Поиск на сайте

Какими обещаниями вербовщики «Исламского государства» так легко завлекают ногайскую молодёжь Ставрополья

 
Ногайцы, пожалуй, самый загадочный народ Северного Кавказа. Появились они семьсот лет назад от смешения кровей многих кочевых и оседлых племен, потому ногайцы – это и землепашцы, и ремесленники, и сказители, и, конечно же, воины. Наводили ужас они на величайшие империи прошлого от Персии до Литвы.
Сегодняшняя ногайская молодежь, увы, славные победы предков забывает. Отрываясь от многовековых корней, легко свивает гнезда в далекой Европе или на Крайнем Севере, теряя родной язык, культуру, традиции, а вместе с тем и идентичность.
Несломленными пройдя горнило столетних лишений, от чумной эпидемии до царской и советской колонизации, сегодня ногайцы лицом к лицу с новой напастью – воинствующим исламизмом. Брошенные опытными вербовщиками зерна ненависти легко прорастают в сердцах молодежи, лишенной исторической памяти.
Что может сделать государство и общество России, чтобы сохранить молодежь, и не только ногайскую, но и других коренных народов Северного Кавказа?! Об этом с горечью рассуждали чиновники, деятели культуры и ученые мужи на круглом столе в стенах краевого Дома народного творчества.
 
Казаки Золотой Орды
 

Ногайцы – это пограничники Европы и Азии, охранявшие северо-западные окраины Золотой Орды (то есть исторически они играли ту же роль, что и казачество в Российской империи). Возникли ногайцы семьсот лет назад (вроде по историческим меркам не так давно) из объединения тюркских и монгольских племен.

Объединителем этих племен стал золотоордынский Ногай – беклябирек (на современный манер что-то вроде премьер-министра) при верховном правителе Менгу-Тимуре. Ученые до сих пор спорят о том, к какому народу принадлежал Ногай. Вероятнее всего, он был кипчаком и происходил из знатного рода уйсун.

Будучи фактическим владельцем верховной власти в Золотой Орде, он ни разу не воспользовался своей властью, чтобы объявить себя верховным правителем – ханом.

Воины, служившие под началом Ногая, и назывались ногайцами, или мангутами. Они были призваны оберегать северо-западные границы империи от литовцев и русичей.

Ногай воевал в Персии и Закавказье, посылал войска в Византию и Польшу, на Балканы, наводил страх на мусульманский Египет и Персию…

Ногайская Орда в годы своего наивысшего расцвета протянулась с севера на юг на полторы тысячи километров. На юге это граница современных Туркмении и Казахстана, а на севере – окрестности Саратова.

Нынче же ногайцев можно встретить совсем в других краях, где исстари их почти никогда не было, – это Румыния, Германия, Голландия, Болгария, Польша и даже Литва... Для сравнения: по данным переписи, в Казахстане живет около полутысячи ногайцев, а в Туркмении – лишь один человек.

 
Легенды Ногайской степи
 

Сегодня самая многочисленная община ногайцев проживает в Турции: по разным подсчетам, от 100 тысяч до 4 млн. человек. Столь разная оценка связана с тем, что многие ногайцы на протяжении веков ассимилировались с местным населением, постепенно отрываясь от своих корней.

А впервые на Анатолийском полуострове они появились в XVII столетии. Ногайцы селились компактно, занимались земледелием и животноводством, расцвет в ногайских деревнях получили ремесла – обработка меди и серебра, литье и чеканка, кузнечное и ювелирное дело.

Славились они изготовлением поясов (къусакъ), серег (къулакъшык), колец (юзик), ожерелий (мойынлыкъ), браслетов (билезик), оберегов (коз-бас)… Расцвета народное искусство ногайцев достигло в декоративном войлоке – большие ковры (кийиз) символизировали простор степи, посреди которой в виде орнаментов возникали образы Мирового древа или бегущего барана-кормителя.

Сегодня названия традиционных ногайских блюд – шурпа, бавурсак, калакай, бурма – известны по всей Турции. Спроси любого турка, так он скажет тебе, что такое «ногайский чай», - примерно то же самое, что в нашей стране «калмыцкий»: с перцем, солью и маслом… Расселялись ногайцы, начиная с екатерининских времен, все дальше в сторону Европы. Например, украинский город Приморск (на берегу Азовского моря) до советской поры даже носил название Ногайск из-за многочисленной общины ногайцев.

Другое название на российской карте, еще более известное, – это Ногайская степь. Это междуречье Кумы и Терека, где с царских времен проживали ногайцы. Сегодня здесь смыкаются границы Дагестана и Ставрополья – регионов, где проживает наибольшее количество ногайцев.

