Поиск на сайте

 

Похоже, мы вновь стали свидетелями «самодержавных» настроений нашего народа. Он «по традиции» опять готов постоять «за царя», «за незыблемость устоев».
В последний раз подобное наблюдалось при Николае II, который под давлением вызревавшей в стране революционной ситуации опубликовал 17 октября 1905 года Манифест «Об усовершенствовании государственного порядка», вводивший демократические свободы. После чего восторженные демократические массы, опьяненные достигнутой победой, вышли с красными знаменами на улицы, требуя дальнейших шагов в демократизации общества.
Но не прошло и дня, как по тем же улицам, словно по команде, двинулись многочисленные колонны людей с национальными флагами, хоругвями и портретами императора, выражающие полную поддержку самодержавию и выступающие против ограничения власти «любвеобильного» монарха. Одновременно согласных «бить всех, кто не за него».
И вот уже в наши дни, в ответ на многотысячные митинги либеральной оппозиции, требующей честного соблюдения демократических норм, на Поклонной горе собралась многолюдная толпа, чтобы поддержать «незыблемость» премьера Путина. Нашлись и готовые приехать в Москву, чтобы «разобраться» с «несогласными».
В первом случае без крови и погромов не обошлось. Во втором – «оппоненты» разошлись мирно. Сторонники царя нашли себя в организованном тут же общественном движении «Союз русского народа». Его участников называли черносотенцами.

 

Чтит народ и царя
Основателем «Союза русского народа» («СРН») стал Александр Дубровин, практиковавший детский врач. Отделения «союзников» поначалу росли как грибы после дождя. Были случаи – вступали целыми деревнями. Особая активность проявлялась в губерниях со смешанным населением – в местах массового проживания инородцев и евреев. К 1908 году численность «СРН» составляла порядка 400 тысяч человек – больше, чем во всех остальных партиях вместе взятых.
Обещания вожди движения раздавали легко: крестьянам – помощь в решении земельного вопроса и дешевые кредиты, рабочим – в улучшении условий труда и повышении заработной платы. При этом черносотенцы люто ненавидели либеральную интеллигенцию. Как говорится в одной из первых прокламаций «союзников»: «Довольно терпеть эту интеллигентную шваль!»
Себя считали ярыми монархистами, а своим политическим кредо – неограниченную власть царя-самодержца. Поэтому в Государственной Думе видели «пустую говорильню», которая отделяет монарха от простого народа.
Другой скрепой «Союза русского народа» был махровый антисемитизм. Юдофобские настроения для населения России были свойственны издавна. И представлять евреев виновными во всех бедах было занятием «популярным», как и видеть в каждом из них революционера-заговорщика. Главная газета черносотенцев «Русское знамя» открыто призывала: «Истребление бунтовщиков – святое русское дело. Вы знаете, кто они и где их искать… Смерть бунтовщикам и евреям!»
Попадали «под раздачу» и малые народы-инородцы. Черносотенцы провозглашали, что «русская народность, как собирательница земли русской и устроительница русского государства, есть народность державная, господствующая и первенствующая». И Николай Марков, другой лидер черносотенцев, восклицал с думской трибуны: «Россия, тебе грозят азиаты, грозят подвластные тебе инородцы. Опомнись, Россия, наша инородчина вконец обнаглела. Говорим вам: «Прочь, мелкота, – Русь идет!»

 
«Крыша» дома твоего…
Было ли движение черносотенцев, как писали правые газеты, «удивительно могучим ростом проснувшегося русского национального самосознания»? Во всяком случае не секрет, что «СРН» финансировался правительством за счет бюджетных средств. В этом признался и Николай Марков следственной комиссии Временного правительства: «Мы получали (деньги от правительства – Авт.) и ничего в этом зазорного не видели».
Известно и другое. Вот что пишет в своих мемуарах начальник Петербургского охранного отделения Алексей Герасимов: «…еще в октябре 1905 (до издания Манифеста 17 октября) я как-то в разговоре с Рачковским высказал удивление, почему не делаются попытки создать организацию, которая активно противодействовала бы вредному влиянию революционеров… В ответ Рачковский сообщил, что попытки в этом отношении у нас делаются, и обещал познакомить с Дубровиным…» В итоге Петр Рачковский, руководитель политического отдела департамента полиции, непревзойденный мастер провокаций, стал советником руководителя «Союза русского народа».
Благоволил к черносотенцам и сам монарх. На приеме делегации «СРН» 23 декабря 1905 года император, прикрепив членские знаки союза с изображением восьмиконечного православного креста, императорской короны и святого Георгия Победоносца на грудь себе и наследнику цесаревичу Алексею, сказал: «Объединяйтесь, Русские люди. Я рассчитываю на вас. Я верю, что с вашей помощью мне и Русскому народу удастся победить врагов России…»
 Потом Николай II не раз оказывал покровительство черносотенцам-боевикам, милуя их после вынесенных судами приговоров. Всем погромщикам он заранее давал индульгенции. «Буду миловать преданных», «Вы – моя опора и надежда» – гласят резолюции царя на донесениях о погромах и их участниках.
Французский посол в России Жорж Луи по этому поводу писал: «Черная сотня правит страной, и правительство слушается ее, ибо знает, что император склонен ей симпатизировать».

