействии коррупции, который, по сообщению федеральных источников, будет принят Госдумой России в ближайшее время. Так что не за горами новые громкие дела по коррупционерам. Наш край не исключение, разоблачение Власова и его подельника из МЧС можно считать знаковым для будущего нашей прокуратуры, которую возглавили новые люди. - И все же, провозгласить борьбу с этим злом совсем не значит успешно с ним бороться. С какими кадрами начинать борьбу новому прокурорскому руководству? С теми, что так долго подбирали под себя и пестовали три предыдущих прокурора края?!
- Да, кадры - самая уязвимая позиция нового краевого прокурора Ивана Васильевича Полуэктова и его единомышленников, составляющих пока что немногочисленную его команду, в которую входит и начальник Следственного комитета края Сергей Васильевич Дубровин.
Им действительно приходится сейчас очень и очень трудно: даже страшно представить, какой огромный пласт им предстоит поднять - тут неподнятая целина, крайняя запущенность работы по многим направлениям прокурорской деятельности.
Надо выстраивать новые отношения между структурами и подчиненными, воспитывать новые кадры профессиональных, честных, принципиальных прокурорских работников, привлекать к работе ветеранов прокуратуры, используя их огромный опыт и знания. И, конечно, решительно избавляться от порочных традиций, которые насаждали «шашлычные прокуроры», от людей, которые были их послушными исполнителями.

- Так уже и начали избавляться... Буквально на днях отправлен на пенсию зампрокурора края Юрий Карпенко, засветившийся в возбуждении многих неправедных уголовных дел. С исчезновением этой одиозной личности, верой и правдой служившей репрессивным целям, завершается еще один этап эры «небожителей», не так ли?
- Убежден, эра «небожителей» завершается, а новое руководство прокуратуры сможет восстановить утраченный их предшественниками авторитет надзорного органа, вернуть к нему доверие людей.
- Мы много говорили о том, что эра «небожителей», людей, попирающих закон и мораль, в прокуратуре уходит в прошлое. Явно меняется ситуация к лучшему и в краевом суде с приходом нового руководителя Александра Корчагина. Он не дает пока интервью, но первые его шаги по реорганизации судебной системы уже обнадеживают. И наконец люди заговорили о суде хорошее, что видно даже на одном примере. В статье «Девять лет издевательств» «Открытая» рассказала о семье престарелых вузовских преподавателей, над которыми почти десять лет измывались судьи и прокуроры, повязанные корпоративными связями.
Эти несчастные старики за все годы не могли ни разу попасть на прием ни к Калугину, ни к Голованеву, ни тем более к Коровинских. Сегодня в отношении их ситуация в корне меняется, их приняли и внимательно выслушали руководитель Следственного комитета Дубровин и председатель краевого суда Корчагин. Впервые за девять лет суд принял первое справедливое решение.
Но до этого были же десятки неправедных решений, выносимых одним и тем же судьей, о чьей беззастенчивой ангажированности, подорвавшей здоровье стариков, мы с документами в руках расскажем в ближайших номерах.

- Я готов присоединить и другие примеры, связанные с судейской ангажированностью. Надеюсь, что подобные публикации о практике ряда служителей Фемиды, сознательно игнорирующих Закон, мораль, профессиональную этику, будут способствовать очищению и судебной системы, которую развращал господин Коровинских.
- Но если в судебной и прокурорской инстанциях наметились какие-то перемены к лучшему, то события последнего времени в милицейской структуре неприятно удивляют. «Открытая» регулярно рассказывает о беспределе, творимом сотрудниками милиции.
Недавно мы поведали историю о том, как ессентукские менты «ошибочно» провели незаконный обыск в доме заслуженного врача Алексея Попова. Год он добивается привлечения к ответственности беспредельщиков. В ответ ни звука - ни от руководителя кавминводской милиции Силантьева, ни от начальника ГУВД края Гончарова.
Прогремела также на весь край беспрецедентная история о 26 невинномысских гаишниках, воспротивившихся поборам, которыми их обязывали заниматься непосредственные начальники. Протестующих в отместку уволили с работы. И снова на публикацию - эдакое презрительное молчание от милицейского руководства края.
И вот, наконец, в редакции оказались совершенно потрясающие материалы о том, как руководство ГУВД жестоко «прессует» подполковника юстиции, кандидата юридических наук, одного из лучших милицейских следователей в сфере экономических преступлений Инну Денисову.
За что? Да за то, как она полагает, что наступила на чьи-то экономические интересы, расследуя по заданию прокуратуры дело о крупных финансовых махинациях автодилеров. Последние Денисову предупреждали: не связывайся с нами, а то вылетишь с работы.
Теперь Инну Борисовну выдавливают с работы методами бесчестными, бесчеловечными, беззаконными. А руководство ГУВД демонстративно отказывает ей в личном приеме. Дошло до того, что сотрудники милицейского УСБ шантажируют ставропольских врачей, требуя, чтобы попавшей из-за травли в клинику женщине немедленно «закрыли» больничный. Как все это понимать?!

- Как все тот же синдром небожительства - теперь уже, видимо, у генерала Гончарова и его окружения: попирать права своего сотрудника и лишать его права на защиту - на это решаются люди, чувствующие за собой крепкие тылы. Но это уже отдельная тема для обсуждения.
- Что ж, оставим ее до следующего раза. Встретимся на газетной полосе.

Беседовал
Олег ПАРФЕНОВ



Поделитесь в соц сетях


Комментарии

Удивившийся (не проверено)
Аватар пользователя Удивившийся

А разве что то изменилось?
Про Власова был удивлён.
Ушли Калугина по плохому, а как же он депутатом стал?

Добавить комментарий