 
Поучиться бы опыту Карачаево-Черкесии
 

Территории, где серьезнее всего занимаются сохранением ногайской идентичности, – это Карачаево-Черкесия, Дагестан и Ставрополье. Скажем, еще в 1966 году в Дагестане появился Караногайский район, а в Карачаево-Черкесии одноименный район был создан в 2007 году.

На круглый стол из КЧР прибыла целая делегация чиновников, которые охотно делились опытом. В Ногайском районе сегодня действуют два народных ансамбля – хореографический и вокальный, среди артистов которых не только ногайцы, но и множество русских.

За счет спонсоров для них отшивают костюмы, оплачивают поездки на фестивали, гастроли в соседние регионы (в том числе на Ставрополье). Из ближайших задач – создать государственный, бюджетный коллектив.

В январе прошлого года глава республики Рашид Темрезов на первой международной научно-практической конференции «Ногайцы: ХХI век. История. Язык. Культура. От истоков – к грядущему» объявил о создании Государственного ногайского драматического театра (в Дагестане ногайский театр, кстати, действует с 2001 года).

При финансовой поддержке правительства в Карачаево-Черкесии издаются журналы и газеты (в том числе детские) на ногайском языке. Постоянно обновляется бумажная и электронная ногайская библиотека, уже создана поваренная книга ногайской кухни. Есть в Карачаево-Черкесии даже ногайский театр теней.

В советское время была добрая традиция издания ногайской литературы: такие книги выходили в Ташкенте, Алма-Ате, Москве, Ленинграде… И лишь недавно эту традицию удалось возродить: в 2012 году в столичном издательстве «Голос-пресс» вышла в свет книга «Ногайские мифы, легенды и поверья», собранная Исой Капаевым. А в прошлом году в издательстве Карачаево-Черкесского университета опубликована хрестоматия «Современный ногайский язык» большого коллектива авторов из разных регионов.

 
 
Столкновение цивилизаций
 

Всероссийская перепись 2010 года зафиксировала, что на Ставрополье проживает 22 тысячи ногайцев, из них две трети – в Нефтекумском районе. Зоны компактного проживания есть в Степновском (село Иргаклы), Минераловодском (село Канглы) и Кочубеевском (Карамурзинский аул) районах.

По подсчетам ученых-географов, своеобразным «центром тяжести» расселения ногайцев сегодня являются Буденновский район (на границе с Нефтекумским районом) и Георгиевский район (на границе с Минераловодским и Александровским районами). Причем из года в год ареал расселения ногайцев сдвигается все дальше в северо-западном направлении – от Ногайской степи в сторону Ростовской области.

Исторически ногайцы и туркмены – это главные союзники русского населения Ставрополья. Несмотря на исламскую общность с дагестанскими народами, они почти не чувствуют с ними глубокого родства, считая славян более близкими по культуре и потому предпочтительными партнерами.

Как свидетельствуют ученые, основная линия противоречий на Ставрополье пролегает сегодня между славянским населением, ногайской и туркменской общинами, с одной стороны, и представителями дагестанских этносов (прежде всего даргинцев) - с другой. Противоречия между славянами, ногайцами и туркменами, если и существуют, то стерты и не заслуживают пристального внимания.

Соцопросы, которые проводили ученые на востоке Ставрополья, свидетельствуют: сами ногайцы искренне считают славян союзниками в общей борьбе против экспансии даргинцев. Эту позицию в неофициальных беседах разделяют чиновники, правоохранители, общественные деятели и даже педагоги.

Ногайцы и туркмены очень болезненно воспринимают отсутствие «второй родины»: земли их традиционного проживания, которые исторически относятся к Ногайской степи, сегодня попадают в зону миграции переселенцев из Дагестана.

Отсюда и постоянные конфликты между ногайцами и даргинцами, из которых самый известный – это массовая драка в селе Иргаклы в 2009 году, после чего едва не начались межэтнические погромы и в соседнем Нефтекумском районе. За решетку тогда угодили зачинщики драки с обеих сторон - и дагестанской, и ногайской...

 
Горячие головы – рубить или охлаждать?
 

Министр по развитию восточных районов Александр Коробейников на круглом столе говорил о серьезных проблемах, которые есть сегодня в ногайской общине Ставрополья. Самая главная – это углубление раскола между представителями традиционного и радикального ислама. Конечно, самый известный пример – это конфликт с ношением хиджабов девочками-школьницами в селе Кара-Тюбе (Степновский район).

Старшее поколение было категорически против того, чтобы наращивать конфликт, а вот молодежь, напротив, требовала от властей все больших уступок, откровенно шантажируя их. Причем голос радикалов в среде ногайцев звучит все громче, свидетельствует Коробейников.