 

Разброд и шатания
Но и в черносотенных рядах согласья не было. Слишком амбициозны и противоречивы были их лидеры. Александр Дубровин, например, был категорически против избрания «союзников» в Государственную Думу. «Как верный монархист, – говорил он, – я не имею права своим участием санкционировать существование этого сборища, посягающего на неограниченные права монарха». И требовал упразднения Думы.
Николай Марков в свою очередь заявлял: «Самое важное – это не то, что большинством голосов постановит Государственная Дума, а то, что истинное мнение русского народа, громко высказанное правыми депутатами, будет известно Царю-Самодержцу». И потому считал, что без Думы никак не обойтись.
Разным было и отношение к аграрной реформе Столыпина. «Дубровинское направление» полагало, что «хуторская реформа есть огромная фабрика пролетариата». Марков возражал: «Земля главным образом должна принадлежать тем, кто больше из нее извлекает питательных продуктов».
Но самой броской фигурой в «СРН» был выходец из Бессарабии Владимир Пуришкевич. Он словно поставил своей целью взорвать Государственную Думу изнутри – настолько скандальны и экстравагантны были его выходки. В Таврический дворец специально приходили «полюбоваться на Пуришкевича». О своих взглядах он говорил так: «Правее меня – только стена».
 Яков Глинка, прослуживший одиннадцать лет в Думе в качестве начальника одной из канцелярий, в своих воспоминаниях писал о Пуришкевиче: «Он не задумается с кафедры бросить стакан с водой в голову Милюкова (лидер кадетов – Авт.). Необузданный в словах, за что нередко был исключаем из заседаний, он не подчинялся председателю и требовал вывода себя силой».
В конечном итоге «Союз русского народа» раскололся: сначала его покинули сторонники Пуришкевича, образовав «Русский народный союз имени Михаила Архангела», а спустя несколько лет из него вышли соратники Дубровина и организовали «Всероссийский дубровинский союз русского народа». После чего ряды черносотенцев стали быстро редеть. Состав отделов «СРН» обычно уже не превышал 10-20 человек.
А бывший премьер Сергей Витте давал и вовсе убийственную характеристику «истинным защитникам» престола:
«Черносотенцы преследуют в громадном большинстве случаев цели эгоистические, самые низкие, цели желудочные и карманные, – писал он. -Это тип лабазников и убийц из-за угла. Они готовы совершать убийства так же, как и революционеры левые, но последние большей частью сами идут на этот своего рода спорт, а черносотенцы нанимают убийц; их армия – это хулиганы самого низкого разряда, хулиганы не рынков, а отхожих мест».
Но Николай II продолжал верить в могущество «союзников». Так, незадолго до Февральской революции, когда председатель IV Государственной Думы Михаил Родзянко попытался обратить внимание царя на растущее в стране недовольство, Николай показал ему большую пачку телеграмм черносотенцев и возразил: «Это неверно. У меня ведь тоже есть своя осведомленность. Вот выражения народных чувств, мною ежедневно получаемые, в них высказывается любовь к царю».
Совсем скоро стало ясно, насколько велика была эта любовь на самом деле…

 

Виктор СПАССКИЙ,
историк

 

maksharip21 декабря 2012, 22:56
 
 
 
 

Расплата: "За уничтожение коренных народов Кавказа и дискриминацию национальных меньшинств , за ксенофобию и дремучий антисемитизм Российская империя поплатилась крахом царизма. За горе репрессированных народов и жертв политических репрессий СССР поплатился своим распадом и крахом коммунизма. За этническую чистку ингушей в Осетии, переросшую в войну в Чечне , Российская Федерация поплатилась крахом демократии.Макшарип Яндиев.

 

Добавить комментарий



Поделитесь в соц сетях