Горячие головы – это легкая добыча для вербовщиков «Исламского государства», которые сейчас очень активно работают в ногайской среде. И спекулируют они именно на этнических и религиозных мифах, извращая в выгодном им свете национальную историю ногайцев. Хотя, признаться, на долю этого этноса выпало немало страданий: эпидемии и голод, массовая колонизация, карательная экспедиция Суворова в Западном Предкавказье в 1783 году, исход в Турцию во время Кавказской войны, перекраивание территории проживания ногайцев уже в советское время…

 
 
Подлецы обещают «Сады праведников»
 

Впервые заронить зерна ненависти в сердца ногайской молодежи попытались вербовщики «Рияд ус-Салихин» («Сады праведников») – группировки, возглавляемой Шамилем Басаевым. Журналисты приклеили к ней ярлык «Ногайский батальон», о котором вся страна узнала после трагических событий в ауле Тукуй-Мектеб в феврале 2006 года. Казалось бы, с тех пор столько воды утекло, изменилась страна… Но нет, угроза джихада снова вполне реальна.

Поэтесса и журналист Фарида Сидахметова напомнила, что исторически ногайцы были землепашцами и воинами, и поэтому их национальные традиции никогда не строились на истовой религиозности. Например, работа в поле не оставляла времени для пятикратного намаза или для ношения хиджаба. Сегодня же, по мнению Сидахметовой, ногайской молодежи все активнее навязывают такое трактование ислама, которое противоречит историческим корням.

Выступавшие один за другим представители районных администраций рассказывали о том, как многое ими делается для сохранения национальной культуры, литературы, традиций… Например, если в Кочубеевском районе почти все мероприятия проводятся на ногайском языке (по крайней мере, в этом пытался убедить собравшихся местный чиновник Виталий Дудулад), то приехавшие из Степновского района, напротив, жаловались на нехватку кадров, владеющих национальным языком.

Нет на Ставрополье газет на ногайском языке, нет телепрограмм, до сих пор не могут издать учебник ногайской истории и языка… В прошлом году краевой комитет по делам национальностей с горем пополам снял телефильм о ногайцах, который показали на телеканале «Культура». И с тех пор о нем забыли...

 
Не просто хлебнуть шурпы…
 

С бравурным докладом начал было выступать начальник отдела по делам национальностей Сергей Зинев: мол, сколько мероприятий уже прошло, круглых столов, дней национальной культуры, а недавно отпраздновали Сабантой. Но министр Александр Коробейников чиновника оборвал: главное – не просто собраться, чтобы вместе спеть песни и съесть шурпу, а сообща обсудить проблемы, сформировать у молодежи правильное представление об идентичности.

Если молодые люди хотя бы в своей семье не общаются на родном языке, то у них утрачивается этническая идентичность. А ведь уже практически полностью потеряна традиция ногайского сказительства, школам в зонах компактного проживания ногайцев катастрофически не хватает учебников (да и те, что есть, написаны давно), ничтожно мало детской литературы…

Острейший дефицит всех специалистов ногаеведения, а это история, фольклористика, литературоведение, лингвистика, культурология, социология. До сих пор нет словаря ногайского языка, лишь в 1999 году был издан «Свод орфографических правил», но и то скромным тиражом, и не охватил он всего многообразия написания даже ходовых слов.

Как прозвучало на круглом столе, сегодня многие ногайцы вынужденно уезжают из регионов традиционного проживания. Бегут от безденежья, отсутствия жизненных перспектив, не находя общего языка с чиновниками.

К счастью, лишь небольшая часть едет в Сирию и Ирак, а многие пытают счастья, скажем, в регионах Крайнего Севера: скажем, сегодня в Салехарде и Сургуте сформировались одни из самых крупных ногайских общин России. Однако, как показывает опыт этих регионов, находясь в иноязычной среде, мигрант уже во втором поколении забывает родной язык. Значит, снова питательная среда для предрассудков и вредных мифов, которые несут вербовщики-исламисты.

Как всему этому противостоять?! Как спасти ногайский язык, на котором, кстати, написано более двадцати эпосов? Ну какой народ еще может этим похвастаться?! Предложений прозвучало немало.

Организовать творческие встречи ногайских поэтов Карачаево-Черкесии с жителями восточных районов Ставрополья. Запустить передвижную выставку, чтобы молодежь на востоке края знакомилась с историей, культурой и бытом ногайского народа. Регулярно проводить праздники ногайского фольклора и традиционного костюма.

Но все же самое главное – разработать на уровне Минкультуры России комплексную программу развития ногайской культуры, в которой были бы предусмотрены конкретные сроки и объемы финансирования.

 
Антон ЧАБЛИН,
обозреватель «Открытой»
 
 
 


Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий